от обеих банд. Кампус не был крепостью. Кто угодно мог прийти и уйти. Она не была защищена так, как ей было нужно.
— Я хотела провести остаток года с тобой, — тихо пробормотала она. — Со всеми вами тремя.
Я взглянул на нее, и мое сердце сжалось от ее искренности. Пока позади не появилась пара фар, и мои глаза не метнулись к зеркалу заднего вида. Машина приближалась, становясь все ближе, пока не оказалась в паре метров позади нас. Ринн заметила это и выпрямилась на сиденье, посмотрев в боковое зеркало.
— Трипп? — спросила она.
— Нет. Он остался в кампусе. Никто больше не знает, что я это сделал.
Еще одна машина промчалась вперед, и мой пульс участился, когда она пронеслась мимо нас и резко вильнула, пока мы не оказались позади нее. Я выругался себе под нос, инстинкты кричали, что мы в полной заднице. Схватившись за руль, я нажал на педаль, сворачивая направо, чтобы попытаться обогнать черный внедорожник. Но затем он внезапно затормозил и развернулся, остановившись боком на дороге. Я ударил по тормозам, машина дернулась вперед, когда другой автомобиль задел наш бампер.
— Черт, — прошипела Ринн, паника отразилась на ее лице, когда мы поняли, что застряли между двумя машинами.
Я потянулся через центральную консоль и открыл бардачок, схватив пистолет, который был внутри. Ринн достала свой телефон, быстро втянув воздух, когда постучала по экрану.
— Нет сигнала, — проскрежетала она. — Они глушат его.
Держа пистолет в одной руке, я вытащил свой телефон, и мое сердце упало в пятки, когда я увидел отсутствие сигнала. Я поднял голову, уловив движение краем глаза, и увидел, как открывается одна из задних дверей внедорожника. Моя хватка на рукоятке пистолета усилилась, когда кто-то вышел, и Ринн ахнула, увидев, кто это. Я уставился на него в полном шоке, не понимая как, черт возьми, он узнал о моих действиях.
— Ты рассказал ему? — зарычала Ринн, ее глаза горели предательством, когда она смотрела на меня.
— Нет, — выдавил я, отчаянно желая, чтобы она мне поверила. — Ринн, он понятия не имел, что я собираюсь это сделать.
Воздух прорезал звук клаксона, и я оторвал от нее взгляд, чтобы посмотреть на своего отца. Он стоял в стороне, и Ник теперь был рядом с ним. Страх пробежал по моим конечностям, когда я взглянул в зеркало заднего вида и увидел, как по меньшей мере пятеро мужчин вылезают из машины позади нас. Блядь. Ринн положила телефон обратно в карман и потянулась к дверной ручке.
— Что ты делаешь? — прошипел я.
— Я не боюсь твоего отца, — сообщила она мне. Девушка оглянулась через плечо, ее взгляд был холодным и стальным, без тени паники. — Он думает, что может просто похитить меня и ничего не случится? Я была милой. Вела себя тихо и позволяла вашим бандам оставаться в Литтл-Хэйвен, чтобы сохранить мир. Я могла бы развязать эту кровавую войну еще несколько месяцев назад, но не сделала этого. Все вот-вот изменится, черт возьми.
Она выскочила, и я поспешил за ней. К тому времени, как я вышел, она уже обошла машину, пока не остановилась примерно в десяти футах перед моим отцом. Я захлопнул дверцу, выпрямляясь и ловя его взгляд. Ухмылка тронула его губы, пробуждая во мне воспоминания о том, как моя мама ушла. Этот расчетливый взгляд заставил меня снова почувствовать себя ребенком, и мой желудок сжался. Он меня разыграл. Я не знал, как именно, но этот чертов взгляд был мне знаком.
— Чего ты хочешь, Хейс? — протянула Ринн, заговорив прежде, чем я успел, скрестив руки на груди и прислонившись к капоту моей машины. — Мы оба знаем, что ты ничего не можешь мне сделать. Нет, если только ты не хочешь, чтобы война обрушилась на Литтл-Хэйвен.
Взгляд Хейса скользнул к ней, и я инстинктивно отступил в сторону, пока моя рука не коснулась ее. Я не упустил, как она напряглась, и мое сердце упало. Неужели она думает, что это я сообщил банде, где мы находимся? Я не мог ее винить. Ситуация выглядела паршиво.
— Ты возвращаешься со мной в Пасифик-Пойнт, — сказал мой отец, кивая Нику, который вытащил пару наручников. — Так или иначе.
— Папа, — я встал перед ней. — Что ты делаешь?
— Кайен, мне жаль, что все так получилось, — вздохнул он, разочарованно качая головой. — Но все сработало, не так ли?
— Сработало? — холодно повторила Ринн, подходя ко мне.
— Я не говорил ему, — выдохнул я, бросив на нее взгляд.
— Тебе и не нужно было этого делать, — сказал Хейс. Он приблизился, и мой желудок скрутило. Пистолет все еще был в моей руке, но я держал его сбоку. Выстрелил бы я в него, если бы он подошел к ней? Не уверен. Как бы я ни презирал его, он все равно был моим отцом. И даже если бы я это сделал, Ник и другие члены банды окружили нас. Меня бы убили через секунду, а Ринн осталась бы с ними одна.
— Ты думаешь, я не видел, как ты достаешь свой телефон на днях в своей комнате? — продолжил он легким и сдержанным тоном. — Какое совпадение, что ее люди появились через несколько минут.
Позади нас послышались шаги, и я резко обернулся, встав между Ринн и двумя мужчинами, которые выходили из-за машины. Я смутно знал их, но они хмуро уставились на меня, пока я стоял перед Ринн. Либо Хейс, либо Ник откашлялись у меня за спиной, и я, игнорируя ее сопротивление, схватил Ринн за руку и поставил перед собой, когда повернулся. Лучше уж пусть эти люди будут у меня за спиной, чем за ее.
— Ты выдал себя в тот день, — насмешливо сказал Ник, глядя на Ринн, будто она была источником всех его проблем. — Ты защищаешь ее. Забыл, что она против нас?
— Ник, не будь к нему строг, — укоризненно сказал отец, его глаза сверкнули злобой. — У моего сына всегда было мягкое сердце. Как и у его матери. И на этот раз это сработало в нашу пользу.
— О чем ты говоришь? — зарычал я, волосы у меня на затылке встали дыбом, как и всегда, когда он упоминал мою маму.
— Апостолы понятия не имеют, что она сестра Шона. Я сказал тебе это, потому что знал, что ты сделаешь — спасешь ее. Обеспечишь ей безопасность, как и своей матери. Я отслеживаю твой телефон в течение нескольких месяцев, Кайен. Все, что нам нужно было делать, это ждать и следить.
От его слов кровь отхлынула от моего лица.
