не ловила ни мобильная сеть, ни интернет, так что нам пришлось ждать утра, чтобы с горем пополам добраться до центральной дороги и вернуться домой. Когда мы обосновались в машине, сверля друг друга яростными взглядами, на удивление, одновременно, как психи, рассмеялись. Я, пытаясь скрыть улыбку, быстро успокоилась, а вот парень смеялся еще минут так десять, раздражая меня еще больше. В тот-то момент, пока Джеймс, приложив ладонь к виску, улыбался, как счастливчик, выигравший в лотерею, а не человек, который застрял ночью посреди пустого поля, я незаметно сфоткала парня.
Красивый. Вот только, как я уже успела убедиться, красота далеко не первое, на что стоит обращать внимание. И внешний вид, — даже если он такой же безупречный, притягательный и сексуальный, как у моего сводного брата, — не перекроет ни одни потрёпанные его характером нервы.
Со злости удалив его фотографию, в придачу с номером телефона, я, рассмеявшись на всю улицу, как не в себе, привлекла внимание проходящих мимо людей. Запуская ладони в разлохмаченные волосы, я закрыла глаза, откинув голову к небу. Даже сейчас, когда шум проезжих машин был способен оглушить человека, я слышала его голос. Вместо ярких, рассыпанных на небе звёзд, я видела его сдержанную улыбку, потому что он не хотел улыбаться при мне, и выдающий смеющийся взгляд. Запах парфюма, который он использовал каждое утро после душа, спускаясь к завтраку, ударил в голову. И вот… опять я чувствовала этот запах. Настолько близко, словно парень стоял, склонившись надо мной, и прямо сейчас обжигал дыханием мои разгорячённые щёки. Втянув холодный воздух глубже в лёгкие, в ушах снова раздался звон телефона и, не контролируя порыв, я не глядя на экран, ответила.
— Долго собралась бегать? — вырвал меня из размышлений знакомый хрипловатый голос, который всегда мне казался таким же необычным, как и его хозяин.
— А? — не поняла я.
— Долго собралась бегать от меня? — повторил он вопрос, и по телу пробежала дрожь.
— Не возноси себя к небесам, братец! Я просто захотела домой. — соврала я, не подавая вида.
— Прямо после того, как мои руки оказались на талии Аси.
— Прямо после того, как мне надоело смотреть на твою пьяную рожу!
— Значит, ты не отрицаешь, что рассматривала меня?
Чёрт! Почему всегда, когда я рядом с ним, нелепые ситуации становятся моими лучшими друзьями?
— Джеймс, отвали! — держа телефон перед лицом, крикнула в динамик я. — Мне плевать, где ты, с кем и что делаешь. Наверное, для тебя это новость, но земля стоит на трёх китах и большой черепахе, а не на твоей многоуважаемой персоне! И вообще, знаешь, я…
— Тебя обнимать приятнее.
В трубке повисло молчание. Для проверки, нет ли у меня галлюцинаций, пришлось ещё раз взглянуть на номер в телефоне. Его. Я знала наизусть.
— Что ты сказал? — не своим голосом, прохрипела я.
Какое-то время, я слышала только его шумное дыхание и посторонний шум на фоне.
— Я сказал — тебя обнимать приятнее. Намного. И пахнешь ты лучше. У Аси дерьмовые духи. — от его хрипловатого шёпота надо мной, я подпрыгнула от неожиданности, задержав дыхание.
Тело вросло в землю, а каждая мышца напряглась, боясь пошевелиться. Его сбитое дыхание обжигало мою шею. Обернувшись, словно в замедленной съёмке, наши взгляды переплелись, как тугими канатами. Сердце предательски, бешенным ритмом, ударялось о стенки, а ладони вспотели. И почему от одного его взгляда, моё тело и разум теряют контроль? Рядом с ним, я теряла самообладание… Рядом с ним я отключала голову и слушала сердце.
— И что это значит?
— Это значит, что ты идиотка.
— А ты козел!
Его пронзительный взгляд не давал права отвести глаз. Не позволял психануть и убежать. Как послушный прирученный котёнок, я смотрела на него снизу вверх, вдыхая еле слышно воздух меж приоткрытых губ. Злость и недовольство на его лице постепенно сменялись чем-то таким, чего раньше я никогда не видела в его эмоциях.
Только я набралась духа выдавить из себя хоть слово, запрограммированное заранее на все случаи жизни, если рядом оказывался Джеймс, как на опущенные ладони попали холодные крупные капли. Закинув голову к небу, я чувствовала, что нарастающий дождь смывает с лица остатки этого вечера.
Забыв, что мы находимся в нескольких километрах от дома посреди дороги, я закрыла глаза, позволяя каплям стекать по моим щекам, опускаясь к шее, ключицам и выкладывать путь по коже ниже. В какое-то мгновенье, небо, полное звёзд пару минут назад, решило проучить меня за всё то, что я чувствовала к парню, сводящему меня с ума одним своим напыщенным самоуверенным видом. В прямом смысле слова: рядом с ним я становилась сумасшедшей. Теряла рассудок и поддавалась необъяснимым чувствам.
От нахлынувшего потока дождя, стремящегося к земле большими каплями, вся промокшая одежда прилипала к телу, посылая холод по коже. Я готова была стоять так всю ночь, пока тяжесть воды в моих вещах и волосах не притянет к земле, заставляя упасть.
Раскат грома. Ещё один. И шум ночного дождя заглушил проезжие машины, с рёвом рассекающие пустые дороги, освещенные неоновыми огнями. Чувствуя, как каждый миллиметр моего тела напитывается проливным дождём, я открыла глаза и шумно выдохнув, поджала губы, лишь бы не заплакать.
В момент, когда мой взгляд попрощался со сгущенным синим небом, возвращаясь к Джеймсу, сердце снова и снова совершало кульбит, заставляя содрогаться всё тело. Пока я безмолвно наслаждалась ливнем, мысленно обращаясь к небу, Джеймс не сводил с меня глаз. Всё это время он простоял, ни разу не отведя взгляда. С русых волос парня, потемневших от воды, на лицо скатывались крупные капли дождя, а футболка, насквозь промокшая, прилипла к его рельефному телу.
«Почему ты так смотришь на меня?»
«Уходи»
Пока разум боролся, оттолкнуть парня или притянуть ближе, вокруг с криками разбегались прохожие, прячась от дождя. И только мы, как ненормальные, пронзали друг друга взглядом, ведя безмолвные переговоры, в которых лучшим обоюдным решением был бы поцелуй. В тот момент, в голове всплыли все романтичные моменты из фильмов, где герои целуются под дождём, от чего я не сдерживаясь, прерывисто расхохоталась.
Пару секунд Джеймс с любопытством изучал моё лицо, после чего склонив голову набок, позволил появиться ямочкам на щеках благодаря своей ухмылке, преодолевая последнее расстояние между нами.
— Я не умею целоваться. — с дуру ляпнула я первое пришедшее в голову, тут же смущённо закусив нижнюю губу и перестав смеяться.
— Я научу. — без раздумий выдал он, глубоко и серьёзно пронзая меня взглядом, расплываясь в загадочной улыбке.
Если я сплю, пуская этот сон
