Читаем без скачивания Ник-5 - Анджей Ясинский

Вернувшись домой, Толлеус, засучив рукава, стал экспериментировать. Сначала проверил пузырь — вот и еще одно плетение, годами пылящееся в посохе, дождалось своего часа. Надувается и опадает исправно. Искусник немного изменил форму, сделав эллипсоид вместо сферы. Иначе центр очень далеко от лестницы получается. Толлеус уже не мальчик, чтобы прыгать как заяц.

Теперь механика — продеть через колесо от телеги три простые веревки и натянуть их от пола до потолка. Получилась импровизированная подъемная площадка, которая свободно скользит вверх-вниз по веревкам. Готово — можно пробовать!

Толлеус уверенно встал на колесо, запитал плетение маной. Его подбросило кверху, припечатав об потолок. Обратно распростертого на колесе старика тающий пузырь опустил, как и положено, плавно и бережно. От удара сбилось дыхание, но принудительная вентиляция легких справилась на отлично. А вот от звона в голове у искусника ничего не было. Эх, а не подумать ли над защитой головы, а не только тела?

В принципе, подъемник работал и потреблял умеренно. Но вот начальный впрыск маны, как Толлеус только что убедился на собственном горьком опыте, нужно было рассчитывать не на глазок. Любое плетение потребляет столько маны, сколько подашь. Делается это вручную — линейки в голове нет. И в зависимости от этого результат получается чуть мощнее или слабее. Обычно это не важно. Но для подъемника Толлеуса оказалось критично.

Значит, нужно все настроить так, чтобы и без влияния человека работало. Следовательно, нужен датчик из над-плетения, нужен манодозатор и еще сторож, чтобы активировать плетение по сигналу с датчика и закачивать ману не всю сразу, а плавно.

Датчики, дозаторы и сторожа! — Такой девиз вынес старый искусник из этого урока.

Старик закончил встраивать в жилетку разрядник. Пришлось перековывать раму и менять компоновку амулета, отчего жилетка стала еще массивнее и тяжелее. Неизбежное зло. Правда, внутри появилось свободное место — Толлеус справедливо решил сделать запас на будущую модернизацию. Некоторые датчики, а также запас дозаторов и сторожей уже были внутри, но подключать их пока было рано — не рассчитаны таблицы порций. Да и сами параметры, которые должны были снимать датчики, представлялись весьма условно. Пока искусник поставил контроль только за температурой и количеством сердечных ударов. Нужно было хорошенько продумать работу над-плетений. Вроде бы работа по специальности, но она вызвала неожиданные сложности. Цифры, чтобы их прочитать, нужно на чем-то рисовать. Как устроена магическая картина из видений, на которой двигались нарисованные фигуры, Толлеус понятия не имел. Тут нужно было подумать. Пока что температуру можно было оценить по положению камешка в колбе. Если камешек завис в центре — норма, поднялся — жар, опустился — озноб. Также информативно, как положить руку на лоб. Но искусник прекрасно понимал — все это только для эксперимента.

С сердцем, как сначала казалось Толлеусу, он придумал хорошо. На каждые десять ударов в жилетке раздавался тихий щелчок. А если динамика щелчков менялась до опасных значений, начинал звонить колокольчик. Правда, уже через пару часов постоянные щелчки стали безумно раздражать, и их пришлось отключить.

Целый день старик ломал голову, озабоченный проблемой вывода информации о своем состоянии в виде слов и цифр. В принципе, худо-бедно получалось чертить магическим щупом знаки не песке. Даже теоретически можно было заготовить плетения по количеству букв и, активируя их в правильной последовательности, писать 'слова'. Но это было очень сложно в реализации и требовало пространства для размещения оборудования размером с сундук. Не говоря уже о том, что песок — крайне неподходящий объект с точки зрения практики. Обычные же чернила не подходили с точки зрения Искусства. Как, скажите на милость, научить аурный щуп обмакивать перо в чернильницу, стряхивать капли, периодически проводить заточку пера, а потом убирать чернила обратно с дощечки? Самое обидное, что императорские указы писали искусники, причем совсем не чернилами. Но как — Толлеус не знал.

Идею подсказали светлячки, когда старик, мучимый бессонницей, вышел на балкон. Сделать светящуюся точку — не проблема даже без жезла. А если сделать много таких точек, то из них можно сложить букву и даже слово. Правда, опять дело стопорилось в количестве плетений и, как следствие, в габаритах устройства.

Еще одну идею Толлеус подсмотрел тут же, на балконе — у упавшей звезды. Кто сказал, что надо выстраивать изображение точками? Точку запросто можно растянуть в линию! С неожиданным волнением искусник попробовал начертить в воздухе светящийся круг, и у него получилось. Правда, нить тут же исчезала, как только старик переставал ее подпитывать, так что книгу так не напишешь, но так не для того и делается! Были и другие ограничения. Нить нельзя было разрывать — иначе нужно было создавать вторую нить и так далее. Но это мелочь — можно чертить буквы непрерывно. Может быть, не так красиво, но и не критично. С увеличением длины нити увеличивалось потребление маны, но опять-таки не книгу он писать собрался! Если чертить чуть-чуть, то затраты ничтожны.

Это было хорошо — Толлеус чувствовал, что на верном пути. Оставался буквально один шаг — как-нибудь уменьшить количество амулетов. Ведь если брать количество амулетов плюс такое же количество датчиков и остальное по числу букв, то это только-только поднять сил хватит. А старику хотелось иметь за собой контроль всегда, а не только дома. Пришлось усложнять. Вместо десятков простых плетений, Толлеус попытался было собрать их в одно, но с отдельным выводом для каждого. Тогда его можно было бы поместить в один амулет. Ничего не получалось: четыре-пять символов еще удавалось наложить, а потом старик безнадежно путался в мешанине из нитей. В конце-концов старик схитрил и написал полный алфавит на обычной дощечке, а потом попросту соединил отдельными нитями каждую букву с простеньким распределительным датчиком, откуда прокинул связь на плетение светящейся нити.

Теперь, имитируя последовательность сигналов в датчике, Толлеус вызывал активность нужных символьных нитей, и светящаяся нить послушно повторяла их контуры. Красиво!

Какое-то время старик развлекался как ребенок, составляя разные надписи.

Только когда он, набаловавшись, собрался подключить датчики здоровья к своему новому амулету, выяснилась одна неучтенная проблема. Как перевести сигнал от датчиков в символы? До этого была простая ассоциация уровня сигнала с одним из трех результатов: меньше, норма или больше. Но тут-то не пропишешь ассоциацию на каждое значение! Беда! — Толлеус погрустнел. Промучившись до полуночи и ничего не придумав, он лег спать.