И я еще раз убедилась: классика мне не совсем подходит. Все надо подстраивать под свои особенности. Я все‑таки ведьма, а не маг разума.
Но если это учесть, связь получалась более стойкой, а образ более ярким и насыщенным.
За этими занятиями мы не заметили, как добрались до постоялого двора. Завтра к обеду нам предстояло достичь герцогского замка. Эту ночь я решила посвятить экспериментам и попробовать пробиться к Армандо. Пусть хотя бы скажет, почему закрылся. Хоть одно слово!
Утро я встретила злая, не выспавшаяся и с головной болью. Всю ночь раз за разом я пыталась пробиться к моему другу, а меня раз за разом выбрасывало прочь. Он не хотел иметь со мной дела.
Отчаявшись получить ответ на свой вопрос, я решила: ну и пусть. Не хочет — не надо. У меня есть чем заняться. Буду учиться, стану самой искусной ведьмой и самым нестандартным магом на континенте, пусть потом локти кусает. А мужчины… Не нужны они мне, от них одна боль. Да и где взять приличного кавалера? Под надзором дедушки Вэня я ни с кем не общаюсь. Лей? Это просто курам на смех. Ну, может, герцог какой подвернется, я не знаю…
В душе тлела надежда, что Армандо одумается и снова со мной свяжется. Но делать на это ставки я бы не стала. Объявится — хорошо, только сначала пусть объяснит, с какого перепуга он вдруг от меня закрылся. Не объявится… Ну что ж, пережила смерть Антонио, переживу и это. Руки на себя накладывать не стану. Изображать вечную страдалицу тоже. Под ногами лежит дорога, она ведет все дальше и дальше, и кто знает, что нас на ней ждет?
Я верю в то, чему учит меня Вэнь: чужое, ненужное отвалится и потеряется, а то, что наше, от нас никуда не денется.
Но раз в сутки проверять как там мой приятель, жив или помер, буду все равно. Хоть это я могу делать? Так почему нет?
Герцогский дворец встретил нас радушно. Мы попали туда немногим позже Лея: хваленая карета обогнала нашего ослика не более чем на четыре часа. У них по дороге колесо соскочило и ось сломалась, а все из‑за того, что слуги старались как можно скорее выполнить приказ хозяина и гнали лошадей, ни на что не обращая внимания. Пришлось им задержаться в деревне, совсем немного не доехав до столицы герцогства. Переночевали, с утра нашли мастера, починились и прибыли только к полудню.
И стоило огород городить?
В плюсе осталась я: в дороге Лею нечем было заняться и он охотно помогал Вэню меня обучать. Если бы он уже достиг замка, вряд ли бы откликнулся на наш призыв.
Но за четыре часа он успел больше, чем иные успевают за сутки. Во — первых, продал все свои амулеты подчистую. Во — вторых получил заказ на новые. И в — третьих убедил герцога, что он лишь убогий ученик великого мастера, то есть Вэня. Поэтому нас там ждали с нетерпением.
Придворный маг, вышедший нас встречать во двор, был просто недоволен появлением конкурента. Но хозяин его послал и тот не смог отвертеться. Спросив, не устали ли мы с дороги и не нужно ли нам чего и получив отрицательный ответ, он отвел нас в главный зал, где на троне восседали герцог с женой, и представил собравшимся.
Сам герцог, высокий, статный господин средних лет, сохранял некоторый скептицизм, из чего я заключила, что он человек разумный. Его молодая супруга, миниатюрная, изящная, похожая на птичку, пребывала в ожидании чуда. Нашей задачей было развеять герцогское недоверие и полностью оправдать ожидания его прекрасной половины.
Стоя на полшага позади учителя, я старательно копировала все его маневры. Раз выгляжу как хотейка, вести себя должна соответственно. Семенила за ним, делая маленькие шажки, руки держала прижатыми к бокам., а для удобства вцепилась кончиками пальцев в полы шелковой туники. Вот Вэнь остановился напротив герцога и поклонился, положив ладонь на сердце, я сделала то же самое.
Со стороны можно было подумать, что я самая скромная и послушная девушка на свете. А я в это время внимательно осматривала наших хозяев. У герцога больная печень, слишком налегает он на вина с побережья. Колено когда‑то было повреждено и до сих пор плохо сгибается, а в плохую погоду еще и болит. Сердце не в самом лучшем состоянии, да и по мелочи много признаков нездоровья. Да. Запустил себя мужик, а ведь ему всего‑то лет сорок, может быть сорок два, не больше. Не понимаю, куда смотрит его целитель. Что ж, если он возьмется за свое здоровье и перестанет так пить, протянет еще лет тридцать.
Затем я присмотрелась к герцогине. Ей на вид было не больше двадцати. Маленькая, складненькая, может быть излишне хрупкая, она была на редкость хороша собой. Неудивительно, что муж смотрит на нее с нежностью. Такие женщины вызывают у больших и сильных мужчин желание беречь и защищать.
Так, что у нее со здоровьем?
Я присмотрелась и чуть не завопила, но вовремя взяла себя в руки, только губу пришлось закусить. Демоны! Мне понятно, почему герцог нас вызвал и даже карету прислал. Самому ему помощь была не нужна, обошелся бы услугами местных целителей. А вот его жене…
На бедную кто‑то навесил жуткое проклятье. Пока оно выражалось в невозможности выносить ребенка, но лет через пять сведет герцогиню в могилу.
Очень хотелось спросить Вэня, видит ли он то же, что и я, но надо было играть в игру и создавать правильное впечатление. Самое смешное, что учитель ей помочь не в силах, а вот я смогу. Потому что ведьма и женщина.
Ведьминское проклятье считается неснимаемым, снять его может только та, что прокляла. Но… То, что одна ведьма сделала, другая всегда может разрушить. Это наша большая тайна. Правда, надо знать, кто проклял, за что и какое граничное условие поставил. Полагаю, герцогиня отлично знает, за что такое получила. Это маги могут проклинать дистанционно, сидя в своей башне за тридевять земель. Ведьма это делает глядя в глаза. Иначе получается пустое сотрясание воздуха.
Я дождалась, когда приветствия закончатся, а когда нас повели за стол, зашептала на ухо учителю:
— На бедной герцогине висит проклятие. Ведьминское. Как снимать будем?
— Динь, сама понимаешь, придется тебе. Сможешь?
— Все зависит от проклятия. Гарантию тут никто не даст.
— Ничего, моя девочка. Делай свое дело, а там посмотрим. Если нужна будет помощь…
— Спасибо, учитель.
После роскошной трапезы герцог пригласил Вэня в кабинет для приватной беседы, а я осталась в столовой с герцогиней и ее приближенными дамами. Если сама госпожа была милой и приветливой, то окружающие ее тетки мне не понравились. Старые крысы! Уверена. Она не сама их себе отбирала.
Наверное, герцог окружил ее такими мерзкими особами чтобы держать под наблюдением. Боится, что юная и прекрасная супруга наградит его рогами? Тут не теток ей надо в окружение набирать, а самому трудиться над завоеванием сердца женщины.
