Читаем без скачивания Ренегат - Артем Мичурин

— Хм, а я думал, у вас только идейных набирают.

— Правоту идей иногда нужно подкреплять золотом, — усмехнулся капитан.

По коридору со стороны лестницы застучали приближающиеся шаги.

— Готово, — Коллекционер в сопровождении неуверенно ступающего Дьяченко перешагнул порог и вручил Репину бумагу. — Целых две строчки накалякал. Признаюсь — добиться этого было не просто, но приятно.

Репин взял письмо и зачитал:

— Вас понял. Посты усилим. Бдительность среди населения повысим. На данный момент происшествий в районе не зафиксировано. Число. Подпись.

— Годится? — спросил охотник.

— Вроде неплохо, — кивнул капитан и, нахмурившись, перевёл взгляд на стоящего у двери медика. — Сержант, что у тебя с формой? Чем куртка изгваздана?

Дьяченко склонил голову, пытаясь рассмотреть предмет командирского недовольства.

— Сблеванул малость, — пояснил Коллекционер. — Ничего страшного.

— Разрешите взглянуть, — протянул Стас руку к листку бумаги.

— Держи, — отдал письмо Репин. — Что-то не так?

— Хочу Вале автограф продемонстрировать. Он его по-другому описывал, не похоже на этот.

— Вряд ли Дикой сейчас хитрить станет, — поделился мнением охотник.

— Я бы не стал, — поддержал его сержант.

— Вот и убедимся.

Зайдя в комнату к Бережному, новоявленного почерковеда Стас не обнаружил. Койка была пуста, по синему одеялу расползлось круглое тёмное пятно.

— Валя, — позвал он, заглядывая под кровати.

— Станислав?! — откликнулся возбуждённый дрожащий голос.

Бережной сидел через три ряда от места последней дислокации, прячась за прикроватной тумбочкой. Приняв позу зародыша, он обхватил колени руками и, судя по красному пятну, упёрся в них лбом. Боль в бедре Валентина уже не тревожила, страх заглушил её полностью.

— Ты что тут делаешь? — поинтересовался Стас, изобразив удивление.

— Здесь был… Здесь был… — залепетал Валя, и снова уткнулся лбом в колени. — Господи. Я подумал, что он пришёл за мной. Я уже…

— Ну всё-всё, поднимайся, — Стас ухватил всхлипывающего Валентина под локоть и усадил на койку. — Кого ты видел? Верзилу с пулемётом?

Бережной поднял глаза и судорожно затряс головой из стороны в сторону.

— Это не человек, Станислав. Не человек. Чудовище!

— Да, я знаю. Его зовут — Сатурн. Это один из бойцов, которые скоро будут штурмовать Муром. Рота таких богатырей выглядит ещё внушительнее. И лучше оказаться с ними на одной стороне. Но я к тебе вообще-то пришёл не страсти всякие рассказывать, а по делу. Вот, — протянул Стас бумагу. — Узнаёшь почерк?

— Узнаю, — кивнул Валентин. — Рука Дикого.

— Верно. А подпись?

— А подпись… — Бережной задумался, рассматривая закорючку. — Нет. Он её изменил. У него размашистая такая, широкая.

— Спасибо. — Стас забрал бумагу и вернулся в соседнюю комнату. — Автограф не годится, — констатировал он присутствующим. — Нужно переписать.

— Что ж, — пожал плечами капитан, глядя на охотника. — Нужно, значит нужно.

— Сегодня мой день, — расплылся Коллекционер в улыбке и, излучая оптимизм, направился доделывать неоконченную работу. — Веселее, сержант, — приобнял он поникшего медика. — Я дам тебе такой опыт, какого и в полевом госпитале не наберёшься.

Дьяченко удручённо вздохнул и поплёлся следом.

Спустя тридцать минут, Бережной, переодетый в чистые штаны, снаряжённый АКСУ-74 и запечатанным конвертом, уже стоял снаружи, выслушивая последние напутствия.

— Валя, — Стас положил руку ему на плечо, словно прощался с хорошим другом, — говори как можно меньше. Если не спрашивают, то лучше вообще помалкивай. Отдай конверт, отсидись до темноты, и дуй обратно. Понял?

— Угу, — потряс щеками Валентин.

— И самое главное — не забывай, на чьей ты теперь стороне, позаботься о своём будущем сегодня. Ну всё, ни пуха.

— К чёрту, — пискнул свежееперевербованный агент и, прихрамывая, отправился на встречу судьбе.

— Как думаешь, вернётся? — спросил Капитан, провожая Бережного взглядом.

— Ему больше некуда идти, — ответил Стас.

— Я приказал Сатурну запросить подкрепление. Из Кутузовского не пришлют, боятся оголять тылы. Но передовые отряды уже форсировали реку и один из них направлен сюда.

— Как скоро ждать?

— Сутки примерно.

— Долго. Если Валя сглупит, то максимум через три часа нас возьмут в клещи, и мы примем бой.

— Значит, так тому и быть.

Однако, спустя три часа, никаких признаков активности вокруг района высоток не обозначилось. Капитан распорядился сменить Павлова с Бакаюровым, и Стас занял прежнее место в служащей наблюдательным постом кухне.

Время шло, но гнетущее чувство подкрадывающейся беды не ослабевало. Оно достигло пика к окончанию третьего часа ожидания и теперь, по прошествии уже семи часов, лишь едва притупилось, обтерев острые шипы о сердечную мышцу.

«До чего же всё это мерзко, — подумал Стас, вглядываясь в далёкий поворот улицы Жданова, уводящий к восточным воротам. — Кто бы мог подумать — Валя снова рулит ситуацией. А ты сиди, жди у моря погоды. И хрен знает, что у этой жирной сволочи на уме. Зря, зря мы затеяли такую авантюру. Нужно было валить гада, и отходить назад, в Кутузовский. Пусть запускали бы свой беспилотник. Доверился пидорасу, после двух подстав! Это ненормально, Стас. Помешательство, мать его, какое-то. Иначе и не назовёшь. Сколько раз тебя жизнь учила? Нельзя доверять людям. Нельзя, нельзя, нельзя. А тем более пидорасам. Нет, опять в то же говно наступаешь. Правильно Лёха говорил: „Подохнешь от своей доброты“.

Солнце вовсю кренилось к горизонту, а дорога оставалась также безлюдна, как и десять часов назад. Выданные медиком пилюли, после третьего за сутки приёма бодрили уже не с той силой, что в первый раз. Усталость камнем повисла на шее.

Когда местность внизу стала почти неразличима из-за сгустившихся сумерек, Репин отозвал подслеповатых наблюдателей, отправив на их место Коллекционера и Павлова.

— Почти двенадцать часов прошло, — поделился наблюдением Стас, запивая тушёнку чаем. — Где его черти носят?

— Да плевать, — капитан затянулся и стряхнул пепел на край стола. — Какая теперь разница? Время играет за нас. Главное — до утра продержаться. Зря мы, наверное, подвал трупами забили. Нужно было их к лесу оттащить.

Стас кивнул и уже собрался выдвинуть предложение по привлечению Сатурна к расчистки им же захламлённого подвала, как входная дверь открылась и из неё в сопровождении Злобина появился Валентин с громадным тюком за спиной.

— Добрый вечер, — поклонился он, шаркая ногами о половик. — Я всё сделал, как вы велели. Конверт передал. Ничего не говорил. И… вот, собственно.

Тюк с шумом опустился на пол.

— Молодец, — похвалил Репин. — А что так долго?

— Ну, как же? Пока вещички собрал, пока ставни железные на окна поставил, а у меня их двадцать четыре штуки, с больной ногой-то, да с ревматизмом, вот и время пролетело.

— Чистый? — обратился капитан к Злобину.

— Только это, — продемонстрировал старшина изъятый автомат, — и два рожка.

— Хорошо, проводи нашего гостя, — распорядился Репин. — А вещи пока останутся здесь, — добавил он, заметив, как пухлая ладошка Бережного потянулась к баулу.

Валентин замер на секунду, виновато улыбнулся и, сдав задним ходом, проследовал в коридор.

— Чёрт, — хмыкнул Стас. — Впервые я так рад видеть Валю.

— Надеюсь, что до утра теперь визитов не будет. Можешь отдохнуть.

Разбудил Стаса топот ног по коридору и беспрестанное хлопанье дверьми. Выйдя из комнаты, он едва разминулся с двумя легионерами, несущими тяжёлый деревянный ящик, и тут же был весьма грубо отодвинут в сторону появившемся из-за спины Старшим братом незнакомой наружности.

— Давно вы тут? — поинтересовался Стас у расположившейся в холле группы камуфлированных товарищей, но ответа не удостоился и, выматерившись себе под нос, пошёл на улицу разыскивать капитана.

Картина вокруг бывшего бандитского логова за прошедшие восемь часов изменилась кардинально. Пустой двор заполнили десятки человек, таскающих из пяти припаркованных рядом грузовиков, к высоткам и в здание, всевозможное имущество, от раскладных стульев, до тяжёлых пулемётов на треногах. Так же в поле зрения Стаса моментально попали два БТР-80, КамАЗ „Выстрел“, БМП-3 и автоцистерна. Старшие братья поправляли броню и звенели пулемётными лентами, время от времени порыкивая на путающихся под ногами людишек. И всё это без какого-либо намёка на скрытность.

— Совсем рехнулись, — Стас подошёл к одному из руководящих разгрузкой легионеров. — Кто здесь главный?

— Что? — смерил тот Стаса взглядом. — А ты сам-то кто такой? Чего здесь ошиваешься?