— В десять будем ждать у главного подъезда, — ответил наш командир.
— Ол–райт, считаю приглашение принятым, — откланявшись, метрдотель вышел.
— Ну и денек! Бывшая фрейлина дарит цветы, американские девушки приглашают на пляж! Знаешь, Иван, принимай все меры, пора уматывать, и как можно скорее, — покрутил головой Чечин.
— И через Гренландию, Виктор?
— Даже через полюс! Но домой, домой!
В воскресенье всем экипажем на двух открытых машинах поехали к океану. Горячее солнце и соленый ветер. Купались, загорали. Девушки были веселы и в меру строги. Метрдотель охотно, с живостью переводил… Всем понравилось, как организован отдых. Недалеко от пляжа, в окружении густых зарослей, стоял ряд одноэтажных домиков. К каждому от основной дороги шла узкая асфальтовая дорожка. В доме — две–три комнаты, электрическая кухня и гараж. Для того чтобы войти в дом, необходимо опустить пятидесятицентовую монету в автомат, откуда выскакивал ключ от дверей дома и гаража. В кухне также висел автомат, а рядом — список продуктов и всяких услуг с указанием цен. Опускай монеты стоимостью от десяти центов до одного доллара — и все вылетит из автомата в ваше распоряжение, от жевательной резинки до постельных принадлежностей — это для тех, кто оставался ночевать. Не было только спиртных напитков, но кока–кола, пепси–кола и пиво — разных сортов и марок.
В отель вернулись с заходом солнца, девушкам надо было рано вставать, чтобы успеть вовремя на работу. Нас поразила их щепетильность. Они не позволили нам взять на себя расходы, а подсчитав, поделили на всех и каждый должен был оплатить свою часть.
— Но тогда учтите израсходованный бензин и амортизацию ваших машин! — возмутился Виктор.
— Вы приглашены нами. Машины наши. Вот когда вы пригласите нас, расходы на транспорт будут уже ваши! — кокетливо улыбаясь, ответили девушки, высаживая нас у подъезда.
Работали они в ресторане ежедневно по десять часов. Оплата двадцать два доллара в неделю. На эти деньги надо прожить и хорошо, обязательно хорошо, одеться. Хозяин ресторана за их внешним видом следил строго. Чаевые, десять процентов от суммы заказа, вписывались в карточку и полностью шли в кассу. Обслуживать посетителей надо было не только быстро и хорошо, но и обязательно с приветливой улыбкой, как старых знакомых, не возражая на замечания, пусть они и несправедливы. При малейшей оплошности хозяин безжалостно увольнял — на эти места было много желающих.
В понедельник нас повезли на военные заводы. Организация производства высокая и четкая, ни минуты простоя — конвейер безжалостно высасывал все силы. Рабочий день восьмичасовой, в субботу до двух часов дня. Нас поразило: огромные заводы оборудованы современными машинами, станками, а столовых нет. В короткий обеденный перерыв, тут же у станка или остановившегося конвейера, каждый рабочий из своей сумки или чемоданчика доставал термос, судки, газетные свертки и ел, сидя прямо на полу или на какой–нибудь детали. И снова за работу. Впервые за последние десять лет трубы Америки задымили в полную силу.
В один из дней мы отправились с нашим сопровождающим Анатолием Маслюком в гости к сержанту военно–морского флота, служившему поваром в гарнизоне. Почему к нему? Да просто хотели посмотреть, как живут средние» американцы. Перед этим мы побывали на приеме у одного миллионера, большого оригинала, владельца крупнейшей фирмы по производству мороженого — сеть его холодильных предприятий была разбросана по всем штатам; для снабжения Южной Америки своей продукцией фирма имела корабль–рефрижератор. Сам же владелец фирмы, оказывается, уже много лет по воскресеньям, когда заводы его стоят и рабочие отдыхают, целый день работает один на автоматах по производству фигурного мороженого: штампует лошадок, зайцев, птичек и прочую живность для бесплатной выдачи в детских приютах. Когда мы его спросили, почему он, если хочет помочь детям в приютах, не переведет этим приютам хорошую сумму долларов, он, смиренно потупясь, ответил:
— Но я хочу, чтобы бог видел мой личный труд на пользу сирот. Ведь я работаю в день, когда все отдыхают.
Мы не захотели больше принимать подобных приглашений.
…Семья сержанта жила за городом в двухэтажном деревянном коттедже, окруженном фруктовым садом. В семье — четверо. Сам сержант Гуго, его жена Джейн, педагог, ребенок и отец Джейн — мистер Кинли, клепальщик на судоверфи. Как потом выяснилось, он работал на ремонте советского судна «Киев».
Встретили тепло, с большим радушием. В пятикомнатном доме было уютно, но просто. На наш вопрос, сколько же стоит такой дом, ответили:
— Это в рассрочку. Шесть тысяч долларов надо выплатить в течение десяти лет.
Под коттеджем был гараж и система водяного отопления с газовым котлом. В гараже две машины — «шевроле» и «форд» — пикап. На вопрос, для чего вашей такой маленькой семье две машины, ответили, что работают далеко за городом и в разных концах. Машины также куплены в рассрочку. Потом мы узнали, что в рассрочку взяты холодильник, радиоприемник, фотоаппарат.
— Сколько же составляет ваш общий заработок?
— Триста тридцать долларов в месяц. Но чтобы получить кредит у торговых фирм, необходима хорошая характеристика и рекомендация с места работы.
— Поэтому никаких противоречий и конфликтов с хозяином?
— Иначе все потеряешь, и работу и дом, — грустно улыбнувшись, ответил мистер Кинли.
— А ваш личный заработок?
— Сорок пять долларов в неделю, дочка семьдесят и зять восемьдесят, но уже в месяц. Правда, Гуго, как военному, на базе все идет со скидкой до сорока процентов: сигареты, продукты, одежда, однако на сумму не более половины заработка.
— У вас все работают, кто же ведет хозяйство, кто смотрит за ребенком? — задал вопрос Саша Макаров.
— Джейн, Гуго и я. Что делать? Прислугу нанять не можем, а внука на день отдаем в детский пансион при поселке. Это стоит шесть долларов в неделю. А в воскресенье малыш с нами.
Мистера Кинли интересовала жизнь и быт наших рабочих, система оплаты, заработок рабочих советских судоверфей, порядок отпусков, медицинская помощь, пенсия за выслугу, за увечья. Он был поражен, когда узнал, что медицинская помощь у нас бесплатная и на время болезни сохраняется средний заработок.
— Мне хочется вам верить, но такое в моей голове не укладывается! Этого не может быть! Ведь одни роды моей дочери обошлись нам в семьсот долларов! А вы говорите, у вас бесплатно, да еще платят по среднему! Прямо фантастично!
— Папа, один наш сотрудник показывал нам журнал «Советский Союз». Он печатается на английском языке, там действительно писалось об этом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
