"Будь что будет, - подумал кукловод, глядя на трепещущий на ветру обрывок парусины. - По крайней мере, попытаюсь..."
Ларт никак не мог вырваться из бесконечного кошмара. Словно из последних сил полз по отвесной скале, обламывая ноги и вгрызаясь зубами в базальт, и как бы долог не казался подъем, спасительная вершина по-прежнему оставалась невообразимо далеко. Силы покидали воина, он замерзал на ветру, и кровь в жилах превращалась в студень...
Потом стало невообразимо жарко и больно. Хотелось вскочить, броситься бежать и крушить все на пути. Изо рта рвался крик полный страдания и ненависти, но челюсти были крепко сжаты, а губы словно срослись.
Очень, очень жарко! Целое море огня, из которого невозможно выбраться.
Жар оставил его. Боль ослабла, по телу разлился приятный, но пугающий холодок, словно вместо крови по венам побежала талая вода.
Клогарт открыл глаза.
Над ним тускло горел и чадил фонарь, подвешенный на железной цепи к потолочной балке. В нос ударил отвратительный прогорклый запах жженый листьев, травяных бальзамов и хвои. В горле першило, хотелось прокашляться и сплюнуть. Воин попытался раскрыть губы, но не смог. Попробовал пошевелить языком - ротовая полость была словно тряпками набита. Испугавшись, Ларт рванулся так, что легко разорвал сдерживающие его ремни и свалился на пол, сильно ударившись плечом и лицом о плиты.
Приподнялся, опершись об каменное ложе, на котором провалялся демоны знают сколько времени. Ларт был голым, но холода не чувствовал.
Воин огляделся.
Его окружали пустующие каменные столы, в столешницах которых были выдолблены контуры человеческих тел. Всего - пять штук. На одном покоились аккуратно сложенные мешки из парусины.
В помещении с низкими сводами царили темнота, сырость и тишина, лишь где-то в стороне с глухим стуком падали капельки. Клогарт провел пальцами по груди, - кожа казалась жесткой и холодной; на боку нащупал вздувшийся шрам. Он оказался большим и широким. Похоже, неведомому спасителю пришлось изрядно повозиться, прежде чем он сумел извлечь отравленную иглу из плоти великана. Немного пугало, что пальцы м ступни потеряли чувствительность. Словно онемели.
Выставив перед собой ладонь с растопыренными пальцами, Ларт пошел вперед, туда, где во мраке проступали полосы света. Под ногами что-то звякнуло. Он наклонился и поднял с пола старый, покрытый налетом ржавчины нож-пилочку. Воин даже предположить не мог, зачем нужна такая штуковина. Тонкий, изящный, с тупым острием и мелкими зубчиками. Таким не уколешь, только пилить и можно...
Хотелось раскрыть рот, вздохнуть полной грудью, но по-прежнему не получалось.
"Неужели когда падал, сломал челюсть?" - подумал Ларт, шумно втягивая воздух носом. Он помнил, как однажды его товарищ по ордену получил удар в лицо и два месяца проходил с жуткого вида железным каркасом на челюсти. Не мог раскрыть рта, лишь мычал, да цедил суп через камышовую трубочку.
Вернувшись, Ларт протер лезвие ножа мешковиной и присмотрелся.
Его рот стягивали толстые нитяные скобы, губы распухли от небрежных стежков, приобрели синеватый оттенок. Утробно зарычав, Клогарт разрезал нити, нечаянно задев губу. Он не почувствовал боли, а рана не кровоточила.
Ларт закричал.
Кинулся на свет, сжимая в ладони нож. С трех попыток вышиб дверь, выломав петли вместе с кусками кирпичной кладки. От ударов кожа на плече повисла лоскутами, а кости, скорее всего, треснули, но... боли не было.
Всего, что произошло потом, Клогарт почти не помнил. Лишь обрывки...
Он вырвался из подвала. Очутился в чулане; дверь вниз, как оказалось, была спрятана за широким старым гобеленом.
Уже знал, куда идти дальше. Бывал в этом доме не раз.
Взбежал по лестнице и остановился перед дверью в комнату Юлера. Она была распахнута настежь.
Чужеземец сидел в своем любимом кресле, утомленно прикрыв глаза. Дремал. Даже грохот падающей двери не смог его разбудить. Перед Юлером на столешнице лежал тяжелый фолиант в странном переплете из кожи, серебра и бронзы. Рядом стоял штоф и дорогой кубок из поделочной кости.
- Что ты сделал со мной?! - Ларт схватил торговца за грудки и приподнял, как пушинку. - Отвечай, ублюдок поганый!
Он швырнул Юлера на столешницу.
Мужчина не сопротивлялся. Стонал.
- Что ты... что ты творишь, дурак? Это не я!.. - Удар заставил его подавиться кровью. - Это не я, говорю же тебе!.. Эрхра! Это она тебя спасла.
- Спасла? - прорычал Клогарт. - Как? Почему я не чувствую холода и боли?
- Ты был мертв! Яд сжег твое нутро. Из ушей и носа тек гной, а глаза стали желтыми, как у совы. Эрхра сумела тебя не только спасти, но и сделать сильнее. Знаешь, что такое нерлок? - на губах торговца пузырилась багровая пена. - Знаешь, кто такие колдуны? Моя жена - ренегатка из школы Некромантии. Она удержала тебя на грани жизни и смерти - а это высшее искусство! - не дав превратиться в кучу тухлого мяса. Но тебе придется подчиняться Эрхре, Ларт. Ничего личного. Таковы законы некромантии. Нерлока всегда на "поводке" у создателя...
Клогарт вспомнил, как удивлялся кукловод, когда не смог подчинить его разум. И теперь он не чувствовал чужой воли.
- Вынужден тебя разочаровать, Юлер. Никакие поводки меня не удержат.
Он подхватил фолиант и принялся колотить им торговца. Остановился лишь тогда, когда голова его превратилась в месиво, стол был сломан, а пол и стены заляпаны мозгами и кровью.
Ларт встал.
Поднял с пола зубчатый нож и улыбнулся. Он помнил, где находится спальня колдуньи, и собирался отомстить так, чтобы у хранителей, когда обнаружат труп, волосы на головах поседели.
То, что с ним сделали - страшнее смерти, особенно для человека, чьи предки гибли в Буре, терпели нужду и боролись за жизнь в разоренных землях.
И он отомстил. Ровно так, как и хотел. А может быть, даже слегка переусердствовал.
Крики были слышны далеко за пределами особняка, и какие-то бдительные горожане привели хранителей.
Ларт нежничать не стал. Охваченный боевым азартом, легко убил одного и ранил двоих слуг закона. Вооружившись их мечами, попытался скрыться в трущобах, но не успел. Его окружили, отрезали от спасительных проулков и загнали в торговый район. Здесь было много пустых домов, недостроенных, но Клогарт пробрался именно в жилой. Убил хозяина и стража, жену с детьми выгнал на улицу, просто чудом удержавшись от кровопролития.
Пока поднимался на второй этаж и искал, чем можно забаррикадировать дверь, внутрь вломились четверо хранителей. И маг. По счастью, не стихийный, а ментальный и совсем еще молоденький, почти ребенок. Он попытался "спеленать" душегуба, но на Ларта такие фокусы не действовали. Он легко размазал неудачника по полу, потом, получив болт в плечо и еще больше рассвирепев, расправился со служителями закона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
