Если афера землянки удастся, пошатнувшаяся королевская власть ой как упрочится. С монополией-то на платину. Надо только Ольгу покрепче к Нрекдолу привязать! А то, с ее соображалкой, удерет назад на Землю. Как есть удерет! Никакая клятва не удержит, особенно сейчас, когда она напугана историей хуторян. Да и Раим ее в обиду не даст. Может, взять и пихнуть ее в ритуальную комнату? Да не в общественную, а королевскую, чтоб понадежнее и покачественнее. Омолодить и замуж за Раима, пока того мать не продавила и не женила на типовой светской пташке. Уж старая леди подберет себе удобненькую невестку и будет крутить ею, а через нее и сыном манипулировать. А что до Ольги, эта давить на себя не даст. Выкрутится.
Да и сам Эрик вырос уже из рамок фанатичного любителя нгурулов. Повзрослеть пришлось быстро.
Брат пенял, что не худо бы дело по душе найти, а не только три десятка наездников курировать. А чем не дело – прогресс в Нрекдоле? И консультант уже есть. Зацепила его землянка пьяными упреками. Сильно зацепила. Зар-раза! Поможет она!
– А в чем ваш интерес, голубушка? Неужели только ради черни стараться станете?
Есть! Повелся!
Ольга натурально оскалилась! Какой у нее интерес? О-о! У нее есть интерес и не один!
– Эта чернь принадлежит Корпусу наездников, ваше величество. Я тоже наездник и мне стыдно, что мои люди так трудно живут. Немного усилий, немного денег и хуторяне смогут сами себя прекрасно обеспечивать. И будет мне плюсик в карму. А что до других интересов, то…
Договорить она не успела – встревожилась Тыря и, вынырнув из-под ласкающей руки Раима, повернулась в сторону колодца- журавля. Маги вскочили и кинулись к ветхому срубу. Не успели – через низенький сруб хлынуло.
Ров! Ров, чтоб воду отводить, а то весь склон смоет, мысленно орала Ольга. Вслух не получалось – слишком устрашающ был гейзер высотой в три метра. Маги без нее сообразили, что им делать, а может, вопли ее услышали. В земле как бы сама собой образовалась трещина, задавшая безопасное направление оттока воды. Дорогу все равно размоет, но хоть в одном месте.
Дальнейшее Ольга выхватывала стоп-кадрами.
Вот, повыше колодца Раим стоит в идиотской позе, как будто ведет в танце толстуху в метр диаметром. Рядом величество на коленях – упер кулаки в землю. Гейзер стал очевидно мощнее, но струя уже не мечется, как упущенный шланг под бешеным напором. Накрыло понимание – Раим направляет струю – это полегче, а Эрик все сильнее и сильнее гонит воду, чтобы как можно больше ее схлынуло и не поднялось выше, к дворовым колодцам. Вот закричали в той стороне, куда ушел Пашка – значит, вода дошла и до них.
– Оля, – то ли вслух, то ли мысленно позвал Раим, и она бросилась к нему. – В кармане фляжка, там зелье. Напоите нас.
Лицо лавэ было покрыто бисеринками пота, как будто он физически толкал эту струю, а не магией, а Эрик кряхтел и руки его заметно дрожали.
Время остановилось, как вкопанное, замерло, и вдруг понеслось испуганным табуном.
Оля обнаружила, что стоит, вцепившись в ошейник Тыри, и пытается не пустить ее влезть в лужу. Солнце клонилось к горизонту. Валялись на траве обессиленные маги. Довольный Пашка счищал пучком травы с сапог грязь. Гейзера как не бывало, только широкая промоина осталась. Чуть выше по склону была еще одна – совсем узкая, это отводили воду от ям с личинками. Павел справился. Еще как справился! Без всякой магии!
– Пашка, – Оля не смогла сдержать любопытства, – а ты как про мешки с песком догадался?
– А мы с батей дачу у леса снимали. Речки не было, только ручей через участок тек, в дальнее озеро впадал. Холодный, брр. Вот мы и строили запруду, чтоб окунуться по-быстрому. Потом разбирали. Поехали домой, тёть Оль. Есть охота.
Ольга кивнула. Брать еду у хуторян никому и в голову не пришло.
Пока подгоняли тирла, пока договаривались о планах на завтра с Агавом, пока грузились в коляску, упустили из вида Тырю.
На одну маленькую секундочку упустили и нет ее.
Пашка первый сообразил потянуться к ней мысленно и заржал. Еще через секунду эта деловая хулиганка материализовалась, таща за собой циновку. Ту самую, которую облюбовала в доме деда Ажура. Опять хуторянам урон от наездников.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Тыря! – всплеснула руками Ольга, – ты зачем чужое взяла? У тебя уже есть одеяло!
Про то, что от стыренного Тырей одеяла только ветошь осталась, Оля предпочитала не помнить. Тыря с добычей не расстанется, это было понятно. Да и как отнимешь у ребенка? Вдруг щена расстроится и истинную форму примет, хуторян перепугает?
Придется компенсировать Ньяне потерю.
Доехали молча. На разговоры сил не было, да и Агав на облучке уши греет. Даже Тыря не носилась кругами, держалась рядом, бдительно охраняя свою циновку.
В крепости получилось странно. Как будто не хотелось расставаться. Как будто не все еще сказано. Только Тыря радостно потрусила к виварию. Там ужин, там Свап. Трофей свой она не забыла. Пришлось Павлу подхватить коврик и идти с подопечной. Раим проследил, как юный наездник впускает щену в дверь. Уходить ему не хотелось, но ноги почти не держали, а потому – краткое прощание и вперед, медленно и гордо. На морально-волевых. Прежде, чем скрыться за углом он обернулся, поймал взгляд Оли и улыбнулся, да так, что ей захотелось одернуть платье и поправить волосы. Эту сакральную минуту и подпортил Эрик.
– Жду ваших предложений по платине, госпожа туэ.
Эпилог
Его величество Эльзис работал с бумагами.
Только шельмы знают, сколько времени он уже продирается сквозь витиеватые ритуальные формулировки чинопочитания, пытаясь добраться до сути. И не лень же господам жалобщикам извращаться? Поручить бы секретарю вымарать все эти славословия, да нельзя – тайна сие! Эрик бы помог да сбежал, гад!
Эльзис думал о брате с добродушным превосходством. Весь темперамент в их паре достался близнецу. Это только внешне они зеркально похожи. Хотя и характерами – тоже зеркально. Там, где Эрик порывист и азартен, Эльзис расчетлив и подозрителен. Неудобно, конечно, но и из этого дисбаланса можно пользу извлечь. На него, Эльзиса, влиять трудно, он мало кого к себе подпускает. Да и уравновешенность правого близнеца – хорошая защита. Эрик более эмоционален, потому на него и пытаются влиять некоторый ушлые. А братьям того и надо. Это ж сколько плюсов! И недовольные выявлены, и направление их мыслей известно! Кроме того, что немало, добропорядочный король Эльзис на фоне взбалмошного короля Эрика выглядит куда, как выигрышнее. Политика!
Эльзис взял в руки отброшенное в сторону письмо от брата. Да какое там письмо. Записка! Отвратительно краткая записка. Умеет интерес разжечь, зараза единокровная!
Драгоценный брат мой!
(Как только Эрик начинал общение в таком духе – жди подставы.)
Я остаюсь в Восточном. Не хочу выпускать из виду Раима. У нашего старшего друга очень интересное приобретение. Иномирянка с Земли.
И не фыркай, драгоценный мой брат.
(Эльзис улыбнулся. Приятно, когда тебя так хорошо понимают. Отец хоть и привил детям ироничное отношение к иномирянам, но учил всех оценивать по поступкам.)
Уверяю тебя – это очень ценное приобретение!
(Братишка – натура увлекающаяся, но его интуиции сто́ит прислушиваться.)
Я с ней знаком только сутки, а она уже успела напоить меня до беспамятства, открыть глаза на из ряда вон нагло работающий департамент ходоков, и заставила нас с Раимом спасать хуторянскую чернь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
(Отпрыск аж королевского рода исхитрился встретиться с быдлом? Однако, шельмы нынче сильно развеселились!)
Смейся-смейся! Я бы и сам ржал, скажи мне кто-либо подобное! Потом вызвал бы на поединок.
Но эта женщина! Она сделала так, что я собой горжусь! Не веришь?
(Вот как-то да. Не верилось. Обычно Эрику не требовался повод, чтобы собой гордится. Это у него врожденное.)
