Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

Тысячи псайкеров были одержимы, а миллиарды жителей пали перед влиянием существ, которые уже проломились через варп. Если не поспешить и не отреагировать решительно, порча распространилась бы на соседние системы.

— Вы имеете ввиду, они могли контролировать не псайкеров? — спросил Квиллем, и Карнаки кивнул, словно тот был особенно обещающим учеником.

— Совершенно верно. Но чтобы это делать, им нужно было физически присутствовать в материальной вселенной. Если прорвется достаточное количество, они могут взять под контроль улей, даже целый мир, затем передать порчу на соседние системы. Если оставить ситуацию без внимания, достаточно серьезный прорыв мог бы теоретически поглотить целый сектор.

Он холодно улыбнулся.

— Вот почему мы пошли на такие радикальные меры, чтобы сдержать распространение заражения.

— Следует ли понимать, что они используют псайкеров как канал в материальную вселенную? — спросил Гриннер.

— Верно, — Карнаки согласился, — я уверен вы знаете, души незащищенных псайкеров горят в варпе подобно маяку, привлекая к себе множество хищников, которыми кишит та реальность. И среди них — Поработители. Когда они находят такую душу, то поглощают ее, населяют физическое тело, похожим образом действуют демоны.

— Техномансер Тонис не выглядел одержимым, когда мы видели его в цитадели, — возразил Векс, — он казался абсолютно нормальным.

— Именно по этой причине одержимость этими существами наиболее опасна, — ответил Карнаки, — плоть демонхоста искажается порчей изнутри, но жертвы Поработителей никогда не изменяются снаружи, выдавая тем самым свою природу. Они могут идти к цели своего завоевания, полностью скрывшись из виду и так долго, сколько необходимо.

— А затем они вырываются из сдерживающей их плоти, — продолжил Хорст, — как Тонис и псайкер в особняке Адрина.

— Верно, — Карнаки кивнул, — одержимое тело полностью уничтожается, но это ничего не значит для Поработителей. Оно выполнило свою роль, и позволило им войти в физический мир. А как только оно появляется, то начинает распространять свое тлетворное влияние на другие разумы поблизости.

— Тогда почему то существо в особняке Адрина просто не взяло нас под контроль, а просто позволило убить себя? — спросил Хорст.

— Потому что, согласно воспоминаниям мисс Ситри, там кроме вашей команды было несколько десятков штурмовиков. Слишком много разумов, чтобы подчинить их всех сразу.

Если бы в комнате было один-два потенциальных раба, то вам бы так не повезло, — Карнаки задумчиво кивнул. — Они, естественно, питаются порабощенными разумами, чем больше рабов оно контролирует, тем сильнее становиться, и тем больше новых разумов может захватить. И, следовательно, вскоре они неуязвимы. Согласно теории, достаточно сильный псайкер, или же защищенная могущественными оберегами личность, могли бы достаточно долго сопротивляться, чтобы успеть нанести физический урон, в надежде вернуть их в варп, как вы и сделали на Сеферис Секундус. Но поступить таким образом — означает прорываться через небольшую армию марионеток, других шансов нет.

— Понимаю, — инквизитор Гриннер задумчиво склонил голову, — это было очень информативно. Спасибо инквизитор.

— Возможно я выразился неясно, — продолжил Карнаки, — нам нужно действовать сейчас же, без каких-либо задержек.

Он чуть склонился вперед, и Квиллем ощутил всю силу его личности, его явно вел вперед пыл.

— Вы не понимаете? На Сеферис Секундус были одержимые псайкеры, и целя группа беглых колдунов оттуда только что прибыла в систему. Любой из них может быть заражен, если не сказать больше.

— Элира, — произнес Хорст, — она внедрилась в группу.

Если он прав, то она в чудовищной опасности.

Он повернулся к инквизитору Гриннеру:

— Нам сейчас же нужно ее забрать.

— Если мы это сделаем, — мягко произнес Гриннер, — то потеряем ниточку к Факcлигнае. И, возможно, единственный шанс найти и спасти Карлоса, так как я уверен, что он продолжил расследование, что вы начали вместе на Сеферис Секундус.

Он покачал головой.

— С этого момента мы больше ничего не делаем, просто следим.

— Может быть вы и готовы рискнуть, — сказал Карнаки, поднимаясь из-за стола, — но я определенно нет.

Он небрежно взглянул на Хорста.

— Где прячутся псайкеры? — спросил он, — Ах, вижу. Заброшенный агрокупол на Тарсусе.

Хорст вскочил, он был напуган и шокирован.

— Извините, — вырвалось у него, — он просто…

Он не мог подобрать слов.

— Я знаю об особенном таланте инквизитора Карнаки, — сказал Гриннер.

Он по-доброму посмотрел на Хорста.

— И я могу уверить вас, что вы ничего не могли противопоставить ему.

Он вернул свое внимание к Карнаки, и выражение его лица затвердело.

— Однако я надеялся, что вы воздержитесь от такой неучтивости по такому мелочному поводу. Пожалуйста, вернитесь на место.

— Мои извинения, — Карнаки склонил голову и подчинился, — но мое мнение — надо действовать.

— И мы его должным образом рассмотрим, — уверил его Гриннер, — как и другие альтернативы.

— Вос!

Дрейк поприветствовал своего друга на посадочной рампе, которая уже начала подниматься. Бард держал двигатели маленького крепкого шаттла на холостом ходу, и теперь, включил главные ускорители, он начал взлетать в буре песка.

— На тебя больно смотреть.

— На тебя тоже, приятель.

Кирлок отличался от того человека, которым он его запомнил. На его лице отразились долгие недели с тех пор как они расстались, но и Дрейк изменился. В его глазах появилось что-то новое, что он замечал только в глазах ветеранов, какая-то осторожность, которая останется с ним до конца жизни.

— Что приключилось? Мордекай очень мало что рассказал по воксу, но он и не хотел говорить по понятным причинам.

— Да дофига всего, — ответил Дрейк, забирая сумку, что нес друг.

Она была тяжелой, в ней лежал дробовик, меховая накидка Кирлока и несколько других вещей, что он приобрел с тех пор как они расстались. Цепной топор висел на своем обычном месте, за плечом Кирлока, и рыжеволосый гвардеец снял его с петель, когда проходил через узкую дверь пассажирского отсека.

Бард явно наслаждался задачей пролететь через путаницу пересекающихся этажей улья, площадка, на которой они приземлились, была маленькой, предназначенной только для легких сервисных суденышек, способных пролетать меж плотно собранных конструкций, так что даже такой маленький шаттл как их, до сих пор ни разу не приземлялся в этом месте. Векс снабдил их координатами по памяти, намекнув, что Ангелы уже пользовались этой площадкой во время другого задания, хотя не конкретизировал. Элира явно поделилась с Кирлоком кое-какими воспоминаниями, так как казалось, что точку встречи он нашел без особых трудностей.

— Интересное место, — прокомментировал Дрейк, падая на ближайшее сидение и пытаясь впитать в себя головокружительную панораму пересекающихся жилых зон, скрученных друг вокруг друга, словно огромный моток бечевки.

Большая часть из них проносилась мимо на такой скорости и в такой близости, что обычно казалось бы опасным, но у него было время приноровиться к Барде с момента прибытия на Сцинтиллу и он всецело доверял способностям молодого пилота. Кроме того, если он ошибается, то на такой скорости он умрет быстрее, чем осознает это.

— И не говори, — согласился Кирлок, когда Бард увернулся от последней из структур и шаттла наконец-то вырвался в небо.

Двигатели завыли, когда пилот врубил их на полную, и доблестное маленькое судно бросилось вперед, словно охотничий ястреб, спущенный с поводка.

— Мне интересно было бы взглянуть для сравнения на Сибелиус.

— Мы не возвращаемся в Сибелиус, — ответил Дрейк, — мы встречаемся на корабле.

Небеса за иллюминатором уже начали темнеть, приобретая насыщенно пурпурный оттенок, и на небесном своде появились первые слабо светящиеся звезды, затененные на мгновение огнями орбитальных доков и скоплением судов, окружающих их.

— Корабле? — не очень-то радостно произнес Кирлок, — я только что слез с гребаного корабля.

— Этот другой, — ответил Дрейк, — он принадлежит другу нашего босса…

Он глубоко вздохнул.

— По правде, тебе кое-что нужно знать…

После увещевания инквизитора Гриннера, совещание протекало достаточно гладко, хотя Хорст не мог удержаться и каждые несколько минут украдкой бросал взгляды на Карнаки. Он знал о способностях этого человека по докладу Кейры, но все же до сих пор был полностью не подготовлен к встрече с ними. Как только облаченный в черное инквизитор заговорил, информация просто автоматически всплыла в его памяти, оставалось только собрать ее поверхностных мыслей, словно жир в кипящем котле. Несмотря на уверения Гриннера, что ему не в чем себя обвинять, в нем бурлило негодование, убеждение, что инквизитору Ордо Маллеус теперь нельзя доверять.