– Что там с ремнями? – наши губы слегка соприкасаются во время разговора.
– Собираю коллекцию фетишей…
– Цепи, ремни и?… – сглатывает он, облизывая губы, его язык касается моего.
– … ты! – признаюсь я честно в своих слабостях, теряя вменяемость от скольжения цепи. – Не против побыть моим фетишем?
Простонав, он утыкается лицом мне в шею.
– Хочу тебя… – хрипло.
– А «не надо ускорять»! – мой оргазм очень близко, и я хочу получить его именно так. – Но ты можешь полюбоваться!
– Я могу помочь, – возбуждённо шепчет он, прикусывая губами мою шею. – Усилить ощущения.
– Как?…
– Контрасты, детка… Холодное… горячее…
– Ооо… давай!
Его губы спускаются по моему телу. Впивается в мою губку, резко, но несильно прикусывая её и заставляя меня вскрикивать от неожиданных ощущений. Рывком отводит моё бедро, и его горячие мягкие губы присоединяются к жёсткой ледяной стали. Отбирает звено из моих пальцев, и цепь скользит быстрее!
– Боже… боже… – выгибаюсь я, мне кажется, из меня летят искры.
И колени, как обычно, пытаются сомкнуться от остроты ощущений, но он держит моё бедро крепко. От контраста и интенсивности ощущений я улетаю, выгибаясь от оргазма и, всё-таки, вырываясь из его рук. Но он припечатывает меня обратно и, тихо посмеиваясь, целует гладкую кожу на лобке.
– Моя девочка…
Это вечная проблема… Слишком нестерпимые ощущения для меня в конце, и тело не слушается – мечется и рвётся, выгибается и… Иногда я оставляю на его теле царапины.
Но ему это всё вставляет! Поэтому, наверное, всё-таки, не проблема.
И опять эти странные приятные импульсы по всему телу после оргазма, не позволяющие ещё долго прийти в себя. Отдельное сногсшибательное ощущение.
Закинув ногу ему на талию, я переворачиваю нас, оказываясь сверху:
– Теория… – требую я.
Расстегнув ширинку, прижимаю к себе его член и медленно двигаюсь вдоль него.
– Скарфинг!
Неверяще качая головой, хрипло начинает с лёгкой усмешкой:
– Ограничение дыхания создаёт… дефицит кислорода в крови… И когда резко появляется… доступ… происходит резкое перенасыщение… переизбыток… Это… бля-я-ять… – закрыв глаза, он двигается навстречу моим движениям.
– Продолжай!
– Мм… это пьянит… Кайф, как от опьянения… Эйфория... Он усиливает и продляет… послеоргазменные ощущения… Всплеск серотонина… дофамина…
Приподнимаюсь, направляя его головку внутрь и, закрыв глаза, медленно опускаюсь. Он опять замолкает. Я слышу беззвучный стон, такой горячий выдох….
– Продолжай… – шепчу ему.
– Дыхание… жизненно-важная потребность… приоритет… Тело ставит в приоритет его сохранение… При асфиксии… отключаются все мышцы… кроме тех… которые могут позволить… вернуть его… И… паховые расслабляются… снимаются мышечные зажимы… Результат - усиление оргазменных ощущений… ускорение его достижения… пролонгированный предоргазмический период…
– Ещё… – требую я, продолжая потихонечку двигаться. – Ещё…
– Не могу… – хрипит он, перехватывая меня за бёдра.
Шлёпаю по рукам!
– Аронов! Лежать!
– Детка… – с нетерпеливым рычанием.
– Нет-нет… – качаю я головой, – сначала лекция!
Но он требовательно вколачивается в меня снизу, вырывая у меня пару вскриков.
Соскальзываю с него.
– Какой непослушный!
Ныряю обратно в коробку руками. Где-то я видела...
Наручники! – выдергиваю их оттуда.
– Нет, – качает он головой.
– Да, да, да, да, да… – шепчу возбуждённо. – Я хочу!! Я хочу так! Для меня. Пожалуйста...
– Окей, – выдыхает он. – Но ты возвращаешься и двигаешься так, как надо мне.
Ухмыляюсь.
– Этого я не обещаю. Но возвращаюсь – «да».
– Мм… – мучительно.
Перехватываю его запястья, защёлкивая на них браслеты и продевая цепочку через очень удобные стальные дуги кровати.
– "Желтый"…
– Я тебя не обижу! – довольно облизываюсь.
Неожиданно прикусывает мою грудь, зависшую над его лицом. Вздрагиваю от резких ощущений. Отвешиваю ему лёгкую пощечину, кайфуя от оскала и агрессивного рычания в ответ.
– Красивый какой… – довольно моргаю, разглядывая его зафиксированное тело. – Мой!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Стаскиваю брюки, чтобы они не мешали мне. Сажусь сверху.
– Мой, Зверь? – шепчу ему в губы.
– Твой.
Брякаю цепью наручников.
– Не страшно? – нашёптываю ему, полыхая в азарте глазами. – Может, я сумасшедшая…
– Может?! – хрипло смеётся он, рывком оставляя на моих губах поцелуй. – Конечно, страшно…
– Доверяешь?
– Стараюсь…
– Будем работать над этим, – прикусываю его за подбородок и веду ласковой хваткой зубов вдоль его челюсти, добираясь до мочки. – Продолжай лекцию… «Усиление ощущений из-за снятия мышечных зажимов в паху…» – напоминаю я, возвращаясь на его член.
– Женечка… ну… давай!
– Лекция…
– Зараза! – дёргается он несдержанно.
Шлёпаю по прессу. Не двигаюсь, привыкая к ощущениям.
Вдыхает поглубже.
– Ещё – адреналин…
– Адреналин?
– Нужен бандаж… Чтобы Нижний не мог сопротивляться… Надо секунд на пять… перейти его предел… Паника от асфиксии… всплеск гормональный… Проводимость нервных каналов… в разы… – сбивчиво шепчет он, теряя логику, но я уже поняла её. – Все ощущения… как выстрелы…
Отклоняюсь назад, выдёргивая из коробки красивый шифоновый шарф.
– Сейчас проверим, – не позволяя ему больше говорить, я целую его глубоко, делая одновременно самозатягивающуюся петлю на шарфе.
Надеваю на его шею.
– Красный! – отрицательно качает головой, уворачиваясь от поцелуя.
Но я двигаюсь на нём, и его глаза снова закрываются от ощущений. Немного натягиваю шарф.
– Нет, детка, нет! Ты не знаешь границ. Слишком опасно.
Останавливаюсь.
– Хочу твоё доверие… – шепчу между поцелуями, – не думай ни о чём… расслабься… кайфани… – тяну шарф, затягивая петлю. – Я всё проконтролирую… ты в безопасности.
Да… я буду очень-очень внимательной! Слишком ценный экземпляр.
– Женечка… – кусает он губы, ощутимо увеличиваясь во мне, но я торможу его движения, давя бёдрами вниз. – Детка… Пожалуйста!
– Только так… – тяну чуть сильнее шарф, планируя поиграть только с эффектами перенасыщения крови кислородом, а не с жёстким удушением. Но я не объясняю ему. Мне хочется чтобы он сдался… упал… чтобы забил на все свои страхи и отдал мне Контроль!
Затягиваю… двигаюсь…
Расслабляю... замираю…
И ещё… и ещё…
Он нетерпеливо рычит, его бёдра напряжены и дрожат.
– Скажи – «да»! И всё будет. Я не буду тогда останавливаться.
– Да! – агрессивно хрипит он, дёргая руками, на которых тут же более рельефно прорисовываются трицепсы.
Красиво как…
Опираясь ладонями на его грудь, закрываю глаза и двигаюсь быстрее, пытаясь поймать ритм. Ощущения захлёстывают…
Ложусь на него, позволяя ему двигаться во мне самому. Да… вот так будет отлично! Накручиваю шарф на руку, чувствуя, как он ускоряется. Вцепляюсь зубками в его верхнюю губу, затягивая шарф уже основательно. И он срывается, опять увеличиваясь и вколачиваясь в меня импульсивно и несдержанно.
Еще один оборот шарфа вокруг кисти... чувствую судорожную дрожь и толчки спермы внутри. Его глаза распахиваются, и я кончаю вместе с ним от этого остекленевшего взгляда, не смея потерять эту ценнейшую картинку! Его глаза закатываются…
Оу… Расслабляю петлю. Стоп... стоп... стоп! Не "отключать"!
- Возвращайся ко мне.
Легко шлёпаю по щекам. Растерянный, мутный взгляд.
– Ну что там с эффектом опьянения? – мурлыкаю, поднимаясь над ним.
– Зараза… – выдыхает он. – Меня отключило практически…
Это было так круто!
Поднимаюсь повыше, вожусь с ключом и наручниками.
Повернув голову, резко, но небольно прикусывает меня за доступное ему бедро. Вскрикнув от неожиданности, смеюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Понравилось тебе…
– Женечка.
– М?
– Пообещай, что не будешь никогда играться со скарфингом.
