- После тебя любая другая любовь окажется всего лишь бледным подобием.
- Оден, душа моя, - у Хейз сердце зашлось в груди, когда она увидела, что в глазах Оден дрожат слезы. – Нет.
- Пообещай мне, что ты не сдашься, Хейз, - Оден запустила пальцы в ее волосы, разворачивая ее лицом к себе. – Пообещай мне, что ты будешь бороться.
Хейз смогла ответить на это единственным способом. Поцелуем.
ГЛАВА 26
- Я так понимаю, это будет уже нехорошо, если мы обе снова опоздаем на работу, а? – Оден лежала в объятиях Хейз, устроившись головой в изгибе ее шеи.
- Ммм, - Хейз выводила медленные круги на ее спине и не могла себе представить лучшего занятия. – Тебя обеспокоит, если другие узнают?
- О нас? – Оден поцеловала ее там, где шея переходила в челюсть. – Господи, нет. Я вообще едва могу удержаться, чтобы не навесить на тебя большой предупреждающий знак на время конференции в Нью-Йорке, на котором будет написано: «Не трогать. Она моя».
Мне нравится быть твоей. Хотела бы я быть твоей отныне и навеки. Хейз прижалась губами к ее волосам, неспособная ничего ответить. Никогда она не была так близка к тому, чтобы расплакаться, с того самого дня, когда Пол Розенберг объяснил ей, почему она так сильно устает, что не может отработать полный день, и почему даже мельчайший порез кровит часами. Оден была ответом на все ее мечты, воплощением всех любовных историй, которые она когда-либо писала и теперь, когда она обрела ее, оказалось, что уже слишком поздно.
- Хейз? – Оден почувствовала ее напряжение. – Слишком быстро? Я не хотела вести себя так по-собственнически…
- Нет, - голос Хейз сел и стал хриплым в попытке сдержать слезы. – Совсем даже не быстро. Ни капельки не быстро. Слишком поздно. Как же ты не видишь, что уже слишком поздно?! Она охватила щеку Оден и мягко поцеловала ее долгим поцелуем, говорившем об обожании и преданности. – Это не обязательно, но я готова нацепить на себя пару плакатов, на которых будет написано: «Собственность Оден Фрост», если это тебя порадует.
Оден приподнялась на локте и всмотрелась в ее лицо. – Тогда что не так? Что тебя тревожит?
Хейз отвернулась. Оден пальцем коснулась ее подбородка и вернула в прежнюю позицию. – Что с тобой, любимая? Пожалуйста, скажи мне.
- Я так сильно тебя хочу, - прошептала Хейз.
- Поверь мне, я вся твоя, - Оден легонько поцеловала ее, отстранилась и посмотрела ей в глаза. И стала ждать.
- Я не хочу умирать.
Оден прикусила губу, стараясь не расплакаться. Она кивнула, молясь, чтобы собравшиеся под ресницами слезы не просочились наружу.
- Но я боюсь, что придется, - глухо проговорила Хейз. – И я боюсь, что будет неправильно позволить тебе любить меня.
- Я уже люблю тебя, - заглушила возражение, готовое сорваться с губ Хейз,, прижав к ним палец. – Люблю. Принимай это или не принимай, но при этом исходи из того, чего ты хочешь, а не того, чего ты боишься.
- Я хочу этого, господи, я хочу тебя, но…
- Никаких «но», - Оден положила руку ей на живот и принялась нежно поглаживать. Ей нравилось ощущать кожу Хейз, такую мягкую и нежную, в отличие от крепких мускулов под ней. Ей нравилось касаться ее, и она уже не могла представить себе ни дня без этого. Стоило ей подумать о плохом, и ей сразу же хотелось закричать. – Расскажи мне о пересадке костного мозга.
Хейз прикрыла глаза и на какое-то мгновение Оден подумала, что она не ответит. Ей понадобилась вся сила воли, чтобы не настаивать. Она просто продолжала нежно гладить ее, позволяя Хейз почувствовать и понять, что больше она не одна.
- Мой брат Кристофер предложил быть моим донором, если я решусь… Рискнуть. – Это улучшает мои шансы.
Шансы. Само слово, само понятие, использованное применительно к жизни Хейз, звучало неописуемо устрашающе. Оден повременила с ответом, пока не убедилась, что ее голос не дрожит. – Это хорошо, да?
- Пол – Пол Розенберг, мой гематолог – хочет попробовать новые технологии. Эта процедура называется мини-пересадка костного мозга, - Хейз поморщилась. – Но все не так просто.
- Какое преуменьшение, - с горькой усмешкой сказала Оден. – Расскажи мне все, что знаешь.
- Ну, эта процедура в каком-то смысле проще, чем традиционная пересадка костного мозга. Она намного короче, что означает, что мне не придется находиться в больнице в течение нескольких недель. Они используют щадящую химио- и радиотерапию перед самой пересадкой, и это значит, что у меня не будет серьезных побочных эффектов – потери волос, кишечных кровотечений, тошноты, рвоты и далее по списку. – Хейз с трудом сглотнула и переплела свои пальцы с пальцами Оден. – Это была хорошая часть.
Оден поцеловала ее в лоб. – Пока все хорошо. Что еще?
- В теории донорские клетки здоровее моих собственных, они нападут на больные клетки и уничтожат их, а потом заселят мой костный мозг новыми здоровыми клетками, - Хейз улыбнулась, но глаза ее влажно заблестели. – Если так произойдет, то это будет лучшим шансом на исцеление, чем любое другое лечение.
- А в чем недостатки? – Оден понимала, что должна существовать причина, по которой Хейз до сих пор не решилась не пересадку. Она знала, что нерешительность Хейз отчасти была обусловлена тем, что не было никаких гарантий, что все сработает, именно поэтому это был выбор последней надежды. Но боже мой, я всего-навсего слышу об этом, и это уже наполняет меня надеждой.
Хейз постаралась ответить небрежно, но все ее тело напряглось.
- Сам процесс, когда здоровые клетки убивают ослабленные, может выйти из-под контроля. Реакция может затронуть здоровые ткани, и есть шанс, что пострадают другие органы. Тогда… - она издала приглушенный смешок, - всегда есть опасность, что все пойдет не так, и здоровые клетки уничтожат мой костный мозг, но сами не размножатся, и я останусь без иммунитета вообще. Так что недостатки этого метода приведут к тому же состоянию, в котором я нахожусь и сейчас – я умру.
- Хорошо, а какие шансы? Какой расклад? - Оден чуть не тошнило, но она надеялась, что сумеет не показать этого. Она хотела на кого-то злиться, хотела найти виноватого, хотела найти оружие, чтобы отбиваться. Ни виноватых, ни оружия просто не было, и от этого она чувствовала себя беспомощной, охваченной горем и поверженной, если только она не найдет способа, как с этим бороться. Если она чувствовала себя так, то она и представить не могла, через что приходится проходить Хейз.
