— И где же мы находимся?
— Гм-м… это место обладает любопытной кривизной, — заметил Искатель.
Клий заглянула в лес, поднимавшийся справа и слева, исчезавший в белом тумане над головой. С ветви, нависавшей над ее головой, прямо в глаз упала капля.
— Похоже, мы очутились в чаще. Ну, тебе что-нибудь говорит это зрелище?
Искатель улыбнулся, блеснув остренькими зубками.
— Не знаю. Ответить на твой вопрос могут только мои глаза. Вокруг не заметно никого, кто мог бы предложить нам разгадку.
Искатель обожал всякие тайны, Клий была более практична: архео-бригады комплектовались по такому принципу. Она принялась изучать светящуюся почву под ногами. Твердь напоминала битое стекло, укрытое прозрачным пологом. Из нее поднимались корявые стволы деревьев. Легкий ветерок теребил полог листьев, веток и сучьев над головой. В листве прятались невидимые маленькие птицы или зверюшки. Клий вдыхала воздух, казавшийся густым, влажным, едва ли не молочным на вкус. Они осторожно прошли вдоль «оси» леса, но заметной прогалины так и не обнаружили. Оба устали и решили отдохнуть прямо на опавших листьях.
— Мы знали, что рядом находится нечто странное, — напомнил Искатель. — Помнишь один их тех больших символов над входом в Библиотеку Жизни — огромную витую раковину, прекрасное изделие из блестящего металла. Потом она вдруг исчезла. Просто пропала. Но через несколько часов возникла на прежнем месте. Когда раковина появилась из небытия, ты была где-то в лабиринтах Библиотеки… Так вот, подобная шутка нам не под силу. Соединение раковины с опорой оказалось безупречным.
Клий нахмурилась, не понимая.
— Да, я слыхала, там были какие-то забавные подробности.
— Более чем забавные. Как я полагаю, раковину извлекли из нашего трехмерного пространства. И вернулась она на свое место не совсем прежней.
— Ее взял Морф…
— Точно так же, как ты могла бы снять муравья с листа. — Искатель многозначительно поглядел на Клий. — И этого муравья ты могла бы увидеть сверху или снизу — поместив его на стекло. Из такого, высшего, измерения он будет казаться разным, не так ли?
Клий нахмурилась. Новая загадка Искателя, новая игра, которую он затевает с нею. Она давно уже перестала даже пытаться проложить собственный путь сквозь извивы топологии. Тем не менее она все-таки была знакома с математикой.
— Значит, спираль оказалась закрученной в обратную сторону?
— Ты права. Никто поначалу этого не заметил.
Лицо Клий просветлело.
— Поняла! Тот же самый муравей на стекле, если посмотреть на него снизу, из правостороннего превращается в левостороннего.
— По-моему, четырехмерные Морфы извлекли нашу спираль из трехмерного пространства и развернули ее в своем измерении. Поэтому она стала обратной, после того как они любезно возвратили нам этот предмет.
— В качестве предупреждения?
— Своей визитной карточки. Или знака, который нужно правильно прочесть.
— Чего мы не сделали.
— Они показали нам, кем являются на самом деле, обнаружили свою суть, не прибегая к языку.
— Но почему тогда они… украли кристаллы?
Искатель пожал плечами.
— Может, они похожи на нас? И также изучают происхождение человека. Конечно, это только догадка.
— Гм… Эта мысль многое объясняет… Легко предположить, что они совсем не такие, как мы, просто потому, что очень загадочны. А они вернут назад кристаллы?
— А они вернут назад нас самих? Похоже, мы попали сюда чисто случайно.
— А вдруг нас похитили?
— По-моему, мы попали в промежуток между нашей трехмерной Вселенной и их четырехмерной. Нас могло затянуть сюда движение пролетающих мимо Морфов.
— Место между измерениями?
Искатель вздохнул:
— Я ведь рассуждаю по аналогии… Классический фокус людей: я нередко им пользуюсь.
— На здоровье… А что находится между измерениями?
— Пространство, приспособленное под прихожую? Не знаю. Если они устроили себе дорогу для передвижения из пространства в пространство, то мы, возможно, попали в кювет.
— То есть очутились в канаве?
Искатель широко развел руками. Черные и кожистые изнутри, они были расставлены во всю длину, узкие ладони заканчивались изящными тонкими пальцами.
— Как, наверное, и наши кристаллы.
— А Морф казался очень возбужденным.
— И, торопясь вернуться назад, уронил нас.
— Но где же мы все-таки?
— Вы, люди, всегда пытались заглянуть за горизонт. Давай этим и займемся.
— Ха! И где же мы отыщем горизонт?
— В этой «трубе» должно существовать место, где она соприкасается с нашей трехмерной Вселенной. Я полагаю, нас забросила сюда какая-нибудь из забавных особенностей квагмы.
— Или нечто, обитающее в этих краях.
— В столь узком мирке жизнь маловероятна, — задумчиво произнес Искатель.
— Но почему? Ведь Морфы располагают всеми тремя нашими измерениями — и еще четвертым, для забавы.
— Мы обожаем родной углерод, видя в нем корень жизни. Достаточно верно — но только в нашей Вселенной. В четырехмерном пространстве молекулы гораздо мобильнее, атомы могут соединяться друг с другом большим числом способов. Не исключено, что углероду потребовалось больше времени, чтобы создать в этом краю поддерживающие жизнь соединения.
— Конечно, но число полезных элементов здесь может преумножаться.
— Вполне возможно. Однако существует проблема, с которой мыслящий организм столкнется и в четырехмерном пространстве. В трехмерном облик его очевиден…
— Человеческий?
Искатель рассмеялся.
— Все вы, орудующие инструментами, мыслите одинаково. Нет: и ты, и я представляем собой просто трубки. Наши тела — мешки, заполненные модифицированной морской водой. Таков наш облик, благословенный всеми тремя измерениями.
— М-да! Все-таки хотелось бы думать, что мы представляем собой нечто большее, чем простые мешки.
— Прости, это не личный выпад, я имею в виду только конструкцию тел. — Тем не менее Искатель ухмылялся, словно лукавый чертенок, а это означало, что он доволен ситуацией — как всегда, по ведомым лишь ему таинственным причинам.
— На что же тогда похожа четырехмерная трубка?
— Она будет обладать большей площадью поверхности при заданном объеме… — Искатель вытянул трубочкой длинные губы, очевидно, пытаясь представить себе подобное тело. — Величина этого отношения, как мне кажется, увеличивается с ростом размерности пространства. Сердце и мозг — если таковые есть — безопасности ради могут располагаться внутри, а пищеварение удобно иметь снаружи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
