Читаем без скачивания Фрейя. Ведущая волков - Аля Файпари

Пока не врезалась спиной в Фергуса.

Сомкнув ладони вместе и прижав их к губам, я с замиранием сердца смотрела, как она медленно поворачивается к кузнецу, придушенно вскрикивает и застывает на месте. Из его груди вырвалось тихое рычание, и он неспешно окинул взглядом крохотную фигуру Коды. Ту будто парализовало. Фергус протянул большую ладонь, испещренную глубокими рубцами, и коснулся пальцами рабского браслета. Поджав губы и нахмурив брови, он задумчиво посмотрел на девушку и снова тихо зарычал вместо слов. Развернулся и молча поманил ее за собой.

Я с открытым ртом наблюдала, как Кода неуверенно, но послушно следует за огромным мужчиной, присаживается на каменную кладку и протягивает руку, когда он требует того жестом.

– Интересный у нее вкус, – усмехнулся Николас, но напряжение покинуло его тело.

Когда дверь кузницы захлопнулась за нашими спинами, на небе уже догорали последние лучи заката и загорались первые звезды, точно бледные искры света. Прежде чем вернуться к малышке, которую она оставила на руках добрых женщин, Кода крепко обняла меня.

– Это похоже на сон, – срывающимся голосом прошептала она мне в волосы.

– Иногда реальность лучше снов, – отозвалась я.

Я провожала взглядом ее удаляющуюся тень, пока порыв теплого ветра, всколыхнувший локоны у лица, не выдернул меня из раздумий. Прикрыв глаза, я наслаждалась сладкими ароматами леса и готовящейся пищи, задумчиво вглядывалась в темные силуэты деревьев, которые выделялись на фоне красновато-кобальтового неба, и чувствовала светлую печаль.

Рядом бесшумно появился Николас и тоже посмотрел вдаль.

От меня не укрылось, что он будто бы намеренно встал чуть в стороне.

– Ты больше ничего не должна нашему клану, – раздался в тишине его тихий голос. – Никто не посмеет помешать тебе, если ты решишь уйти. Ты свободна.

«Свободна». Слово теплом отозвалось в груди. Как давно я хотела услышать его, с каким отчаянием и обреченностью неделями приковывала взгляд к горизонту, желая вновь ощутить упругость земли под ногами, шум ветра в ушах и мягкость волчьей шерсти под ладонями. Но так было раньше. До того, как я перестала бежать от самой себя.

Лес по-прежнему манил меня к себе. Но не от желания оказаться под его защитными кронами – больше нет. Теперь при взгляде на него мне хотелось лишь грустно улыбаться. С горечью воспоминаний оттого, что я пережила. С благодарностью, что он подарил одинокой девочке, в одну ночь потерявшей все и начавшей новую жизнь. Утратив веру в Богов на небесах, я нашла их в шелесте листвы и грохоте дождя. Оставшись без родительского тепла, отыскала материнскую любовь в объятиях ветвей и журчании воды. Лес был мне родным существом, который приютил заплаканную сироту и взрастил сильную женщину, прошедшую испытания на пути к становлению воином. И именно он привел меня сюда.

Я посмотрела на Николаса, который молча ожидал моего ответа. Он натянул на лицо маску глубокой бесстрастности, будто его совершенно не волновало, что я скажу. Но опустив глаза ниже, я увидела, как побелели костяшки его пальцев, впившихся в боевой топор на бедре.

– Никто? – переспросила я, склонив голову набок.

Он едва заметно сглотнул и, наконец, встретился со мной нечитаемым взглядом.

– Да. Я только прошу тебя хорошо подумать, прежде чем принимать решение.

– А ты? – тихо спросила я и отвела глаза, чтобы не смотреть на него. – Ты бы хотел, чтобы я осталась?

– Это не должно повлиять на твой выбор, – мрачно ответил он, отворачиваясь.

– Конечно, должно. – Я не сумела скрыть раздражение в голосе. – Зачем мне оставаться в твоей деревне, если я здесь никому не нужна?

Николас резко повернул голову и, будто осознав свою ошибку, нахмурился. Броня, которой он защитил себя от эмоций, дала трещину.

– Ты прекрасно знаешь, что это не так, Фрейя, – мягко произнес он. – Разумеется, я хочу, чтобы ты осталась. – Он сделал паузу и шепотом добавил: – Нет ничего, чего бы я хотел так сильно.

Дыхание перехватило, в глазах защипало, но я быстро моргнула, приходя в чувство. Я медленно сократила расстояние, которое Николас воздвиг между нами, и приподняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Неужели ты действительно думал, что я уйду? Теперь, после… всего, что произошло? – спросила я, продолжая упорно удерживать его взгляд. – Кажется, я сделала свой выбор, еще когда украла коня из конюшни и помчалась вызволять незадачливого сына вождя.

– Незадачливого? – весело переспросил Николас, приподняв бровь. Его плечи расслабились, и только сейчас я осознала, как сильно он был напряжен.

– Вечно попадаешь в неприятности. – Я закатила глаза и вздрогнула, когда он вплотную приблизился к моему лицу.

– Это я-то? – прошептал он мне в губы, смело положив большие ладони на мою талию.

– Ник! – шепотом одернула его, испуганно оглядываясь по сторонам. – Здесь люди.

Его уверенные действия выбивали из колеи. Мне никогда прежде не доводилось принимать мужские ухаживания, и рядом с Николасом чувствовала себя неумелым подростком, не знающим, как правильно себя вести и реагировать на знаки внимания.

– И что? – выдохнул он, медленно проводя своими губами по моим, но пока не целуя меня.

– Ну, как же… Нас увидят, – прошипела я и попыталась отстраниться.

– И что? – продолжил он. А затем вдруг нахмурился, мигом помрачнев. – Ты меня стыдишься?

Шокированная столь резкой переменой, я замерла.

– Нет! Конечно, нет, – поспешно отозвалась я.

Слишком поздно я разглядела его с трудом сдерживаемую улыбку.

Николас тихо хмыкнул, а я больше не противилась, когда его губы наконец-то прижались к моим в нежном поцелуе.

– Я тороплюсь, Фрей? – прошептал он, глядя мне прямо в глаза. Его голос моментально стал серьезным, а вся веселость испарилась. Как ему это удавалось?!

– Нет, – ответила я. Опустила взгляд, снова подняла. – Просто… – Я сглотнула, подбирая слова. – Это так непривычно.

– Понимаю, – кивнул Николас и сделал шаг. Я с недоумением наблюдала, как он пятится назад, не разрывая со мной зрительного контакта, а потом останавливается и протягивает мне руку. – Идем?

Тут перед глазами всплыла похожая картина. Мы в лесу, Николас угрожает мне расправой над волками, если не перестану сопротивляться, а потом с издевкой отходит и указывает рукой на лес. Предлагая мне сделать выбор. Но и тогда, и сейчас, как бы ситуации ни отличались, я не сомневалась в своем ответе.

Он давал мне шанс передумать, принять взвешенное решение. И я подалась вперед, без колебаний вкладывая свою ладонь в его.

Но стоило нам сделать всего несколько шагов, как за нашими спинами раздался глухой, отдаленный топот. Мы обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть, как из теней леса выныривают две фигуры, а лошади начинают спускаться в долину легкой рысью.

– Вернулись, – подал голос Николас. Его глаза быстро забегали по лицам и телам мужчин, по крупам лошадей, но они оба казались невредимыми, только изрядно уставшими.

При виде нас они развернули животных и подъехали ближе.

– Скучали? – ухмыльнулся Фабиан. Он расслабленно сидел на лошади, придерживая поводья двумя пальцами. Его одежда была покрыта пылью, ветками и редкими листьями, а лицо, несмотря на широкую улыбку, казалось немного осунувшимся.

Эш, шагавший позади на гнедом жеребце, тоже пребывал не в лучшем виде, но, как и всегда при старших воинах, держал спину ровно и серьезно смотрел вокруг. Едва ли в этом будто бы даже повзрослевшем юноше можно было узнать дерзкого парнишку, который лениво и неохотно отбивал удары напарника.

Хотя они оба были измотаны после долгой дороги, нельзя было не заметить их удовлетворенный вид и приподнятое настроение.

Николас скрестил руки на груди.

– Полагаю, все прошло успешно.

– Атли согласился объединить силы без колебаний, – кивнул Фабиан, спрыгивая на землю. – Шэлдо вовсю готовятся к сражению. Их воины прибудут сюда за несколько дней до битвы.