какая-то его девушка.
— А меня Зухра зовут — я его двоюродная сестра. Ну вот видишь? Можно же было просто представить нас друг другу и всё. — повернулась она к нему снова.
— Ну всё? Удовлетворила своё любопытство? Теперь можешь идти! — указал он ей на выход.
— Ну хорошо, хорошо. Только мне нужно будет потом с ней пообщаться. — подмигнула она мне, а я просто улыбнулась.
— Я сказал — иди от сюда!
— Ну ладно давайте, пока, пока. Чмоки, чмоки. — вышла она наконец из дома.
— Извини, она такая настырная… Думал быстро закрыть двери и прийти к тебе в баню, но эта назойливая Зухра испортила мне всё планы. Теперь придётся пойти одному. Или может ты пойдёшь со мной ещё раз? — меня сразу же бросило в жар. Как же хорошо, что пришла Зухра во время, а то того хуже застала бы нас выходящими из бани или ещё чего похлеще — щеки болезненно запылали.
— Нет, мне нужно подсушить волосы. — улыбнулась я ему и сразу же решила спрятаться в спальне.
47.3. Его родители
За всю ночь я несколько раз просыпался и не мог нарадоваться тому, что именно моя Черёмушка лежит в моих объятиях и что именно меня выбрала своим мужчиной, что именно мне отдала свою девственность и честь. Я клялся себе, что никогда не подведу её и никогда не обижу. Несколько раз даже просыпался от того, что немыслимо хотелось ощутиться снова в ней. Но когда проснулся от того, что её то ли лихорадит, то ли что — я очень напугался. Напугался, что сделал ей больно, что сделал что-то не так — ведь она только первый раз с мужчиной.
— Я наверное не смогу с тобой поехать… Мне нужно будет с мамой поговорить… — вывела меня из задумчивого состояния Черноглазка моя и опустила голову. Я до сих пор не мог отойти от её истерики, которая случилась с ней утром и ломал голову над ней. Думал поедем в город развлечемся и она забудет обо всём, но если она не хочет ехать со мной, то я должен буду её понять, наверное. Но как же её понять если она ничего не говорит?
— Ну хорошо. Тогда я отвезу тебя домой чуть позже ладно? — она кивнула, улыбнулась. Но улыбка её была с какой-то горчинкой. Не выдержав её такого состояния я вышел во двор и начал рубить дрова и размышлять над тем что же могло её так тревожить. Вчера когда мы приехали она была вроде не против, но почему тогда сегодня она встала в таком настроении? Не похоже чтобы у неё что-то болело. Одевалась она проворно, быстро забралась в свои джинсовые брюки и синяков на теле я не увидел, которых мог на ней оставить… Что же могло её так расстроить? Неужели она на самом деле боится рожать? Сначало я подумал, что она не хочет рожать от меня, поэтому плачет. Потом подумав понял, что глупо было бы соглашаться отдавать девственность, если ты не желаешь связывать свою жизнь с этим человеком. Но что-то же её гложит…
— Нет так дело не пойдёт, зайду и всё спрошу у неё самой. — решил я войти. Когда вошёл домой услышал, что она говорит по телефону и за разговором не заметила, что я вошёл — ну а я что — я решил, что не стоит ей мешать, поэтому тихо прикрыв дверь прошёл на кухню.
— …да, в меня. Я не знаю Эльмир. Я боюсь, что мама не поймёт меня и не простит. Она не выдержит такого удара в спину от меня… — всхлипывала она. Я сжал свои челюсти и не стал показываться ей и дальше. Может сейчас я пойму, что ей надо и почему ей стало так плохо? Она слушала эту Эльмиру минуты две и только после этого продолжила сама:
— Что я ему скажу? Я ведь сама не сказала ему, что нужно было предохраняться. — получается, что она все-таки переживает из-за беременности… — Ты же сама видела как она переживала, когда в первый раз про меня сплетни ходили. А в этот раз это даже не сплетни будут, а самая настоящяя правда. Я на самом деле шалава… Самая настоящая шалава буду понимаешь… — всхлипнула она снова. Вот теперь то я понял о чем разговор. Получается — она боится, что я её брошу? Ага, хренос два. Я снова двинулся в сторону двери тихо перебирая ногами, чтобы она не услышала меня и снова открыл дверь — сделав вид, что только что вошёл и позвал её.
— Рами, пойдём прокатимся до моих родителей? — да, так будет лучше. Может так она поймёт, что я серьёзно отношусь к ней?
— Что? — вылетела она со спальни, в которой она разговаривала, сделав вид, что с ней всё в порядке. — Зачем? — какая же она ещё маленькая. Так всего боится, пугается. Она не понимает, что для меня всё это серьёзно и я не собираюсь отказываться от неё и от ребёнка, если она на самом деле забеременеет. Я же буду только счастлив…
— Поедем, я хочу познакомить тебя с родителями.
— Нно…
— Ну что за но? Поехали. Они не далеко живут.
— Но мы же…
— В чём дело девочка? Я же тебе сказал, что теперь ты моя? — она кивнула ошарашенно. — Ну а в чём тогда проблема? Поехали.
— Поехали… — пробормотала она растерянно. — как же мы без гостинцев?
— Какие гостинцы? Поехали, я познакомлю тебя с ними и мы поедем к вам. Я тебя отвезу тебя — поправил я себя, а то не ровен час инфаркт её хватит. А она мне ещё нужна здоровая. Ей ещё детей мне рожать.
Быстро вытащил её на улицу, усадил в машину и мы поехали к моим родителям. Она ехала молча, но видно было, что её сильно волнует эта встреча. Она так загибала пальцы от передивания, что мне становилось больно даже смотреть на это.
— Выходи трусиха. Никто тебя не съесть. — сказал я открыв дверь с её стороны.
— Но здесь столько машин…
— Да, мамина родня каждую неделю здесть тусуется. — ответил я просто пожав плечами.
— А мы им не помешаем?
— Наоборот. Они только обрадуются тому, что я привёл тебя. — она нервно погладила волосы, глубоко вдохнула и вложила мне в ладонь свою маленькую ручку.
Вошли мы никем не замеченными похоже, так как у нас дома все так шумели, что дураку ясно было — они нас не заметили.
— Всем привет! Что за шум, а
