θαυμασίως γίγνονται οί γαθοί указывается не на детей, а на родителей.
268
Известно, οἴεσθαί γε χρή. Формула, принадлежащая исключительно Платону. Она обыкновенно поставляется после вопроса и, когда вопрос положительный, подтверждает, а отрицательный – отрицает. Чтобы удержать собственное значение слов οἴεσθαί γε, надлежало бы перевести их нашим простонародным и ведомо. Употребление см. Gorg. 522. A. Phaedon. 68. B. Crit. 53, C. 54. B. al.
269
И если дитя охотно повинуется – хорошо, καὶ ἐὰν μὲν ἑκὼν πείθηται. После этого протазиса иногда следует апотазис: εὔ ἔχει, как у Феофриста (charact, 9): καὶ ἐἀν μὲν λάβη, εὖ ἔχει; но большею частью апотазис только подразумевается. Eustath. ad Iliad. I. p. 50. Casaub. ad. Athen. V, 2. p. 43. Matthiae gramm. gr. p. 1248. not. V.
270
Отсылают детей в школу, εἰς διδασκάλων πέμποντες, т. е. εἰς δόμον или δόματα τῶν διδασκάλων, как и ниже p. 326. B. εἰς παιδοτρίβου. Matth. gramm. gr. p. 701. 1147.
271
О чтении и изучении поэтов у греков см. Cicer. Orat. 1. 42. Quint. Instit. I, 4. 1; также Legg. VII. 810. sqq.
272
В жизни надобно обращать внимание на то же, что имеется в виду при обращении с музыкальными орудиями: и там, и тут не должно быть диссонансов – и в жизни еще менее, потому что гармония действий гораздо важнее, чем гармония звуков. Так говорит и Цицерон (de Offic. I, 40): sicut in fidibus aut in tibiis, – sic videndum est in vita, ne forte quid discrepet, vel multo etiam magis, quo major et melior actionum quam sonorum concentus est. Но не должно думать, что Платон серьезно влагает эти слова в уста Протагора; Протагор был весьма далек от понятия об истинной гармоничности духа (см. Davis. ad Max. Tyr. XII, 7. p. 543. Wernsdorf. ad Himer, p. 285. Wyttenb. ad Phæd. p. 127) и говорит это, только сообразуясь с общим мнением. Потому-то ниже p. 333. A. Сократ шутит на его счет, говоря: οὺτοι γὰρ οἱ λόγοι ἀμγότεροι οὐ πάνυ μουσικῶς λέγονται.
273
Как грамматисты, ὥςπερ οἱ γραμματισταί. Учители τῆς γραμματικῆς, учившие читать и писать и преподававшие им начала языка (Horat. ep. I, 20. 17). Римляне называли их litteratores. Fischer. ad Weller. I, p. 2; по-русски почти то же, что грамотеи.
274
Начертывают буквы карандашом, ὑπογράψαντες γραμμάς, Γραμμαί, в настоящем случае, вероятно, фигуры букв, на которые указывает Квинтилиан (Instit. Ort. I. 1. 27); Quum vero jam ductus sequi coeperit, non inutile erit eos tabellæ quam optime insculpi, ut per illos velut sulcos ducatur stylus; nam neque errabit, ueque extra præscriptum poterit egredi, et celerius ac saepius sequendo certa vestigia formabit articulos, neque egebit adjutorio, manum suam manu superimposita regentis. Карандашем, γραφῖδι, по Стефану, penicillo, по Катулу (XXII, 7), plumbo.
275
Так учили греческие софисты и свое учение завещали некоторым английским и французским моралистам двух предшествующих столетий. Эти мысли порождены, конечно, духом политического ультралиберализма и нравственного разврата. Напротив, как хорошо говорит Димосфен (adv. Aristog. p. 77 4): ὅτι πᾶς έστὶ νόμος εὔρημα μὲν καὶ δῶρον θεοῦ, δόγμα δὲ ἀνθρώπων φρονίμων, ἐπανόρθωμα δὲ τῶν ἑκουσίων καὶ ἀκουσίων ἁμαρτημάτων, πόλεως δὲ συνθήκη κοινή, καθ᾿ ἢν πᾶσι προςήκει ζῆν τοῖς ἐν τῇ, πόλει. «Всякий закон есть открытие и дар Бога, догмат человеческой разумности, исправление вольных и невольных преступлений, нераздельный завет общества, по которому должны жить все граждане». А еще лучше Цицерон (de les I. 324): lex est ratio summa, insita in natura, quæ jubet ea, quæ facienda sunt, prohibet que-contraria (II. 323), quæ non tum denique incipit lex esse, cum scripta est, sed tum, cum orta est; orta auten simul est cum mente divina. Ср. Minos. 313. sq. Iegg. I. 644. D. Definit. 415. B. «Закон есть высочайший, положенный в природе ум, повелевающий, что должно делать, и возбраняющий, чего не должно. Он не тогда получил начало, как закон, когда написан, а тогда, когда произошел; произошел же он вместе с умом божественным».
276
Οὖδένα δεῖ ἰδιωτέυειν. Указывается на высшее: одному ли чему-нибудь или не одному должны быть причастны все граждане? – Если одному, то и пр. ἰδιωτένειν с родительным значит alicujus rei imperitum esse; но у Платона ἰδιώτης противополагается слову δημιουργός, qui publice rem aliquam profitetur. Следовательно, смысл речи такой: в прочих искусствах или ремеслах δυνατόν μεν ἐστὶ δημιουργὸν εἶναι καὶ ἰδιωτέυειν, а в добродетели политической οὺδἑνα δεῖ ἰδιωτέυειν, ἀλλὰ πάντας δημιουργοὺς ἀναγκαῖον εἶναι, т. е. в добродетели политической должны быть все публично искусны. Разумеется, что политическую добродетель Протагор понимает здесь опять в значении чисто формальном, как ens intellectus, и говорит, что она принадлежит всем; только не все одинаково способны принять в эту форму надлежащее содержание. Особенное уменье делать юношей добродетельными в реальном значении он приписывает себе более, чем кому-нибудь.
277
В сравнении с людьми, которые не знают этого дела, ὡς πρὸς τοὺς ἰδιώτας. ᾩς πρὸς выражает отношение или сравнение одной вещи с другой, например, Polit. 303. A. ὡς πρὸς τὰς ἄλλας. Parmen. 146. B. ἢ ὡς πρὸς μέρος ὅλον ἄν εἴη, Alcib. 123. B. καὶ τὰ μὲν Λακεδαιμονίων ὡς πρὸς ἑλληνικοὺς μὲν πλούτους μεγάλα, ὡς δὲ πρὸς τοὺς περσικοὺς καὶ τοῦ ἐκείνων βαςιλέως οὐδέν.
278
Этот праздник у греков назывался Ληναίον, по имени площади, окруженной оградою, в которой находился храм Диониса и давались зрелища в честь его, Ruhnk. in auct. emendatt. ad Hesych. T. I. p. 999. Boeck. Abhandl, d. Acad. d. Wissensch. in Berl. a. 1817. p. 81. О Ферекрате, комическом писателе, ἀττικωτάτῳ, см. Heinrich. in libr. Epimen. p. 182. sq. 191. sq. Упоминаемое здесь сочинение его, по свидетельству Атенея (V. 59), издано при Архонте Аристионе (49,4 ол.). Глагол ἑδίδαξεν, кажется, указывает на мимическое искусство Ферекрата – представлять предмет на сцене живо и естественно. Подобными мизантропам в хоре Ферекратовом, ὣςπερ οἱ ἐν ἐκείνῳ· τᾦ χορῷ μισάνθρωποι. Некоторые толкователи думают, что словами μισάνθρωποι ἐν τῷ χόρῷ, указывается на другое сочинение, а не на дикарей (ἀγρίους) Ферекратовых. Напротив, Groen. v. Prinster. (Prosopogr. Plat. p. 182) полагает, что сочинение – одно и то же, только ἂγριοι были кентавры, а хор составляли мизантропы. Но Гейнрих 1. 1. p. 8. sq. опровергает оба эти мнения на основании исследований о Ферекратовой басне (in appendice Epimenidis p. 188) и говорит, что хор составляли действительно οἱ ἂγριοι – кентавры, только к ним не идет μισανθρωπία, и потому он советует читать ἡμιάνθρωποι – получеловеки, или как Iacobsius Anthol. Plat. T. III, p. II. p. 800) μιξάνθρωποι. Однако ж выше сказано, что ἂγριοι походили на людей, не знающих ни воспитания, ни суда, ни законов и пр.: почему же они не могли быть названы мизантропами?
279
Эврибат
