посещению.
Пока вёлся этот странный диалог африканцы соорудили трон-носилки из веток. На него был приглашён Максимка. Белым дали понять, что оставаться в лесу больше нельзя и нужно отправляться в деревню. По словам Сагоби до неё всего пара километров. Вещи были собраны, огонь потушен, и процессия двинулась сквозь ночные джунгли к месту проживания племени.
Глава 25. Маленькое божество.
Тащиться ночью через джунгли то ещё занятие, но всё обошлось. Эти странные люди из африканского племени оказывается не плохо ориентируются в темноте. Пара километров дороги через заросли и вот уже Максимка, восседая на «троне» под радостное улюлюканье въехал в деревню на спинах чёрных воинов. Если быть точнее его внесли. Варвару, Михалыча и Сагоби очень быстро оттеснили сторону собирающейся толпой. Африканец, с которым говорил Сагоби указывал встречающим соплеменникам на трон после чего жители деревни падали на колени приветствуя летнего демона. По началу Максимка сильно возражал против поклонения, но потом ему надоело, и он плюнул на это дело. Племя оказалось большим, человек семьсот, возможно больше. Люди выходили из своих домов и толпились вокруг Максимки. Коленопреклонённых становилось всё больше и больше. Тогда бесёнок не выдержал. Знаками он велел привести Сагоби, а когда тот подошёл, Максимка начал сердито требовать:
— Скажи им что я буду гневаться если они продолжат падать на колени.
— Боюсь это не поможет — покачал головой Сагоби — это Африка. Поклонение идолам или божествам у нас в крови.
— Да?
— Да.
Максимка не отставал.
— Тогда напугай, скажи если они не перестанут ползать я уйду от них прям сейчас и лишу их своего присутствия.
— Уж сделай одолжение... — пробубнил Михалыч. Он стоял в толпе позади Максимки.
Сагоби дослушал Максимку и начал переводить его слова жителям деревни пытаясь донести желание летнего демона до всех. По началу рейнджера не слушали и продолжали ползать на брюхе, но потом он повысил голос и тогда некоторые начали поднимать головы, а потом и вставать. Угроза подействовала. Удалось поднять всех. Среди толпы оказался и вождь племени, который под общим психозом как-то затёрся среди своих соплеменников. Вождь - старик лет под семьдесят, взял слово и объявил праздник. Сагоби перевёл бесёнку речь вождя.
— Э-э-э! Надеюсь, я не стану праздничным ужином? — воспротивился Максимка. Ворованный из багажника пистолет он так и не убрал, продолжая держать его под футболкой. Опасность всё ещё была и возможно ствол понадобится на случай грандиозного шухера...
Сагоби успокоил.
— Не станешь, они не каннибалы.
— Счастье то какое... — съязвил бесёнок — скажи, что я согласен, иначе ведь не отстанут паразиты!
Сагоби перевёл. Толпа взревела. Максимка испугано поёжился и снова спросил:
— Чего это они орут? Ты что, им про паразитов сказал?
— Радуются — перевёл Сагоби.
— А можно радоваться потише?
Сагоби не ответил. Он скользнул не довольным взглядом по Максимке и начал диалог с вождём. По окончанию беседы трон из веток снова подхватили и потащили мимо домов больше похожих на обычные шалаши только очень большие и высокие. Толпа следовала рядом и постоянно восхваляла Максимку. Люди радовались... Местом назначения стала площадка в окружение деревяных навесов. Вероятно, они тут проводили праздники или собирались всей деревней для всеобщего обсуждения своих проблем. Трон поместили на помост и принялись украшать хрен знает откуда взятыми ночью цветами. Варвара и Михалыч затерялись в общей толпе ещё больше и отстали, следуя в самом конце. Возле Максимки находился только Сагоби и много неизвестных африканцев. Бесёнку было неуютно среди незнакомцев, и к тому же он их побаивался. Несколько полуголых молодых девиц попытались одеть Максимку в национальную одежду, но она ему была слишком большой. Их это нисколько не смущало, и они не отстали пока не выполнили то, что им было велено вождём. Увидев большие упругие груди девушек, Максимка сообразил, что ему круто повезло поэтому он перестал бубнить и сопротивляется.
— А мне уже нравится — заявил он Сагоби.
— Не переигрывай! — предупредил рейнджер — пока они принимают тебя за какое-то божество мы в безопасности, но, если решат, что ты не божество, а самозванец нам станет очень и очень плохо.
— Ты в меня не веришь? И потом, чего это я самозванец? Это они меня обожествили и притащили сюда. Вот если бы я сам сюда заявился и заявил, что я этот их летний демон вот тогда согласен, можно сказать, что и самозванец.
Довод Максимки был непробиваем, но он много ещё не понимал в этой жизни особенно нравы и обычая иных народов.
— Я верю в магию, тотемы, но не верю в божество коим они тебя представляют поэтому не переигрывай. Вели позвать сюда своих слуг.
— Каких ещё слуг? — не сразу понял Максимка.
— Михалыча и Варвару.
— А-а-а, этих... ну зови — согласился бесёнок — я не против.
Жители делали подношение летнему демону и перед помостом накапливалась гора всякого хлама. Костры освещали эту кучу, и она всё росла и росла. Столько внимания к себе Максимка никогда ещё не испытывал в своей жизни. Ему даже начинало всё это понемногу нравится. Пока последний член племени не принёс своё подношение демону, куча барахла не переставала расти. Наконец дары закончились. Варвару и Михалыча привели и оставили не далеко от помоста с троном. Почему-то обоих сопровождал воин с копьём несмотря на то, что у них висели ружья на плече. Не так давно подобный праздник в другом племени устраивали для подполковника и Варвары вот только подарков не было. Для Максимки выставили особую почётную охрану и никого больше к нему не подпускали. Готовился всеобщий ночной жор. Всё как у цивилизованных людей только что задница посреди ночи не торчит из холодильника, а так всё как у всех. Полуголые девицы Максимку не покидали и продолжали прислуживать что чрезвычайно ему нравилось. Сагоби держал ситуацию под контролем и старался всё время быть рядом.
— Когда жратва будет? — лениво поинтересовался Максимка. Он как-то уж очень быстро вошёл в роль божества — аппетит разыгрался.
Сагоби ответил:
— Скоро, только не пей ничего кроме воды.
— Я спиртное не пью, мал ещё, да и не люблю я его...
— То, что тебе могут предложить на спиртное совсем не похоже, но после этого напитка улетишь так что на утро мало не покажется. Не веришь - спроси у своего Михалыча, он после подобного
