Это будет или заискивание, или наоборот, хамство и грубость, скрывающие его беспомощность. Девочки же, лишённые отцовской ласки, «внутренне» остаются навсегда неласковыми. Но, при этом, они ещё и боятся мужчин, не зная, чего им ждать от них – им, ведь, не знакомы особенности мужской психологии. Они не могут полюбить мужчину даже и теоретически – он навсегда остаётся для них «неизвестным существом». Мистером Х…
Такие дети всегда скрытны и с трудом устанавливают контакты с новыми людьми – они остро ощущают неполноценность своей семьи, как свою собственную, и завидуют всем своим «нормальным» сверстникам, что и создаёт им дополнительные переживания. Часто именно эта зависть и выливается во внешне «беспричинные» драки. Психологические ниши «безотцовщины» сказываются сначала пробелами в их общении и в развитии, позже – в их адаптации в жизни, а ещё позже – в их собственной семье и в воспитании своих детей. И психологическая несостоятельность людей передаётся в этих семьях, как эстафета…
Из этих же семей выходит и большая часть девушек, получивших свой первый сексуальный опыт до брака, и оставленных потом своими кавалерами. По разным причинам внешне, по сути, по одной – бедняжки не смогли выстроить отношения с мужчиной. Впоследствии, они начинают понимать и саму «любовь», всего лишь, как поиск новых ласк, но лишённые девственности, не имеют возможности создания нормальной семьи, повторяя «карму» матери-одиночки. В отчаянных поисках ласки и счастья они начинают, что называется, «ходить по рукам» от одного «любимого» к другому, никому не нужные и втайне презираемые.
Ищут счастье, которое было утрачено их родителями. Но счастье возможно только в инграммной семье, ключ от которой обменяла их мать на свою «свободу». Мамочка погуляла… Прогуляв заодно и счастье своих детей. Теперь же их участь – случайные половые связи с повторения пути в матери-одиночки: трогательно и бережно пестовать своего домашнего тирана. Или одиночку. Продолжателя «рока одиночества» рода…
То, что девочки-сиротки не в состоянии создать нормальную семью, было известно в России давно, почему, собственно к ним и существовало особое отношение. Это заключалось в том, что, во-первых, их брали к себе в семьи родственники с тем, чтобы они могли хотя бы со стороны наблюдать, как устроена нормальная семья и все отношения в ней. В случае отсутствие родственников, девушки могли наблюдать за бытом семьи, работая прислугой, гувернанткой или домашней учительницей. Ну, и конечно же, всегда присутствовал вариант монашества. Сейчас девушкам из неполных семей хуже – они слишком поздно понимают, что семья – это не столько любовь и ласки, сколько новый вид отношений меж мужчиной и женщиной – сплав, скорее уж, из участия, понимания и взаимопомощи, чем «любви».
Но трансформировать в себе материнскую любовь, превратив её в любовь к мужчине, они не могут – этих знаний уже не сможет им дать, ни одна мать в мире. Она даст им лишь свою ласку, часто без меры, не понимая, что её ласка – без чувств и знаний отца – её щедрая материнская ласка – им лишь, ещё более вредна. Ведь каждый – даже и самый маленький ребёнок, вовсе не кукла, хотя и очень похож на неё, а наблюдательный и неутомимый исследователь чужой психики…
Интуитивно, любое дитя безошибочно находит в психологии своих родителей, (матерей в первую очередь), наиболее уязвимые точки, а найдя, начинает жёстко и беззастенчиво на них давить – спекулировать на чувствах. При этом его «капризы» являются, в чистом виде, опытами над ней и другими домашними – как много и какими методами, он может добиваться от них того, что ему нужно. И, что совсем уж для него плохо, по родителям и членам своей семьи, он составляет себе общее мнение и о всех других, формируя в семье свою личную «матрицу поведения» – свой набор спекулятивных приёмов. Чем больше семья и чем сложнее её структура, тем сложнее в ней и поведение всех её членов – в первую очередь его родителей.
Но, тем и более подготовленным вырастет в ней, ребёнок к жизни. Но, как только он установит, что его родители и семья, не представляют для него, уже ни какого интереса, то в этом доме, его уже ничего не удержит. Такие дети ищут слабости своих родителей и в окружающих, но убедившись, что окружающие руководствуются по отношении к ним совсем другими принципами, чувствуют себя беспомощными, не понимая, что они не виноваты – не по своей вине они не получили в своей семье необходимого воспитания.
После чего им и приходится заниматься своим до– воспитанием, уже самостоятельно. Но особенную сложность, представляет воспитание детей вообще без отцов и, опять-таки, это девушки…
Лишённые любви и ласки отца, девушки из таких семей часто превращаются в холодных и расчётливых «ловцов мужей»– «киномеханниц», крутящих парням кино «про любовь». Обычно это трёхсерийный боевик, в первой серии которого идёт разнузданное восхищение и восхваление достоинств жертвы, с завлекающими и завораживающими его, знаками внимания и ласками. Это продолжается, пока жертва развесив уши, окончательно не размякает, и не приведётся в почти сомнамбулическое состояние. После чего делаются несколько пробных попыток охлаждения – проверка насколько прочно ею заглочена наживка.
После чего следует вторая серия под названием» Ты меня обидел сильно – я в тебе разочаровалась». После чего «брошенная(ый)» начинают ныть с тоски по утраченным им ласкам, пытаясь загладить несуществующую вину.
Хорошенько помучив – главное тут не перемучить, милые девушки приступают к третьей серии «Примирение», проходящей под диктовку уже только их условий. Эта кинолента приехала в город из деревни и имеет успех в основном у деревенской и около-деревенской публики. Но она скрывает главный дефект «киномеханниц» – отсутствие в них необходимых для нормальных отношений душевных качеств. «Кино» – как правило, хобби или забава молодых садисток с детскими искалеченными душами. Интеллигенция в своём кругу с ними практически не сталкивается. Любое «кино» легко распознать сразу – для чего необходимо помнить, что по настоящему, любящий человек, не может обидеться, в принципе. Играя же «в любовь», человек в состоянии испортить жизнь другому, но ещё больше он портит её и себе…
Глава 8. Развод под микроскопом
«Скромнице не следует пренебрегать чистоплотностью, а любящей мужа проявлениями нежности, ведь суровость делает отталкивающей даже целомудрие женщины, равно как и неопрятность – её простоту».
Метродор
С разводами ясно – все семьи рушатся потому, что в них нет тройного замка – кластерного, культурного и биологического. А без них брак невозможен…
Раньше – в православной России – первые два условия всегда обеспечивались самой сословной структурой общества. Браки заключались, практически, исключительно внутри сословий, которые представляли, фактически, кластеры. То есть, почти все браки в царской России были уже кластерными. А поскольку они составлялись ещё и по имущественному цензу, то и культурные штампы у людей в них тоже почти совпадали. А третье условие обеспечивало уже само Православие. Так, та абсолютная Империя – русское национальное государство – и создавало все условия для возникновения в себе идеальной семьи и её потомства. Да, вот только семья эта, оказалась неспособной защитить это своё государство. Вот и получили сначала винегрет власти, а потом и воронку вырождения…
Сегодня люди заново открывают для себя друг друга и вновь учатся строить свои семьи, открывая законы браков предков. Хотя, часто и в самом начале брачных отношений, у людей появляется, вдруг, взаимная неприязнь. В основном, потому, что люди не доверяя себе, строят свои интимные отношения часто «по книжному», «по киношному», «по телевизионному». Тем более, что появилось море разливанное такой разгульной и сладкой порнухи. Что и говорить, не унылая, уже это совдепия, когда отношения двух в постели, были покрыты мраком, так, что не было и известно, что они там и чего. Зато сейчас любой школьник может посмотреть «10 маленьких девственниц» или другое, не менее познавательное, кино, где три дяди любят одну тётю, причём одновременно…
На практическое же занятие мальчики могут заказать себе по телефону тётю, которая всё на себе покажет, объяснит, да ещё приласкает и научит. Говорю «к счастью» без издевательства, потому, что именно обилие порнофильмов (в котором я лично вижу меньше вреда, чем пользы), и позволило понять, что именно противоестественно происходит в самом интимном акте. Тут телекамеры не только давно уже влезли в большие срамные губы, а уже и до матки доползли.
Лично я жду в этом захватывающем жанре лишь одного – когда телекамерой будет снабжён уже и сперматозоид. И мы, наконец, увидим весь путь его захватывающего путешествия из яичек до встречи с любимой яйцеклеткой где-нибудь неподалёку от уютной маточной трубы. Убеждён, что мы обязательно увидим это во всех ракурсах и подробностях, как в долгоиграющем сериале. Осталось лишь немного подождать…
