– Я слушаю, Гвен. Очень внимательно.
– Этот амулет – компас, указывает направление. Думаю, ты легко поймешь, как с ним работать. Он покажет тебе дорогу на север, в местность, которую вы здесь называете Запретные Земли.
Мне с большим трудом удалось удержаться от очередного восклицания. Запретные Земли, подумать только! Да пусть этот проклятый халцедон указывает дорогу хоть к потерянным сокровищам ацтеков – сунуться за ними в Запретные Земли отважится только настоящий безумец!
– Где-то там, – Гвен запнулась, словно переводя дыхание, – есть нечто – древний храм или пещера. Никто из живущих ныне не знает этого точно. Известно только, что большую часть времени это нечто находится вне этого самого времени – и пространства. Но скоро… очень скоро его путь пересечется с реальным миром, и тогда Камень вновь увидит свет нашего Солнца.
Слово «камень» умирающая вампирша выделила особо – так, что даже я со своей раскалывающейся головой сообразила, что речь идет вовсе не о придорожном булыгане.
– Камень – наследие, осколок из невообразимо древних времен. Некоторые легенды говорят, что он был сотворен в Лемурии. Другие – что ему поклонялись задолго до того…
Рауль в таких случаях витиевато заявлял, что «кувшин моих знаний показывает дно, досуха выпитый вашей мудростью». Лемурия… мой интерес к древней истории прорезался совсем недавно и носил чисто практический характер – знание прошлого этой земли могло помочь справиться с тем, что из нее вставало. За переделами же Юкатана мои познания ограничивались тремя названиями: Атлантида, Паке Романия и Ниддльстрем!
– …но все они сходятся на том, что в Камне заключена огромная, невообразимая мощь! Бренда! – Гвен стиснула мою ладонь с такой силой, что я с испугом глянула на землю – не шлепнулась ли перекушенная половинка. – Нельзя допустить, чтобы Камень попал в нечистые руки! Иначе древний Ужас обрушится на мир… нельзя… нельзя…
– И это все? – тихо прошептала я полминуты спустя. – Всего-то – прогуляться в Запретные Земли и мимоходом спасти мир? Нет проблем, я каждое утро, перед завтраком, откалываю номера и покруче – просто так, чтобы не потерять форму! Может, надо сделать еще что-то? К примеру, спуститься в преисподнюю и передать сатане привет от его бывших собратьев по райским кущам? Проклятье, Гвен, ну неужели ты не могла… И вообще, – добавила я, глядя на плывущее по небу одинокое белое облачко. – Если ты сейчас смотришь на меня оттуда, с небес, – а я думаю, так оно и есть, потому что должна же хоть в том мире быть какая-то справедливость – так вот, знай, что ты мне больше не подруга!
ГЛАВА 14
Крис Ханко, таукаллери (благосклонно внимающий)
– Привал десять минут, – объявил я, скидывая с плеча мешок. – Последняя остановка, где вы сможете нормально подышать – дальше пойдем по леднику!
Публика отреагировала на это известие без особого энтузиазма – мои подопечные просто разбрелись, выискивая более-менее подходящие места, на которые можно было бы взгромоздиться задницей без особого риска примерзнуть. М-да, мельчает народец раз от раза… даже прошлые профы-ботаники держались на этой высоте не в пример лучше. Возможно, дело в привычке – ботаники-то успели вдоволь полазить по всяким Альпам и Пиренеям еще в старушке Европе, но все равно – от доблестной армии САСШ я ожидал большего. Средний и младший командный состав в лице Патрика и Флеминга держится сносно, а вот рядовые начинают сдавать. Хоть бы с Линды пример брали – вот уже кому горы, словно дом родной. Куда там до нее Малышу Уину – скачет с валуна на валун, что горная коза!
У меня были некие подозрения о причинах столь лихой резвости мисс Келлер. И причины эти, точнее одна стройная зеленоглазая причина как раз прислонилась к узловатому деревцу в десятке футов от меня. Как ни старалась мисс Пума превзойти в грации легконогую эльфийку, у нее явно не выходило. Выше головы не взлетишь, как говорил в подобных случаях батяня, глядя, как мой братец Фил карабкается на старый сарай с очередным воздушным змеем на горбу. Похожая поговорка у гномов гласит: «Если бы Подгорные Боги хотели, чтобы мы могли плавать, они купили бы нам билеты на пароход!»
– Мисс, а что это вы такое интересное делаете? – вопрос я задал исключительно для того, чтобы в очередной раз полюбоваться зелеными магическими огнями и, добившись желаемого, неожиданно смутился и, потупившись, добавил: – Если это, конечно, не секрет.
– Никакого секрета, Крис, – весело прозвенел небесный колокольчик. – Я выменяла у достопочтенного Ойхо немного змеиной кожи, хорошего, как мне кажется, качества, и теперь хочу сделать оплетку для рукояти Чаусы.
– Это ваша шпага так зовется?
– Нет, – улыбнулась эльфийка, – мой меч отзывается на имя Огонек. И он не любит, когда его называют шпагой.
– Прошу прощения, – то, каким нечеловеческим во всех смыслах слова вниманием окружают эльфы свои мечи, знало даже такое серое существо, как я. – Дело в том, что я плохо разбираюсь в режущих предметах длиннее моего Боуи.
– Зато вы, наверное, очень хорошо умеете обращаться с пороховым оружием, – сказала принцесса. – Я видела сегодня утром, как вы тренировались…
Еще бы ты не видела – шоу предназначалось целиком и исключительно для тебя!
– Здесь Пограничье, мисс, – просто сказал я. – Тот, кто нацепит на пояс кобуры, не умея обращаться с их содержимым, умрет, и умрет быстро. А уж проводники и подавно существуют только в двух ипостасях: живые, с очень хорошей реакцией – или мертвые.
– Наверное, – грустно сказала эльфийка, – я еще долго не достигну вашего уровня мастерства, Крис.
– Почему же? – возразил я. – Для этого надо всего лишь постараться – только очень сильно постараться – остаться в живых. И в этом я вам помогу – если, конечно, вы сами того захотите?
– Хочу.
Ой! Я с трудом подавил желание оглянуться на склон – не рушится ли на нас ледник, растопленный улыбкой сказочной принцессы.
– Я понимаю, вы, Крис, сейчас очень заняты, – продолжила принцесса. – Но… если вы сумеете найти время на то, чтобы дать мне несколько уроков… возможно, я бы сумела стать меньшей обузой для нашего отряда?
Интересно, сколько ей на самом деле лет, внезапно подумал я. Эльфы, как общеизвестно, не стареют, и, вполне возможно, эта девчушка так же лучезарно улыбалась в те времена, когда на моих прабабок еще не заполнили прошения в небесной канцелярии. Остынь, Ханко, остынь, тебе уже далеко не девятнадцать, как тогда… тогда, когда ты так же повелся на ясный взгляд и ослепительную улыбку. И что с того, что в этот раз тебе улыбается самая настоящая эльфийская принцесса? Пари держу, женщины всех рас имеют – хотя бы по образу мышления – куда больше сходства между… гм, в общем, между собой, чем с представителями противоположного пола своего вида.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
