class="p1">Для меня их жизни - всего лишь ресурс.
Крайне необходимый.
*****
В то же время, столица восточное-европейского государства
Настроения работать не было, как, к счастью, и совсем срочных дел.
Поэтому Ким тренировался. Нельзя запускать своё тело, ведь оно - вместилище разума. Одна стойка меняла другую, быстрый разворот, серия ударов и "тень" повержена. Сколько воображаемых противников осталось?
Столько, сколько он сможет одолеть. На сколько хватит его выносливости.
Невидимая рука появляется сзади, но её владелец получает могучий удар с разворота и отшатывается назад. Больше не боец. А может быть силы удара немного не хватило, чтобы сломать ему рёбра.
Возможно, именно на него сегодня не хватит сил, ведь та самая выносливость в последнее время хромала. Как сохранить хорошую физическую форму, проводя все дни в квартире?
Конечно, иногда он гулял, даже выбирался на природу. Иначе как не сойти с ума? Но прекрасно осознавал, что каждый раз рискует лишиться своей относительной свободы, получить в руки автомат и умереть ни за грош. Воюя против своих идеалов за страну, которая отобрала у него всё. В первую очередь - свободу быть собой и говорить о том, что он думает.
Нога рассекает воздух с лёгким свистом, очередная тень падает на пол. Но на смену ей приходит другая.
Каждый день он дрался с воображаемыми противниками до последнего.
Потому что прекрасно знал, что однажды ему придётся драться с настоящими.
И тогда он должен показать всё, на что способен.
Удар... слишком резкий удар. Нельзя давать волю эмоциям, особенно ярости. Даже в бою.
Да, он был зол. На ситуацию, на всю систему, которая к этому привела. На виновников. На себя. На страну, которая каждый день пыталась найти его, чтобы отправить "защищать" "демократию". Демократию, в которой ему годы угрожали расправой за иное мнение.
Демократию, в которой в невинных стреляют отморозки, просто потому, что они "правильной крови" и им всё можно. Демократию, которая готова отдать жизни любого количества своих молодых мужчин, лишь бы заработать больше зелёных бумажек.
Рука хватает противника за кадык и резко дёргает. Затем быстрый переход в защиту, ведь атакующих осталось ещё очень много. Ровно столько, на сколько хватит его дыхания. Его крови. Его жизни.
Жизнь - совсем не сказка, не из всех ситуаций можно выбраться. Не всегда спасёт хвалёная сила духа, упорство или тем более оптимизм. Когда тебя убивают - не спрашивают разрешения. Когда ты умираешь - смерть оказывается сильнее тебя и просто делает то, что должна.
Будь это пуля, нож, беспощадный огонь, вирус или смертельная болезнь. Умирают далеко не только слабые, сильные - тоже.
Ким не был наивным дураком, и прекрасно понимал это. Но осознавал и другое, более важное.
Сдаваться или нет - это уже выбор каждого. Сильные умирают, но не сдаются. Так писали наши героические предки на стене Брестской крепости.
А трус умирает дважды.
И Ким не был трусом.
Очередная серия, отскок, смена стойки и новый смертоносный град ударов.
Когда он, будучи ещё ребёнком решил, что боевое искусство - дело его жизни, он не знал, что драться придётся больше с собой, чем с другими. Наносить удары по своей слабости каждый день, выковывая силу.
Не знал, как повернётся его жизнь и сколько придётся воевать не за крепость тела, а за крепость разума. Чтобы не свихнуться, не пасть жертвой ложных надежд или ложного оптимизма. Но главное - не пасть духом. Иметь силы продолжить жить вот так сколько потребуется, чтобы однажды зажить по настоящему.
Имея не только цель, но и путь к ней. Пусть даже сложный, но проходимый.
Но раньше или позже и крепость его разума рухнет.
Вопрос только в том, успеет ли его заточение закончиться раньше?
А если он сойдёт с ума раньше, то как это будет? Увидит древних мастеров кунг-фу своими глазами? В бою с тенью ему начнут отвечать?
- Привет! - в голове отчётливо пронеслась чужеродная мысль. Сам себе Ким не говорил "Привет" даже по утрам, а уж тем более в середине тренировки. К тому же что-то ему это напоминает. Вызывает какие-то смутные ассоциации.
Ну что, всё? Отмучался? Привет, сумасшедший дом?
- Я не сумасшедший дом, даже обидно! Я же говорил, что найду способ связаться иначе, помнишь?
Если сейчас заговорить со своей шизофренией - пиши пропало. А если постараться отвлечься, может он протянет подольше?
- Слушай, у меня связь довольно дорогая, не могу тебя убеждать весь день. И да, я не шиза, я Андрей!
Ким уже понял, на что намекают странные мысли. Это же его друг из другой страны три недели назад сказал, что не может больше выходить на связь так и будет искать другие способы. А что если... да нет, бред.
- А ты всегда произносишь в голове названия ударов? Я думал так только заядлые анимешники делают.
Почти всегда. Так немного удобнее. В экстренной ситуации, конечно, не до этого.
- Ну да, логично. Слушай, мы же всё равно общаемся, давай уж нормально поговорим. Прекрасно понимаю твои опасения. Тренироваться у тебя сейчас всё равно особо не выйдет.
Ну, в целом, да.
Он остановился. Стоял и дышал. Как прогнать это наваждение?
- Да не надо меня прогонять, я не навязчивый. И связь дорогая, говорил же. Если захочешь, просто уйду навсегда, но сначала выслушай. Хорошо?
- Хорошо, - сдался наконец Ким.
- Когда-то давно в детстве я верил во всякую мистику. В духов там и приведений. И пытался придумать, как бы это мне отличить голос потустороннего существа в голове от моего собственного воображения? Оно же может придумать правдоподобные ответы на все мои вопросы!
