проносились у него в голове, когда он опустился на кровать в зеленой комнате и незаметно задремал. Он не знал, как долго проспал, когда проснулся от громкого крика Гермеса:
– Есть!
Испуганный звуком, Дионис вскочил с кровати. Еще сонными глазами он увидел, что Гермес несет пару кожаных сандалий с крыльями из перьев. Они были на удивление простыми, учитывая склонность озорного бога к экстравагантным вещам.
– Я нашел их! – объявил он, но Дионис заметил очередную проблему.
– Почему они такие маленькие?
– Они не маленькие, – сказал Гермес, поднимая сандалии.
– Какой у тебя размер?
– Я не знаю, – сказал Гермес.
– Как ты… – Дионис остановил себя. Он задавал этот вопрос уже слишком много раз, и это ни к чему не привело. – Как я должен их носить, если они мне не налезут?
– По сути, это подошвы на шнурках, Дионис, – сказал Гермес. – Примерь.
Дионис взял одну сандалию и попытался просунуть в нее ногу, но максимум, что у него получилось, – продвинуть первые три пальца.
– Почему у тебя такие огромные ступни? – спросил Гермес. Затем он встретился взглядом с Дионисом и приподнял бровь. – Это правда, что говорят о размере обуви и члене?
– Не знаю, что там говорят, – сказал Дионис. – Но я бы предпочел не говорить с тобой о моем члене.
– Ладно, – сказал Гермес, шмыгнув носом. – Мне просто было любопытно.
– Но мне нужны эти чертовы туфли, и чтобы они были впору, – рявкнул Дионис.
– Ну у тебя есть магия, идиот. Сделай, чтобы были впору!
– Это твои чертовы туфли. Я не могу их поменять!
– Ты можешь что-то добавить к ним! Обмотай свои гребаные ноги лианами! – воскликнул Гермес. – Боги, и ты говоришь, что я дурак.
Дионис почувствовал, что краснеет, хотя и не был уверен, от смущения это или от досады. Он поставил обе сандалии на пол и наступил на подошвы. Из них выросли виноградные лозы и переплелись по ступням и икрам.
– Вот так! А теперь встань.
Дионис встал и тут же кувыркнулся назад, так как сандалии вылетели у него из-под ног. Падая, он ударился головой о кровать. К счастью, она была мягкой, но теперь он висел вверх тормашками, и крылья сандалий, пристегнутых к его ногам, яростно бились.
– Какого черта, Гермес! Скажи им, чтобы поставили меня вертикально!
– Я не могу, – сказал Гермес.
– Что значит не могу? – прорычал Дионис.
– Они так не работают. Ты должен научиться балансировать, тогда ты просто будешь скользить. Это как кататься на коньках.
– У меня нет времени, черт возьми, учиться кататься на коньках!
– Я полагаю, тебе и не нужно, – сказал Гермес. – Ты можешь просто пролететь весь путь вот так.
Дионис стиснул зубы.
– Давай, большой мальчик. Просто делай как приседание. Как только ты встанешь прямо, твой вес поможет тебе поймать баланс.
– Делай как приседание, – передразнил Дионис, но все же попробовал, напрягая мышцы пресса и раскачиваясь. В первый раз у него получилось только наполовину, во второй – чуть дальше. С третьей попытки он сделал полное сальто.
– Черт!
– У тебя почти получилось, – сказал Гермес.
– Я знаю, что у меня почти получилось, Гермес! Мне не нужны твои комментарии!
Он скрестил руки на груди.
– Я просто пытаюсь быть полезным.
– Не надо.
– Отлично. У тебя плохо получается.
Разочарование Диониса росло. На мгновение он просто застыл на месте и заскрежетал зубами так сильно, что у него заболела челюсть. Затем он глубоко вздохнул.
– Прости меня, Гермес.
Наступила долгая пауза.
– У тебя все получится, Дионис.
Бог кивнул и попытался снова. Он сжал кулаки, напрягся и замахнулся. Выпрямившись, он вытянул руки для равновесия. Ноги у него подкашивались, и все тело, казалось, вибрировало в такт движениям крылатых сандалий, но он устоял.
– Да! – прошипел он, прежде чем потерял равновесие и снова упал. – Черт. С меня хватит!
Дионис воспользовался своей магией, чтобы расшнуровать сандалии. Когда ему это удалось, он рухнул на пол, не осознавая, что больше не висит над кроватью.
– Дурацкие сандалии, – пробормотал он и схватил их в воздухе, где они все еще трепетали. – Как ты заставляешь их перестать… летать?
Как только эти слова слетели с губ Диониса, крылья перестали хлопать.
– Вот так, – сказал Гермес.
Дионис сверкнул глазами.
– Ты хочешь сказать, что можешь приказать им перестать летать, но не можешь приказать им поставить меня на ноги?
– Да, – сказал Гермес.
– Я ненавижу тебя.
– Не надо меня ненавидеть. Я всего лишь посланник. – Гермес помолчал и усмехнулся. – Понял? Я посланник богов.
Дионис сверкнул глазами. Затем он исчез, но Гермес успел крикнуть:
– Подожди! Забери меня обратно в подземный мир!
* * *
Дионис появился на берегу Средиземного моря. Солнце всходило, отбрасывая оранжевые и желтые лучи на спокойную поверхность воды. Всегда красивое и в основном теплое море – трудно представить, какое зло здесь творилось, но это была территория беззакония, управляемая безжалостным богом.
Дионис поставил сандалии на песчаный пляж и обул их, пригибаясь: виноградные лозы обвились вокруг его ног, чтобы сандалии не соскользнули. Затем он приподнялся на пятках, вытянул руки, чтобы не упасть, и резко взмыл в воздух, а крылышки начали яростно работать.
Его сердце бешено колотилось в груди, на лбу выступили капельки пота. Дрожа, он поднял руку, чтобы вытереть их, пока пот не попал ему в глаза. Он никогда бы не признался в этом Гермесу – хотя в этом и не было необходимости, его усилия очевидны, – но, черт возьми, это было тяжело.
Гермес всегда делал это так легко, скользя по воздуху во вспышке ослепительного золотого света. Дионис двигался со скоростью улитки. Такими темпами он доберется до Тринации за неделю, а Медуза будет уже далеко и, скорее всего, мертва.
Собравшись с духом, Дионис сделал так, как велел Гермес: полетел, слегка наклонившись вперед. Он чувствовал, как усиливается ветер, когда он все быстрее несся над океаном, и цвета начали сливаться в единый синий оттенок. Чем дольше он двигался с одной скоростью, тем легче ему было ускоряться, и вскоре ему показалось, что он плывет под парусом.
Дионис начал смеяться, преисполненный триумфа, а затем потерял равновесие и упал в океан, набрав полный рот соленой воды, которая обожгла ему горло, когда он вынырнул. Как он должен был снова подняться на ноги?
На многие мили вокруг не было ни скал, ни островов, а время поджимало.
– Черт! – закричал Дионис, вытирая глаза. – Я, мать вашу, ненавижу все это!
Он перевернулся на спину и задрал ноги в воздух. Крылья на сандалиях бешено затрепетали, и Дионис обнаружил, что они несут его по воздуху вверх ногами, а голова его в воде.
Он попытался перевернуться на ноги, но ему стало трудно дышать, когда соленая вода попала ему в нос и рот. Чем суше становились крылья, тем выше он поднимался, пока, наконец, не оказался над поверхностью, но к тому времени он слишком устал, чтобы пытаться встать, и смирился с тем, что будет просто висеть так.
Пока не заметил высокую волну, несущуюся в его
