Читаем без скачивания Бархатное убийство (сборник) - Алексей Макеев

В ту пору, когда князь Хаммато Рути Ашшага, терзаясь сомнениями, решал вопрос – отправлять ли в Россию вместе с другими реликвиями «Небесный Лотос», к нему пришел настоятель монастыря и сказал: «Великий властитель, отправляй и не думай о плохом. Камень вернется на свое законное место. А затаившаяся змея умрет от собственного яда!»

Все так и вышло. Камень вместе с другими сокровищами вернулся в Буттулал, а советник, узнав о крахе своих замыслов, не дожидаясь суда монарха, вместо чаши с соком тоо-му выпил банальный цианистый калий…

– Кстати, это звание дает массу льгот и привилегий, – продолжал живописать Станислав. – Его присвоение иностранцу является автоматическим предоставлением – заметь! – почетного гражданства Буттулала. Нам с Левой можно рыбачить, не платя подати. Да! При желании предоставляется десять ассов земли – это по-нашему гектара полтора. Для Буттулала – настоящая латифундия. Так, что там еще? Лев, не припомнишь?

– Что-то еще там полагается – да, – задумчиво кивнул Гуров. – А! Если такой человек материально нуждается, раз в год ему выплачивается единовременное пособие – тысяча рупий золотом, – добавил он. – Кстати, Стас, а что же ты не упомянул про праздник дня весеннего равноденствия? Это ведь как раз по твоей части.

– Ой, да ну тебя! Всякую чушь сейчас будешь городить! – сердито отмахнулся Крячко.

– Что там, что там?.. – оживился Петр. – Это что за «весеннее равноденствие»?

– Ну, это нам негласно рассказали… – насмешливо косясь в сторону недовольного Стаса, доверительно-приглушенным тоном заговорил Лев. – Согласно древнему обычаю, который сегодня соблюдается только в самых отдаленных селениях, в день весеннего равноденствия «симдиггиргарх» имеет право приехать в такое селение и выбрать себе там жену. Причем, как бы это сказать, временную. То есть он где-то там совершает подвиги, а она в своей деревне ждет его появления. Он может приехать к ней – на день или месяц, потом опять куда-то свалит… И таких «жен» у него может быть столько, сколько деревень в Буттулале. Ну вот, когда нам об этом рассказали, Мария Стаса заприкалывала. Вроде того, эх, не повезло тебе, Стасушка, – нынешнее равноденствие-то уже миновало, своего счастья теперь целый год ждать придется…

Слушая его, Крячко насупился и отвернулся.

– А Марии там понравилось? – спросил Орлов.

– Да-а! Она там даже два творческих вечера провести успела. Причем благотворительных. Рассказывала о наших театрах, читала монологи из своих спектаклей. Аншлаг был полнейший. Ты сам-то нам расскажи – что здесь у нас нового?

Несколько поскучнев, Петр поморщился и отмахнулся:

– Да тут что интересного? Рутина, нудьга всякая… А! Чуть не забыл! Рома-Тушисвет от тюрьмы открутился. На суде выступил свидетель, который обеспечил ему стопроцентное алиби. Все, он уже на свободе. Правда, и этот поганец Халявин тоже остался чист, аки младенец. Ну, а что удивляться? Давление на следствие и суд было запредельное. Все эти наши «кривозащитники» прискакали с плакатами «Свободу политзаключенному». Все, «отмазали» в момент. Кашпутту и Тамара поженились. Он пробивает вопрос с российским гражданством. Хоть на родине его и простили, домой возвращаться все равно побаивается. Вора Быггу нашли со сломанной шеей… Видимо, слишком много знал.

– А Ван Цом Гуна задержали? – подал голос Крячко.

– Смылся, зараза! – сокрушенно развел руками Орлов. – Лева был прав – это он тогда выступал на открытии выставки китайских промышленников, работающих в России. Показания на него дал один из китайцев, сына которого убили по приказу Ван Цом Гуна. Только тогда стали известны масштабы вымогательства и рэкета. Кстати! Прав был Лева и насчет причастности триад к производству порнографии. На днях в Подмосковье раскрыли целую подпольную киностудию, где штамповали всевозможную мерзость. И создана она была на деньги именно триад. Да, это действительно целенаправленная политика на разложение России…

– Ну, а как же он смылся-то? – жестко прищурился Гуров, глядя на Петра.

– Кто-то из наших достаточно высоких чинов «слил» ему информацию о том, что получена санкция на его задержание. Он тут же исчез – как сквозь землю провалился. На следующий же день после этого и нашли усопшего Быггу. Возможно, в чем-то его заподозрили. Вот такие-то дела… Завтра вы уже приступаете к работе? Замечательно! Тут у меня для вас есть одно о-очень интересное дельце. Но об этом – чуть позже. Сегодня можете отдыхать.

– Отдохнешь тут… – покачав головой, усмехнулся Лев. – Мы только прилетели в Шереметьево, а на телефон уже приходит звоночек от Володи Ильницкого – мол, не забыл про обещанную лекцию моим ученикам? Готовь и вторую – про поездку в Буттулал. Но я эту тему переложил на Стаса. Пусть тоже попотеет на ниве воспитания молодежи.

– Лева! Креста на тебе нет, как говорится! – возмущенно всплеснул руками Крячко. – Да какой из меня лектор?! Чего ты удумал?

– Хватит охать! Боливар, – указал на себя пальцем Гуров, – две темы не выдержит. Так что – товсь!

– Есть, командора! – поднеся к голове скрюченную руку и изобразив «китайскую» улыбку, склоунадничал Станислав.

– Вот и славненько! – подытожил Петр. – Чем больше занимаемся с детьми по зову души, пока они еще учатся в школе, тем меньше потом ими приходится заниматься уже по нашей прямой служебной необходимости…

Последние слова Петра заглушило пиликанье его телефона. Подняв трубку, он выслушал своего собеседника и, отчего-то досадливо поморщившись, положил ее на место, сокрушенно выдохнув и глядя на Гурова:

– Кирдык! Твоим генеральским погонам. Представление о твоем очередном звании было отклонено-о-о…

– Мне зарыдать или упасть на пол, раздирая на себе одежды и посыпая голову пеплом? – насмешливо посмотрел на Орлова Лев. – Нет? Не надо? Ну, так о чем тогда речь? Я тебе уже однажды говорил – я не тоскую по генеральским звездам.

– Зачем нам в генералы, если мы – симдиггиргархи! – выпятив грудь, гордо объявил Стас.

– Да, и это звание у нас не отнимет никто и никогда, – поднимаясь с кресла, заключил Гуров. – До завтра, мон шер дженераль!

– Покедушки-и-и-и! – подмигнув, поднял руку Крячко и помахал Петру свешенной вниз кистью, поболтав ею из стороны в сторону.

Уже за дверью стихли их голоса и шаги, а генерал Орлов, подперев голову рукой, о чем-то думая, все глядел и глядел им вслед…