Гордые головы эльфов поникли. Никто из них не вымолвил ни слова, только горький вздох прокатился по их немногочисленным рядам.
— Мой народ итак обескровлен, — печально промолвила Юрлин, — Эта победа досталась нам слишком дорогой ценой.
— И в то же время, — добавил гонец, — Эльфы говорят о какой-то новой надежде, которая придет с Запада. О ней пророчествовала Генимар.
Юрлин не ответила гонцу. Она лишь поклоном поблагодарила его за рассказ и горько склонила голову.
— В остальном же все более или менее благополучно, — со вздохом закончил гонец, — Регент ожидает вас, ваше величество.
— Благодарю, — ответила царица и принялась распоряжаться касательно прибытия и въезда в город.
Опечаленное войско в молчании проследовало дальше, спускаясь в долину, где виднелись розовые стены Ильрагарда, освещенные ярким зимним солнцем. Вернигор задержался, пропустив вперед остальных.
— Никак ждешь кого-то? — спросил Нок.
Принцесса Юрлин нуждалась в утешении и поддержке своих соплеменников. Оставив ее на попечение эльфов, гном подъехал к гроссмейстеру верхом на пони.
— Свою надежду, — с иронией усмехнулся Вернигор, обернувшись в сторону хребтов Сингура, — И она тоже должна бы появиться с запада.
— Элиа, Орн, — догадался Нок, — и… ты думаешь, с ними будет Чародей?
— Очень хотелось бы, — кивнул Вернигор, — Все военные тревоги позади. Пора бы уже объявить короля. Ведь он обещал!
— Вон, смотри! — обрадовано воскликнул тут Нок, привстав на стременах, чтобы лучше видеть, — Это наверняка они!
Вернигор вгляделся пристальнее в очертания заснеженных склонов. На той дороге, которой только что вернулось войско светлой стороны, появились четыре темных пятнышка. В долину спускались четыре путника. На одном из них был яркий красный плащ.
ВРЕМЯ КОРОЛЯ
Ночью шел снег. К утру снеговые тучи ушли на запад, за горные хребты, и установилась ясная и морозная погода. На открытой площадке было ветрено. Верхушку скалы из черного гранита, будто срезал огромный нож неведомого великана, сделав ее абсолютно ровной, как пол в комнате. С площадки открывался вид на башни Азатана, его посеребренные и бронзовые купола и на замок Аводор, который сам был похож на мрачную каменную глыбу. Посреди площадки высился постамент из черного мрамора, опоясанный лестницей из трех ступеней. Сюда было вознесено тело короля Занбаара Кальдиена для предания погребальному огню. Почивший государь возлежал укрытый до плеч траурным пологом из дорогого черного бархата, расшитого самоцветами и искусным золотым шитьем, как и подобает могучему и славному правителю. Две бронзовые жаровни стояли по бокам постамента, в них плясало на ветру нетерпеливое пламя. Просмоленные факелы ждали на подставке. Королева Эрия в черных траурных одеждах подняла один из факелов, уже зажженный, и взошла по лестнице. Приглашенные на печальную церемонию короли, вельможи и военачальники наблюдали за ней, стоя в почтительном отдалении у края площадки. Было очень холодно, но королева заставила себя не дрожать и распрямить плечи. Она стояла у тела супруга и ждала, пока гроссмейстер Ордена Крылатого Льва не возьмет другой факел и не подойдет с другой стороны, как требовал обычай. Когда Вернигор, облаченный в пурпурный орденский плащ, увенчанный гроссмейстерскими регалиями, поднялся на помост, они оба поднесли факелы к бархатному пологу, покрывавшему тело Кальдиена. Тяжелая ткань занялась, по ней пробежали языки огня и перекинулись на тело короля. Вскоре его скрыл ото всех глаз жаркий погребальный костер, гудевший от зимнего ветра. Вернигор подал королеве руку, помогая спуститься, и они вместе сошли вниз.
— Это он, да? — язвительным тоном поинтересовался щуплый молодой человек с хищным лисьим личиком в богатом плаще, словно нарочно, подбитом мехом того же животного.
Король Аладана Гвидо, тучный мужчина, укутанный в роскошные меха, кивнул с надутым видом. Набег гоблинов на Азатан, организованный им, не привел к открытой войне с соседним королевством, и Гвидо был зван на похороны короля Кальдиена в числе других знатных особ. Пребывание в Азатане раздражало и злило аладанского владыку. Все здесь напоминало ему об утерянных надеждах на занбаарский престол: и королева, давшая ему отпор в бою, и этот выскочка-гроссмейстер, как говорят ее любимчик. И особенно наглый долговязый чародей в ярко-алом плаще, столь неуместном среди черных похоронных одежд остальных присутствующих.
— Ну, что ж, муженька похоронили, — ехидно ухмыльнувшись, продолжил похожий на лиса князь Ридэля Мирен, — Теперь можно честным пирком, да за свадебку.
Гвидо, стоявший чуть впереди князя и прятавший пухлые ладошки в муфту из серебристых соболей, брюзгливо пожевал губами. Находившийся сбоку от Мирена темноволосый молодой человек в форме солдат Ордена вдруг резким движением ударил князя локтем под дых. Мирен задохнулся от боли и возмущения и во все глаза воззрился на наглеца.
— Ой, вы споткнулись, ваше высочество? — удивился парень.
В ту же секунду ридэльский князь получил второй удар локтем в то же место от стоявшего с другого боку юноши с длинными светлыми волосами, одетого в такую же форму.
— Осторожнее, ваше высочество, — молвил светловолосый невозмутимым тоном, — Тут очень скользко.
— Мерзавцы! — задохнулся от ярости Мирен, — Да я…
Не дослушав его, молодые люди с недоумением переглянулись и отошли в сторону. Погребальное пламя поднималось все выше. Черный дым валил в небеса. Короли и вожди, собравшиеся проводить Кальдиена в последний путь, стали подходить к пылающему постаменту. Они кланялись и один за другим шли к вырубленной в скале узкой крутой лестнице, ведущей вниз. Король Армаиса Налдар со свитой из двадцати вельмож, правитель Спрятанной Долины эльфийский князь Дарфион с дочерьми и своим советником Эгмаром Разнолесским, царица чародеев в сопровождении министров-волшебников, послы короля панских гномов, предводители армий, сановники и все прочие, и прочие молча прошли мимо погребального костра Кальдиена и спустились вниз. Последним ушел чародей Гвендаль Рено. Поклонившись объятым пламенем останкам, он несколько минут стоял, задумчиво опираясь на посох. Потом спустился вслед за остальными.
— Похоронили! — проворчал Гвидо Аладанский, не заметивший потасовки за своей спиной, — Если бы! Завтра еще урну с прахом будут тащить по всему городу и торжественно устанавливать в усыпальнице королей. Как же эти занбаарцы любят пышные затянутые церемонии по любому поводу! Это они от чародеев набрались, хоть и твердят, что терпеть их не могут. Хорошо хоть поминальный обед предусмотрен в перерыве между этими занудными действами. Надеюсь, он плавно перейдет в поминальный ужин. Все-таки Кальдиен был солидным правителем крупной державы и заслужил, чтобы на поминках угощали как следует.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
