твой отец должен это понять.
– Я не уверена.
– Нельзя же всё время дома сидеть! Ты ведь даже работу забросила, как я поняла.
– Ну… Пока меня не просят что-то писать.
Я никому не признаюсь, что журнал принадлежит Валиду. Если сами не могут раскопать, то это не моя вина.
Я не знаю, зачем держу столько возможностей, чтобы вдруг пересечься с Хасановым.
Даже о поездке за город думаю как о возможности, что мы там встретимся.
Только есть маленькая проблема. Которая сжигает меня изнутри. Если бы он хотел меня увидеть – он бы давно нашёл такую возможность.
Я прикрываю на секунду глаза. Принимаю эту жестокую правду. А после…
Выдыхаю.
Ладно.
К черту Валида и его мотивы.
Ушёл? Ну и ладно.
Я вот сейчас закончу с этими показаниями, и жить буду нормально.
Из моих снов пусть Хасанов тоже валит.
А я…
Я вот на базу отдыха поеду. Там отдохну.
Дала себе недельку повариться в воспоминаниях?
Хватит.
– Нет! – отрезает отец, стоит у него спросить. – Тебе не хватило приключений? Ты никуда не поедешь, Саша.
– Ты не можешь держать меня под замком, – возражаю, скрещивая руки на груди. – Мне не пятнадцать, чтобы ты мог запретить. Я сообщаю, чтобы ты не волновался. Я хочу поехать с Алисой.
Я обвожу папин кабинет взглядом. Привычно пытаюсь найти что-то необычное. Не знаю почему слова Валида так повлияли на меня.
Но я ищу всё, чтобы доказать – мой папа честный прокурор! Он ни по каким причинам не нарушал закон. Никого не подставлял.
Иначе…
Ну, мы бы жили по-другому, правда? Чиновники воруют, обогащаются. Взятки берут за что-то.
У нас обычная квартира. Большая и просторная, несколько комнат. Но это не дворцы, как у некоторых. Всё обставлено скромно.
И я помню, что отец когда-то брал ипотеку. Выплатил быстро за счёт того, что у него большая зарплата. Не за взятки.
Мы не ездим на моря постоянно, не одеваемся в дорогих брендах. Всё честно и открыто.
Так почему внутри так скребёт?
– Я хочу поехать, – повторяю твёрже, возвращая фокус внимания на главное. – Там будут все мои друзья. Я не против, чтобы ты отправил со мной охрану.
– В прошлый раз ты уже поехала к друзьям! – обвиняет папа, заставляя меня сжаться. – Только оказалась в колонии. Напомнить, чем это закончилось?
– Я ошиблась. Хорошо. Ты никогда не ошибаешься?
– Моя ошибка не ведёт к тому, что опасный преступник оказался на свободе! Мне таких усилий стоило запереть его за решётку. Года жизни! А теперь он сбежал!
– Так вот в чём дело?
Я отшатываюсь. Трясу головой, не могу поверить в услышанное. Папа винит меня, что Палач сбежал и теперь свободно разгуливает по стране?
– Саш, я не это имел в виду.
Я знаю. Понимаю. Но звучало это именно так.
Папа сделал всё, чтобы закрыть Хасанова.
Я его выпустила.
И неважно при каких обстоятельствах.
– Раз у тебя уже получилось, – шепчу, горло сдавливает хрипами. – Сможешь ещё раз. Почему нет?
– Потому что твои показания слишком размытые. Дочь, мне нужны детали. Как это происходило, как он удерживал тебя в плену. Все угрозы, разговоры.
– Он сбежал из тюрьмы, – напоминаю. – Это уже срок. Побег не аннулировал все прошлые преступления. Ты можешь использовать их.
– Это сложно.
– Потому что старые улики под сомнением? Ненадёжны? Их не подтвердить, если ты придумал их. Валид был прав, да? Ты сфальсифицировал дело про него.
– Саша, ты не понимаешь, о чём говоришь! Он – убийца. Преступник. Он тебя похитил! Его место – за решёткой! Что этот ублюдок тебе наговорил?! Поверишь каким-то его словам? Он монстр.
– Я знаю.
Знаю, что это правда. И Палач заслужил срок. Возможно, даже пожизненный.
Он не хороший человек. Пусть и разбирается с такими же бандитами.
Но ведь дело не в этом. А в том, как Валид оказался на лаве подсудимых.
Нельзя уподобляться преступникам. Папа сам меня этому учил. Нельзя нарушать закон, потому что тогда ты ничуть не лучше остальных.
– Хасанов преступник, – повторяю, выдавливаю из себя слова. – И ты сделал всё, чтобы он перестал быть опасностью. Он совершил преступление. А ты… Ты создал улики, чтобы его наказать?
– Саша, прекрати! Ты ничерта не понимаешь в том, как всё работает.
– Я пытаюсь разобраться. Было так или нет.
– Я не собираюсь больше слушать эту чушь! Иди к себе!
Папа не отвечает.
Но, на самом деле, это лучший ответ.
Валид был прав.
А мне нужно подумать о том, что с этим всем делать.
Глава 47
– Ленишься, Лащенова.
Я киваю, даже не поднимаю головы. Удобнее устраиваюсь на пледе, вытягиваю руки над головой.
Солнце греет, одногруппники шумят. До меня долетают брызги воды, когда они с разбега залетают в озеро.
– Поля предупредила, что меня похоронят, если я спрошу, – продолжает Ваня. – Но я спрошу…
– Я в порядке. Всё хорошо. Похищение прошло удачно. Спасение тоже. Вань, я поехала сюда с одним условием. Меня не будут закидывать вопросами.
– Тогда хорошо, что я ничего ещё не спрашивал.
Смеюсь, вслепую машу рукой, стараясь ударить парня. Переворачиваюсь набок, стреляя взглядом.
Я не какая-то поломанная кукла, которую нужно постоянно проверять. И на посиделки я вырвался с той же целью. Чтобы отвлечься и развеяться.
С папой мы не разговариваем. Поэтому на базу отдыха я уехала без каких-либо пререканий. Только охрану взяла, чтобы не расстраивать отца сильнее.
Я пока не знаю, как относиться к правде. Я не стала любить его меньше. И не разочаровалась смертельно.
Но пришлось признать, что не все герои действительно герои. И с этим как-то нужно жить. Только и всего.
Боже. Я люблю опасного преступника.
К папе у меня сострадания должно быть больше.
То есть…
Не люблю, естественно! Просто что-то чувствую. И вскоре это пройдёт. Исчезнет, как и сам Валид.
Мы второй день тут, у меня – отдельный домик. Я больше жду Палача, хватит. Но он и не появляется.
Гад.
Ух. Лучше ему придумать толковое объяснение, чтобы так порвать со мной. Иначе я профессию сменю.
По стопам Валида пойду.
Одного конкретного преступника прибью.
Меня обижает не то, что он меня бросил. А то, как именно это сделал мужчина.
Я, между
