Уровень сменялся уровнем. Диверсанты свободно проходили через один КПП, чтобы за поворотом упереться в другой. В конце концов, они добрались до самого нижнего, минус двадцать пятого уровня РКЦ, по отработанной схеме миновали посты охраны и очутились на небольшом перроне, возле которого находился поезд, состоящий из трех небольших вагонов.
Надо ли говорить, что на станции присутствовал свой независимый пост охраны? Думаю, это излишне, как и излишне во всех подробностях описывать то, каким именно способом парни справились с десятком вооруженных солдат и несколькими офицерами.
А еще группой техников, которые обслуживали саму станцию, железнодорожные пути, электропоезд и прочее хозяйство. Мезенцев без лишнего шума усыпил всех несогласных и взял под свой контроль одного из техников, который помог парням запустить электровоз.
Павел Юрьевич выполнил свою миссию и безвольным кулем рухнул на бетонный пол, рядом с остальными офицерами охранного поста. Несколькими секундами позже к нему присоединились техники, а группа во главе с суперсолдатом взбежала в первый вагон поезда и приготовилась к путешествию в настоящее Подземье.
Михаил тронул регулятор мощности силовой установки, плавно потянул ручку регулятора от себя. Состав медленно поплыл вглубь шахты, постепенно набрал скорость и устремился под уклон.
- А теперь, господа, шутки кончились, - со всей серьезностью заявил Кондратьев, лаская руками автомат Калашникова. - Внизу нормальных ребят уже не будет, и жалеть там некого, посему сначала без разговоров множим всех на ноль, а потом уже разбираемся, кто прав, а кто виноват.
Мезенцев согласно кивнул, пытаясь использовать временную передышку для отдыха.
Реутов пробурчал что-то себе под нос, но его реплику так никто и не понял.
- Я уже заждался, - заявил Макс. Он, как и Кондратьев, поглаживал ствол автомата и вглядывался в тускло освещенную даль тоннеля. - Наконец-то нормальное дело. Есть где развернуться.
Михаил невольно скривился:
- Смотри, не переборщи, а то так развернешься, что половина Новой Москвы уйдет под землю. Не стоит ничего рушить. Работаем строго по живой силе и... по любым сюрпризам, способным нам досадить.
Электропоезд несся по тоннелю с весьма приличной скоростью, правда, это продолжалось не долго. Состав начал плавно замедлять вход, и Григорий Мезенцев понял, что вновь настал его выход.
Копье внетелесного зрения устремилось вперед, охватывая собой часть путей, массивные гермоворота и то, что таилось за ними. Буферный объект выглядел как поставленный вертикально цилиндр, радиусом в сорок метров с высотой всего метров десять. Все его пространство было заполнено какими-то типовыми металлическими боксами, походившими на обычные ангары, а в стенах пещеры искусственного происхождения имелись ниши, заставленные всевозможным оборудованием. Вооруженных людей удалось заметить сразу. Буферный объект охраняли пятьдесят человек, и все они выглядели довольно сурово. Однако охрана столь важного объекта отнюдь не ограничивалась полусотней бойцов. Систему безопасности сего замечательного места проектировали со знанием дела, и Буферный объект мог выдержать очень серьезный штурм.
- Ворота впереди, - доложил Мезенцев, - и четыре тридцатимиллимитровки. Работают автоматически. Если их не вынести, нас в считанные секунды распилят на мелкие кусочки. Это же, почитай, корабельная артиллерия.
Кондратьев медленно кивнул, резко выдохнул и посмотрел на Макса.
- Готов? - спросил он, обращаясь к Удаву.
Тот ни слова не говоря, закрыл глаза, сконцентрировался на создании сразу нескольких мощных психокинетических волн и выпустил их прямо перед собой.
То, что произошло в следующие несколько секунд, запомнилось Григорию надолго.
Перед самыми воротами тоннель плавно раздавался вширь из-за увеличения числа железнодорожных путей. Своеобразный тамбур, выполненный в форме горизонтального цилиндра с диаметром двадцать метров, упирался в массивные двустворчатые гермоворота, которые открывались наружу. По обе стороны врат располагались четыре площадки, по две справа и слева, причем одна площадка из этих двух пар находилась чуть выше другой, и вот на этих площадках были установленный настоящие артиллерийские установки со спаренными тридцатимиллиметровыми шестиствольными зенитными пулеметами. Мощь неимоверная, особенно если учесть, что все четыре установки могли работать совместно. У противника, задумавшего лобовую атаку, шансы на успех практически отсутствовали, и защитники подземной крепости прекрасно об этом знали. Не догадывались они лишь об одном: по их душу пришли не совсем нормальные люди, а если быть точнее - совсем ненормальные.
Страшная волна психокинетической энергии незримым тараном врезалась в гермоворота, и неподъемная, казавшаяся монолитной и несокрушимой толща метала содрогнулась словно от удара невидимого титана. Многотонные плиты гермоворот вырвало с корнем, попутно смяв несколько ангаров внутри Буферного объема. Могучие железобетонные колонны, к которым примыкали плиты врат, устоял лишь чудом, а вот платформам с установленными на них артиллерийскими установками, повезло меньше. Чудовищная сила не пощадила ни железобетонные основания, ни орудийные механизмы. Металл не выдержал колоссального давления невидимой энергии, и смялся, словно яйцо, приготовленное вкрутую, от удара о поверхность стола.
Электропоезду до полной остановки оставалось проехать еще метров двадцать, когда группа диверсантов приступила к непосредственному захвату внутренних помещений объекта. Эстафету парапсихических атак подхватил Мезенцев. Сознание псионика, покинувшее его физическое тело, зависло под потолком Буферного объекта, аккурат над телепортационными вратами. С этой позиции он видел многочисленные отблески аур перепуганных, не понимающих, что вокруг происходит, людей. Но Григорий пришел сюда не наблюдать, он пришел..., как это не прискорбно, убивать, и принялся за это черное дело без лишних раздумий. Свою первую жертву он просто оглушил, погрузив человека в состояние, неотличимое от крепкого сна. Затем псионик отыскал бойца с пулеметом наперевес, завладел его сознанием и заставил сражаться на стороне диверсантов.
Практически невозможно сопротивляться, когда не знаешь, с какой стороны ждать беды, когда твой товарищ, секунду назад отстреливающийся в паре метров от тебя, в следующее мгновение разворачивает свое оружие и направляет ледяной зрачок дула тебе в лоб.
Мезенцев невольно сравнил себя теперешнего и того, кто воевал в глубинах "Изумрудного города" два года назад. Даже тогда он представлял собой серьезную угрозу для любого противника, а теперь... теперь его потенциал здорово подрос, и псионик наряду с кинетиком вполне заслужено мог считаться настоящим стихийным бедствием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
