Женщины постепенно брали на себя всё больше и больше необходимых дел, активно участвуя не только в производстве, но и в несении боевых дежурств. Проведённая проверка показала их некоторое превосходство над мужчинами при управлении удалёнными группами из оперативного штаба. Но и это ещё не всё. «Порченые девы», прошедшие только первую коррекцию, и ещё не ставшие полноценными ведьмами, упросили меня принять полноценное участие в тренировках отрядов бойцов. Сначала немного удивился такой странной просьбе, а потом решил провести эксперимент, сильно удививший своими результатами всех остальных. Группа с девушкой в своем составе, оказалась частично иммунной к ментальному удару со стороны. Будущие ведьмы притягивали взгляд силы нападающего мага к себе, и тот, не в силах от них оторваться, быстро терял собранность и нужный для атаки настрой. Даже нашим магам пришлось серьёзно переучиваться, дабы справиться с этим интересным эффектом, а магов противника ждёт очередной весьма неприятный сюрприз. Более того, девы стреляли не хуже мужиков, а ещё успевали работать координаторами, поддерживая радиосвязь с другими боевыми отрядами. Если мужики могли слишком увлечься в атаке, то будущие ведьмы себе подобного никогда не позволяли, держась позади, и прикрывая своими меткими выстрелами увлекшихся бойцов. Введение в отряды штатных «боевых подруг» нравились далеко не всем бойцам, так как шло вразрез со всеми традициями, но возражать никто не торопился. Особенно учитывая перспективы быть выбранным кем‑либо из новых ведьм в качестве «близкого друга», пользу от такого союза все теперь прекрасно понимали, глядя на самых первых счастливчиков.
Идея с беспилотными разведчиками, посетившая мою голову, буксовала всеми имеющимися у неё колёсами. Слишком много требовалось решить различных технических задач. С ориентированием оказалось проще всего. Шести радиомаяков, установленных в нескольких недоступных местах, вполне хватало для покрытия всего оперативного пространства. Первый летательный аппарат, в виде небольшого самолётика с электромотором, сделал всего за один день. Ничего сложного там не было — простейшая конструкция планера из фанеры и бумаги, какие дети собирают в авиамодельных кружках. Только материалы были, естественно, совсем другими. Для малозаметности летательного аппарата с земли, сделал его прозрачным, обтянув несущий каркас из упрочнённого стекла тонкой стеклянной же плёнкой. Амулеты и мотор занимали мало места, и с двухсот метров их уже очень сложно разглядеть в небе. Ещё день ушел на отладку системы автоматического ориентирования. Однако сделать удалённый «магический глаз» никак не получалось. Даже обычную видеокамеру осилить никак не мог, а требовалось сделать ещё и тепловизор, чтобы иметь возможность находить людей в лесу под кронами деревьев. Принцип действия ячеистых микроминиатюрных болометров мне хорошо известен, только реализовать его пока никак не удавалось — не хватало знаний и опыта работы с материалами. Зато удался полноценный цветной экран — самой большой трудностью оказался подбор и производство люминофора, моих знаний в этой области было слишком мало. В остальном — получился вполне обычный амулет на электрической основе, который можно производить на нашем оборудовании серийно.
Пока не получались приёмники изображения, сделал для войска небольшие электронные планшеты, существенно облегчающие ориентирование на местности по радиомаякам и совместные действия отрядов с привязкой к карте. До автомобильных спутниковых навигаторов из нашего мира им было далеко, но по местным меркам это был настоящий прорыв, сравнимый с полной обеспеченностью основного войска дальнобойным метательным оружием. В день мастера собирали по четыре «гаусс пушки», потому особого дефицита не случилось. Разве только производство боеприпасов подкачало, на ствол едва выходило по две сотни выстрелов — слишком много стрелок тратилось на обучение людей.
Вот с таким багажом мы и вступили в «горячую военную фазу», правда, до неё произошло ещё несколько интересных событий.
Первым событием стало долгожданное прибытие людей, за которых хлопотала жрица Аэль. Если бы не дал своего разрешения раньше — теперь точно бы отказал, едва пообщавшись с некоторыми из них. Они почему‑то считали всех нас им сильно должными. За что, почему — мне этого не удалось установить в беседах с ними. На меня смотрели свысока, словно делая очень большое одолжение, общаясь с этим непонятным кем‑то. Да ещё требовали постоянно особого к себе почтения. Ангажированная интеллигенция, одним словом. Если в столице королевств они ещё и кем‑то были, то тут…, поговорил с одним «видным учёным» из столичной Академии, так и не понял, чем же конкретно он там занимался. Подал себя как самый главный в королевствах знаток по изделиям алхимиков и даже самой алхимии. И если судить по его разноцветному балахону, то у него должно быть столько всяких заслуг и достижений, однако получить с них какую‑либо практическую пользу оказалось абсолютно нереально. Одни пустые слова и теоретические заблуждения. Брызгая слюной и размахивая руками тот пытался доказать, мол — он‑де давно знает, как можно справиться с проклятием алхимиков. Но это такой большой секрет, такая огромная ценность, и просто так никому он его рассказывать не будет. И даже всех моих денег окажется слишком мало, чтобы он соблаговолил поведать сию великую тайну. Однако после моего предложения быстренько скататься ко второму городу алхимиков, где до сих пор была зона радиоактивного заражения, то есть действовало то самое «проклятье», и где он сможет реально подтвердить свои слова на своем личном примере — сразу сник. А от его сумбурных объяснений как на самом деле работает ловушка алхимиков, захотелось выйти за дверь и долго хохотать, держась руками за живот, дабы сильно не обидеть столь учёного человека. Другие «дорогие гости», в самом прямом смысле этого слова, оказались не сильно лучше этого «академика». Похоже, нам сюда сплавили самых главных столичных зазнаек с громкими именами, которые сильно мешали более адекватным людям постигать практическую магию в Академии. Для этих «профессоров» Аэль выбила городскую землю под строительство собственной Академии и соответственное финансирование из моего личного бюджета, обещая когда‑либо обязательно зачесть эти великие заслуги. Впрочем, я сам смотрел на всё это дело немного с другой стороны. После окончания войны и каких‑то неприятных событий в столице королевств, годика через полтора–два, эти «профессора» благополучно уедут обратно, а построенная Академия останется тут, в моём городе. И здесь без них найдутся реальные учёные и опытные практики, чтобы занять там вакантные должности учителей и наставников. Потому выдал сильно приободрившейся жрице полный карт–бланш на все необходимые для строительства будущей Академии расходы, правда, не в ущерб другим важным проектам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
