Ты слышишь Гармонию. Она образуется неравными интервалами, рассчитанными по идеальным пропорциям, и воспроизводится движением сфер. Низкие звуки смешаны с высокими, объединены в вечно меняющихся аккордах. Ведь эти гигантские движения не могут совершаться в тишине, и природа желает, чтобы на одном краю отдавались эхом высокие звуки, а на другом появлялись низкие. Поэтому звездоносный мир, вращение которого совершается быстрее, движется со стремительным высоким звуком, тогда как низший круг луны издает звук медленный и глухой… Поэтому сферы… производят семь различных тонов; семеричное число — ядро всего сущего. И люди, умеющие подражать небесной гармонии с помощью лиры, проложили возвратный путь в сие возвышенное царство подобно тем, кто, ведомый своим гением, поднялся до познания божественного.
Музыка — это гармония, а гармония — это тайна вселенной.
Музыка способна магическим образом исцелить больного. Это поверье разъясняют Кирхер и Каспар Шотт (1608 — 1666), хотя само оно возникло гораздо раньше. Еще Эскулап предписывал лечить лихорадку песнопениями. Дамон лечил музыкой пьяниц. Пение и игра на флейтах и арфах врачуют не только душу, но и тело. Разве Эмпедокл своей музыкой не отвратил убийцу от его чудовищных злодеяний? Разве божественный Терпандр не усмирил песнями мятежников на Лесбосе? Римлянин Мекорна заболел, когда император Август отнял у него Теренцию. Он три года страдал бессонницей, но в конце концов музыка излечила его от скорби.
Пропорции, лежащие в основе мироздания, соответствуют музыкальным интервалам. Роберт Фладд утверждает, что весь мир, включая и небо Бога, подобен музыкальному инструменту, клавиатура которого состоит из интервалов, разделяющих ангельские сонмы, неподвижные звезды, планеты и элементы. Этот инструмент, струна которого прикреплена к Земле, настраивает сам Бог. Первый регистр простирается от Бога до Солнца, второй — от Солнца до Земли. Мир устроен по законам музыкальной гармонии, и точно такая же мистическая «клавиатура» содержится в человеке — миниатюрном отражении мироздания. Фладд не забывает и об этом. В его прекрасном трактате «О музыке души» содержится рисунок, где изображен человек (микрокосм), настроенный в согласии с мировой гармонией. Тело его от головы до бедер разделено на интервалы, соответствующие музыкальным. В эти гармоничные пропорции вписано не только тело, но и душа и разум. Вверху располагается diapason spiritualis («духовный регистр»), охватывающий область от головы до сердца; внизу — diapasonis corporealis («телесный регистр»). Граница между ними проходит на уровне сердца далеко не случайно: сердце в «малом мире» человека — такой же податель жизни, как солнце — в «большом мире» вселенной, макрокосме. Человек на схеме Фладда изображен на фоне четырех главных точек суточного пути солнца — полудня, полночи, рассвета и заката.
Все эти поэтические образы Фладд почерпнул из концепции Агриппы, гласящей, что музыка играет в природе роль универсального объединяющего начала. «Музыкальная гармония, — пишет Агриппа, — величайший из родителей. Она привлекает небесные влияния и изменяет привязанности, намерения, жесты, понятия, действия и склонности… Она манит диких зверей, гадов и птиц, завлекая их сладостными напевами… Рыбы в Александрийском озере наслаждаются гармоничными звуками; музыка рождала дружбу между дельфинами и людьми. Звуки арфы волнуют гиперборейских лебедей. Мелодичные голоса укрощают индийских слонов. Сами элементы наслаждаются музыкой! Гюлесийский источник, всегда спокойный, при звуках трубы разливается и выходит из берегов. А в Лидии острова, населенные нимфами, услыхав музыку отходят от берега и устремляясь в открытое море, танцуют там, когда же труба смолкает, они плывут обратно к суше и прикрепляются к берегу».
Танец, пение и игра на музыкальных инструментах — это приемы белой магии. Такими же магическими операциями являются письмо и чтение, как мы помним из главы, посвященной каббале. В книге «Зогар» говорится:
Все пространство неба, окружающего мир, покрыто фигурами, знаками, при помощи которых возможно постичь тайны и глубочайшие мистерии. Знаки эти образованы созвездиями, кои для мудреца служат предметом созерцания и восхищения…
Находящийся в пути ранним утром пусть внимательно посмотрит на восток. Он увидит там некое подобие букв, движущихся по небу, одни из которых поднимаются, другие опускаются. Эти сверкающие знаки суть буквы, из которых Бог сотворил небеса и землю.
Следуя совету древних мудрецов, многие маги внимательно вглядывались в звездное небо. Постель читал в узорах созвездий пророчества и разгадки каббалистических тайн; Агриппа построил тайный небесный алфавит; Жак Гаффарель сопроводил свою книгу «Неслыханные редкости» небесной картой — плодом усердных ночных бдений. «С незапамятных времен, — пишет он, — восточные народы читали по блуждающим звездам пророческие слова. Мы, европейцы, долгое время пренебрегали этим чудесным искусством. Рейхлин первым привлек к нему наше внимание, а за ним последовал Пико делла Мирандола… Талисманы, резные камни и металлические пластины наделены магической силой». Кроме того, как объяснить тот факт, что люди бывают растроганы прекрасными картинами, что они улыбаются и плачут при виде рукотворных созданий живописца или скульптора? Разумеется, только магической симпатией между изображенной сценой и природой! Маги эпохи Гаффареля разделяли бытовавшую среди халдеев и древних египтян веру в то, что художественное творчество — это практическая магия, действующая на основе принципа, который Дж. Фрэзер называл законом симпатии. Вполне возможно, что древнееврейские законодатели тоже разделяли подобные верования и запрещали изображать подобия реальных предметов: ведь такие изображения противоречили догмам религии и являлись по своей сути магическими.
2. Астрология
Чтобы постичь удивительный порядок мироздания и вечно меняющееся место человека в структуре мира, следует понять, как измерять и оценивать влияния небесных тел. Нужно исследовать часовой механизм вселенной, чтобы узнать, какая сила вращает его колеса. По стрелкам на циферблате нужно научиться узнавать, когда раздастся бой часов.
Наука о расчете движения небесных тел стара, как сама человеческая цивилизация. Мы уже знаем, что халдеи, египтяне, ассирийцы, греки и персы были искусными астрологами и математиками. Без телескопов, с помощью лишь самых примитивных измерительных инструментов они сумели открыть множество важных астрономических фактов. Вспомним, что первые подзорные трубы появились только в начале XVII века, а телескоп вошел в употребление лишь в 1663 году. На протяжении всей эпохи Ренессанса звездочеты пользовались при наблюдениях только линейкой, по которой отмечали угол зрения. Так же работали Коперник и Тихо Браге.
Но для последующих поколений наблюдение неба без телескопа стало уже немыслимым. Старинных астрологов изображали в окружении фантастических инструментов, среди которых нередко оказывалась и грубо сработанная подзорная труба. Так выглядит, например, «портрет» Нострадамуса, опубликованный в «Инфернальном словаре» Коллена де Планси. Остроконечная шляпа и «магический» плащ, в которые облачен здесь ясновидец, — чистая фантазия, ибо астрологи никогда не одевались вычурно. Они носили простую одежду, как и все ученые. Гийом Постель на своем подлинном портрете ничем не отличается от типичного ученого XVI века; на портрете Уильяма Лилли перед нами предстает классический английский ученый середины XVII столетия; Роберт Фладд в «Истории обоих миров» (1617) приводит гравюру с изображением астролога в консервативном одеянии, в шапке на меху для защиты от холода во время наблюдений под открытым небом. Примечательно, что ни на одном из трех портретах нет подзорной трубы, хотя трактат Фладда был опубликован в 1619 году, уже после того, как Галилей воспользовался этим новоизобретенным инструментом для наблюдений за звездным небом. Вообще, инструментов на портретах почти нет: кроме армиллярных сфер, ничто здесь не напоминает об астрологии. Все оборудование кабинетов сводится к письменному столу, паре очков, компасу, чернильнице и перу. Астрологи ведь были учеными, а не шарлатанами, и астрологическая мудрость требовала, прежде всего, знания языков для изучения древних текстов в оригинале, и хорошего владения математикой.
Звезды либо благосклонны, либо настроены недоброжелательно к состоянию здоровья и делам человека или государства. Нет ничего случайно; весь мир упорядочен и действует выверено и четко. При рождении человека небеса оставляют на его личности отпечаток, предопределяющий его судьбу. Но этим их влияние не исчерпывается: звезды продолжают воздействовать на человека и в течение всей жизни. Правители держали при дворе астрологов, заботясь как о собственном благе, так и о делах государства. Не спросив совета у звезд, они не решались ни начать войну, ни отдать приказ о закладке здания, ни совершить торговую сделку. Чтобы получить такой совет, астролог строил и толковал гороскоп — карту неба с положениями планет на тот момент времени, на который намечалось соответствующее действие. При этом учитывались особые принципы и использовались особые методы.
