Паруса могли принадлежать кому угодно, и потому колокол забил боевую тревогу. Затем в воздух взметнулись сигнальные флаги, предупреждавшие
'Четвертого Сына' и 'Скардарского Льва' о том, что они и сами вероятно уже успели заметить. И лица обоих сразу же изменились. Выражение лица фер Груенуа приобрели то, что и положено командиру боевого корабля, а Хойхо стал выглядеть человеком, которому можно доверить командование в случае гибели в бою командира корабля.
На дистанции что нас разделяла, понять можно было только то, что встреченных нами кораблей пять, а класс их примерно соответствует тримурам.
Шли они в бакштаг, вытянувшись в линию, и держа курс на зюйд.
'Так, — прикидывал я — их положение для нас благоприятное. Если это враг, достаточно будет взять четверть румба влево, и тогда получится пройти у них по корме. А вот им, чтобы лечь на более удобный курс относительно ветра, придется совершать сложные эволюции'.
Опасения вызывал только 'Скардарский Лев'. Он и раньше не отличался особой быстроходностью, а после наспех сделанного ремонта, ничего не приобрел, даже потерял.
Но это мои рассуждения, рассуждения дилетанта. А что скажет дир Гамески, возглавляющего нашу маленькую эскадру?
И я посмотрел на 'Четвертого Сына', что нес вымпел флагмана, желая увидеть на нем сигнал. Сигнала не было, и пока это означало только то, что ситуация не понятна. Вполне возможно здесь встретить и вражескую эскадру, и скардарские корабли. С вероятностью пятьдесят на пятьдесят, фифти-фифти, или полбочки на три ведра, усмехнулся я.
Мы продолжали следовать прежним курсом, все более сближаясь с ещё неопознанными кораблями.
— Изнерд! — произнесло сразу несколько голосов с самыми разними оттенками, от
констатации факта, до сдерживаемого волнения.
Сам теперь уже вижу, тоже мне новость. И я в очередной раз взглянул на 'Четвертого Сына', а Иджин с Фредом с каким-то непонятным ожиданием во взоре взглянули на меня.
'Ну и чего он медлит'?
Флагманский корабль по-прежнему не давал никаких сигналов.
Мне он нравился, дир Гамески, вот только на совещании перед выходом моря, давая указания, он почему-то все время поглядывал на меня. Как будто бы я должен был опровергнуть их, или внести какие-нибудь изменения.
Мне рассказывали, что матросы хвастают перед своими знакомыми тем, что они с 'Мелиссы'. Слышал и о том, что им как будто бы даже завидуют. Вот только я-то здесь причем? Собственно, от меня только и требуется, что с самым важным видом разгуливать по мостику, держа на лице мудрость. Остальное делают фер Груенуа, сти Молеуен. Да тот же Иджин, умудрившийся из всякого сброда сколотить такую абордажную команду, да ещё за такой малый срок, что просто диву даёшься.
И вообще, как хорошо не принимать решений, от которых всё зависит, а следовать тем, что приняты вместо тебя человеком, взявшим на себя ответственность, а затем ответившим за их последствия.
Всё, медлить больше нельзя, решение нужно принимать сейчас, потом будет поздно. Заодно удостоверюсь в том, что Иджин смотрел на меня не в надежде услышать свежий анекдот.
Я взглянул на мачты 'Четвертого Сына' чтобы в очередной раз убедиться в том, что там ничего не прибавилось, и бросил через плечо:
- 'Беру командование на себя', 'Построение в кильватер', 'Следуй за мной'.
Фер Груенуа отрепетовал команду сигнальщику и ещё до того, как флажки успели подняться на фалах до конца, на остальных кораблях взметнулись ответные, подтверждающие о том, что команда принята.
Вот так всегда и бывает, приходится делать то, что больше всего не хочется.
Корабли Изнерда взяли вправо, ровно столько, сколько позволил им ветер, не переставший быть нам попутным. Строй их распался, и уступом теперь шли они. Как же много все зависит от ветра, и как удачно, что сейчас он нам помощник, а не враг.
— Господин фер Груенуа. — подозвал я к себе Фреда.
Нужно было объяснить ему, чего я хочу, а вот выполнить мои соображения ему будет легче, факт неоспоримый.
Иджин метнулся с мостика на палубу, принявшись раздавать распоряжения своим орлам. Его люди засуетились, разбирая ружья. Ружья понадобятся, пули из них летят не на многим меньше чем ядра из пушек, а по дороге сюда парни сожгли бочки пороха, тренируясь. Я еще о расходе свинца не говорю.
Теперь мы шли строем кильватера: 'Мелисса', 'Четвертый Сын', а замыкал строй 'Скардарский Лев'.
Оглянувшись на 'Четвертого Сына', я обнаружил, что с его мачты исчез флагманский вымпел, а на 'Мелиссе' своего не было.
'Надо будет у них взаймы попросить', - усмехнулся я.
Мы шли, целясь в разрыв между вторым и третьим кораблем в строю Изнерда.
Перед самым сближением на дистанцию пушечного огня корабли Изнерда взяли влево, подставляя нам борта с многочисленными жерлами орудий.
Пора, и я отдал очередную команду.
Все три наших корабля тоже взяли левее, и 'Мелисса' устремилась между третьим и четвертым кораблем. Теперь 'Четвертый Сын' должен был пройти между четвертым и пятым изнердийцем, а 'Скардарский Лев' по корме замыкающего строй.
Ничего выдумать было не нужно, я просто скопировал действия адмирала дир Колиньессо, покоившегося сейчас на дне вместе со своим 'Гневом Мениоха'.
Только сейчас место 'Мениоха' заняла 'Мелисса', а вместо 'Морского Воителя' — 'Скардарский Лев'.
Правда, тогда изнердийцев было семь, да и в абордаж нам ввязываться нежелательно. Так что сейчас у меня были другие планы.
С помощью Прошки я облачился в кирасу, не забыв надеть шлем. Слишком часто в последнее время достается по голове, да и к шлему привыкать нужно, и когда, если не сейчас?
Я застыл, глядя на приближающиеся корабли Изнерда.
'Только бы все удачно обошлось, только бы все обошлось…'
Самым мудрым решением было бы уклониться от боя, пройти у вражеских кораблей по корме, и ветер этому благоприятствовал. Но тогда бы они непременно бросились бы в преследование, а оторваться мы не смогли бы, у 'Скардарского Льва' не тот ход.
И пришлось бы тащить их за собой до самого соединения со скардарским флотом, отбивая выпады. Потом бы нам помогли, или изнердийцы, увидев соотношение сил, ушли бы сами, превратившись из преследователей в убегающих.
И что подумали бы люди? Нет, они бы ничего не сказали, пять кораблей против трех — это серьезно, но что бы подумали?
'Только бы все обошлось'.
Вот борта изнердийских кораблей окутались дымом, затем послышался грохот от выстрелов…
Господи, это скоро станет привычным, стоять с несгибаемым видом, когда больше всего хотелось спрятаться от закрывающих собой полнеба летящих в тебя ядер. Казалось, что все они летят прямо в меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
