Читаем без скачивания Повелители сумерек - Василий Владимирский

— Ты сбрендил, Крис! — визжал Артур‑Деймос, враз позабыв о конспирации. — Я же пил святую воду! Пил! Совсем недавно, у тебя на глазах!

— Ты подменил стаканы, старый шулер. Глотни вот этой!

Он надвинулся на Деймоса и рявкнул (умудрившись сохранить при этом глухой и искаженный голос):

— Пей, или я волью ее тебе в глотку!

Но тут остальные охотники пришли наконец к какому‑то решению. А может, то была личная инициатива брата Юстаса (настоящего, не того, который оказался Фобом). Как выяснилось, красиво говорить Юстас не умел, зато умел двигаться стремительно и бесшумно. Что и продемонстрировал: подскочил к столу, схватил кувалду и тут же обрушил ее на затылок Джуна…

«Бах!» — рявкнул выстрел, оглушительный в замкнутом помещении. Черное покрывало слетело на пол, как и обрывки фальшивой веревки. На большом столе вскочила на ноги молодая женщина ослепительной красоты — в коротенькой плиссированной юбке и белой блузке. Волосы ее в свете свечей отливали золотом. В каждой руке красавица держала по пистолету.

— Всем стоять! — крикнула она громко, но мелодично. — ФБР! Кто дернется — стреляю!

Как все уже догадались, это была я — доктор Элизабет Рейчел Блэкмор. Обожаю эффектно появляться на сцене. Про ФБР, правда, крикнула сгоряча, по привычке. Но ведь подействовало!

Немая сцена, к сожалению, не получилась.

Испортил ее брат Юстас, с воем ползающий по полу. Совсем не умел терпеть боль этот охотничек — моя пуля лишь чиркнула его по мякоти бедра, не задев ни кости, ни жизненно важных артерий.

Ему вторил Деймос, он же Артур Харкер. Выл и корчился на полу. Кувалда подстреленного мною Юстаса все‑таки слегка задела капюшон и плечо Джуна. Часть святой воды выплеснулась — и, очевидно, кое‑что угодило в прорези капюшона Деймоса. Теперь тот визжал, катался по полу и пытался разодрать ногтями не то плотную черную ткань, не то собственное лицо под ней. По гостиной волнами расходилось «адское зловоние» — правда, не столь сильное, как расписывал Кристофер.

— Помучайся, подонок, помучайся, — сказал Джун без всякой жалости. — Будешь знать, как поливать кислотой живых людей…

Он аккуратно поставил бутыль на стол, вновь притер крышку. Потом стянул капюшон, сорвал с нижней части лица плотно прилегающую повязку. И обратился к Фобу и Труверу, издающим какие‑то невнятные звуки:

— Позвольте представиться, господа. Частный детектив Макс Кеннеди. Можно просто Кеннеди. — И повернулся ко мне: — Элис, дай мне, пожалуйста, пистолет. В компании этих молодых людей без него я чувствую себя неуютно.

Пока я бросала пистолет, а Кеннеди его ловил, молодой человек по прозвищу Фоб доказал, что сбрасывать его со счетов действительно рановато. Рука его метнулась под плащ. Надо думать, всерьез обыскивали охотники на предмет спрятанного оружия лишь Джуна.

«Бах! Бах!»

Две пули из моего «зиг‑зауэра» пробили черный капюшон, не задев его обитателя.

— Ну давай, сынок! — ласково сказала я Фобу. — Доставай свою пукалку! Устроим дуэль по‑техасски! И, клянусь шляпой Клинта Иствуда, твое брюхо станет неразрешимой загадкой для хирургов! Придется им сплавить тебя патологоанатомам!

— Хватит, Элис! — поморщился Кеннеди. И громко возвестил: — Да будет свет!

До чего все‑таки он склонен к плагиату…

Свет вспыхнул. Одновременно на сцене появилось множество новых действующих лиц. Люди в полицейской форме и люди в сером камуфляже — без знаков различия, но с оружием, и люди в белых халатах, и люди с видеокамерами… Где‑то на заднем плане маячил совершенно обалдевший Кристофер Дж. Т. Рокстон — без оружия и видеокамеры, но с моими туфлями в руках. Я сделала ему знак, чтобы подошел поближе. Стоять босиком перед честной компанией не хотелось…

— Отлично сработано, мистер Голтуотер! — сказал Кеннеди. — Я так опасался, что вы не выдержите и ворветесь раньше времени… Съемка прошла успешно?

— Вполне, — подтвердил шеф полиции Кервуда. — С нескольких точек. Присяжные обалдеют от этого готического ужастика.

— Подождите снимать с них капюшоны! — остановил Кеннеди людей в форме. — Через несколько минут! По одному и под камерами!

— А теперь, — Кеннеди посмотрел на запястье и поднял руку, — внимание!

Разноголосый гомон смолк. Старинные напольные часы начали отбивать время.

— Полночь! — провозгласил Кеннеди. — На любом приличном маскараде — время снимать все и всяческие маски! Камеры — на меня!

Он быстро приблизился к Деймосу (тот уже перестал выть и тихонько поскуливал) и сорвал капюшон. Сдернул закрывавшую рот повязку.

— Познакомьтесь: Артур Харкер, он же брат Деймос, он же Красавчик Арти — в Неваде он куда больше известен именно под этим прозвищем. Боюсь, в тюрьме ему дадут другое: Уродец Арти. Соляная кислота не слишком подходящая замена лосьону для лица.

Артуру защелкнули наручники и вывели из гостиной. Сквозь раскрытую дверь было видно, как над его лицом захлопотали люди в белых халатах. Но если я хоть что‑то понимаю в химических ожогах, Красавчиком ему действительно больше не бывать.

Кеннеди продолжал шоу:

— Номер второй нашей осенней коллекции — брат Юстас! Большой любитель бить кувалдой по затылкам! К сожалению, его настоящее имя осталось для меня загадкой… Может, кто‑то из присутствующих мне поможет? — Второй капюшон отлетел в сторону.

Пресловутым «кем‑то» оказался наш клиент мистер Рокстон.

— Фреди! — возопил он, — Ты что здесь… Это же мой собственный шофер, господа!

Юстас‑Фреди не стал просвещать работодателя, что он здесь делает. Прохромал за дверь, прямиком в лапы белых халатов. Кровь из раны на его бедре почти не текла.

— Номер третий — брат Фоб! — продолжал изгаляться Кеннеди.

Фоб сидел под прицелом аж трех автоматических винтовок — его попытка затеять со мной техасскую дуэль не осталась без внимания.

— У меня есть догадки, — продолжал Кеннеди, — как его называли в детстве папа с мамой, но оставим зрителям интригу! Алле‑гоп!!!

И он сдернул капюшон вместе с повязкой.

На этот раз не смог сдержать чувств шеф полиции.

— Райзман! Ах ты, …, сучий …, тебя в твоей матушки … старого негра!!!

Так вот прямо и сказал, хотите верьте, хотите нет. Не из аристократов, сразу видно.

Детектива Райзмана — очевидно, теперь уже бывшего детектива — увели.

— А теперь жемчужина нашей коллекции! Брат Трувер! Музыка, туш!

Я уже догадалась, кто скрывается под этой маской. И, честно говоря, мне было его немного жалко. Им единственным из всей стаи двигали не только корысть, подлость и зависть…

Брат Трувер встал, выпрямился и сам снял капюшон.

— Пошел ты на… — сказал он Кеннеди. — Комедиант чертов!

И Ник Андервуд подставил запястья под браслеты наручников.

Разбор полетов состоялся спустя полтора часа в узком кругу.

Присутствовали: частный детектив Кеннеди, доктор Блэкмор, мистер Рокстон, шеф полиции Голтуотер и лейтенант полиции из Нью‑Хемпшира по фамилии Лестрид — невысокий и невзрачный человек, чем‑то напоминающий живущего впроголодь бульдога.

— Как я понимаю, — задумчиво говорил шеф полиции, — эту рыбу придется жарить вам, Лестрид. Мне по большому счету нечего предъявить нашей милой компании…

— Как? — удивился Кристофер. — А пропавшие девушки? А вчерашняя, растерзанная?

— Не было девушек — в смысле никуда не исчезали. И никто никого не растерзывал. Подлец Райзман просто пугал вас, подверстывая даты и время якобы исчезновений и растерзаний к отлучкам вашей жены… А мне, наоборот, наплел: мистер Рокстон поехал умом на вампирских книжонках, везде ему чудятся упыри и их жертвы… Так что единственная козырная карта в рукаве у Лестрида.

— Именно, — радостно оскалился бульдогообразный лейтенант. — Хоть Кусачая Мэг и была полоумной и агрессивной нищенкой, но убивать ее не стоило… Присяжные обольются слезами, слушая, как пятеро молодых и здоровых ублюдков обливали кислотой и пронзали колом бедную старую больную женщину. Это, я думаю, пожизнен…

— Четверо ублюдков!!! — завопил Рокстон, перебив лейтенанта. — Не пятеро!!! Четверо!!! Разве вы не слышали, что сказал этот мерзавец Арт?! Мой удар ничего не значил!!!

— Слышали и записали, — успокоил Голтуотер. — Лейтенант просто оговорился. Конечно же, четверо ублюдков…

— Но вы к предварительному слушанию все же обзаведитесь хорошим адвокатом, — посоветовал Лестрид.

Очевидно, в Нью‑Хемпшире клан Рокстонов был известен меньше, чем в Мэне.

— Обзаведусь, обзаведусь… — сказал Кристофер со снисходительно‑барственным выражением. Казалось, еще чуть‑чуть — и он покровительственно похлопает лейтенанта по щеке.

Я прикусила губу. И подумала: все‑таки мы работали не только ради этого надутого индюка. Ради бедной девочки тоже…