Читаем без скачивания Принц приказывает - Андрэ Нортон

— Да, — только и ответил Майкл Карл. Кобыла нервничала, её тревожила собака, которая оставила своё место, спустилась и бегала вокруг.

— Иди прямо к той длинной вершине, — пастух указал на гору, — увидишь тропу, спускайся по ней к реке. Там скажешь часовому: «Пост Рейн».

В ответ на благодарность он лишь коротко кивнул и пошёл прочь, позвав за собой любопытного пса. Вскоре он скрылся за скалой, унося на плече седельные сумки.

Вскоре Майкл Карл спешился: склон был слишком крут, чтобы заставлять кобылу нести его. Покрепче взяв повод в руку, он начал подниматься. Прошло не меньше часа, прежде чем они добрались до длинной вершины — каменного столба, похожего на гигантскую иглу. Под ним в тени едва виднелась тропа. Должно быть, именно о ней говорил пастух, подумал юноша.

Он немного постоял, отдыхая. Отсюда хорошо были видны в долине Рейна башни крепости и шпиль кафедрального собора. Дальше перед ним расстилались охотничьи угодья загадочного Оборотня. Кобыла вздохнула и начала принюхиваться к тропе, ведущей вниз.

Сев в седло, Майкл Карл вновь послушался указаний Ульмана и предоставил кобыле свободу. Та охотно двинулась вниз. И почти сразу их поглотил лес; деревья были раз в десять гуще и толще, чем по ту сторону горы, но среди них по-прежнему вилась еле заметная тропа. Однако Майкл Карл доверился Леди, а она как будто хорошо знала дорогу. Очевидно, не в первый раз проходила по этому горному пути.

Тени удлинялись, в лесу стало прохладней. Вскоре Майкл Карл с радостью надел кожаное пальто, которое так предусмотрительно захватил с собой.

Кобыла остановилась, принюхалась и уверенно свернула в сторону. За кустами журчал холодный чистый ручей. Лошадь погрузила морду в воду. Юноша спешился и тоже напился из ладоней.

Потом нарвал жёсткой травы и растёр тонкие ноги и бока лошади. Она спокойно стояла, поэтому он достал салфетку, которую ему дала Марта, развернул её и нашёл два толстых сэндвича. Поездка по горам на свежем воздухе придала ему аппетита.

Сунув остатки еды в карман, он взялся за повод и снова сел в седло. Вечерело, тени сгустились. Они продолжили спускаться по склону, кобыла теперь выбирала дорогу очень осторожно.

Лес постепенно редел. Однажды встретилась груда брёвен. Видны были следы недавней вырубки. На полянах ещё светило солнце, но кобыла избегала открытых мест и держалась деревьев и зарослей.

Наконец они оказались на ровном месте, и сквозь деревья Майкл Карл различил блеск реки. Он остановил кобылу и склонился с седла, чтобы подтянуть сапоги. Хорошо, что он поживился в королевском гардеробе: брод, наверное, будет глубокий.

И вот они выехали из деревьев и оказались на пологом берегу. Кобыла прошла около ста футов вниз по течению, затем осторожно ступила на покрытое галькой речное дно. Почти сразу же земля ушла у неё из-под ног, и кобыла поплыла; вода плескалась у её сильных плеч и неприятно заливала сапоги Майкла Карла.

Так же внезапно, как и потеряла дно, кобыла вскочила на ноги. Она чихнула, вышла на берег, остановилась и встряхнулась, как собака. Майкл Карл, наклонившись вперёд, снял сапоги и принялся выливать из них воду. И в этот момент кто-то на берегу негромко произнёс:

— Хорошая девочка Леди. Неплохо проделано.

Кобыла заржала, и Майкл Карл поднял голову. На берегу стоял человек в таком же тусклом мундире, что и у герцога. Но смотрел он не на всадника, а на кобылу.

Но вот он, по-видимому, вспомнил о всаднике и повёл в сторону Майкла Карла стволом ружья, удобно лежавшем на сгибе его руки. Должно быть, это и был часовой.

— Пост Рейн, — быстро сказал Майкл Карл.

— К кому? — холодно спросил человек.

— Меня интересуют жёлтые розы, — отчётливо ответил Майкл Карл, — и я хотел бы встретиться с теми, кто тоже интересуется ими.

Боже, подумал он, как похоже на объявления в журналах о поисках желающих переписываться.

— Жёлтые розы! — человек рассмеялся. — Пошли со мной, друг, и я покажу тебе такие розы, что в глазах зарябит.

Но провёл он его всего ничего, буквально за первым поворотом их ждал оборванный мальчишка, в той же тусклой форме, поверх которой у него скрещивались две патронные ленты, через плечо на ремне висело ружьё с длинным стволом.

— Посыльный к НЕМУ, — часовой указал грязным пальцем на Майкла Карла. — Отведи его.

И ни слова не говоря больше, вернулся на свой пост у реки. Мальчик подошел и взял кобылу за повод. Он с любопытством посмотрел на юношу, но ничего не спросил.

Майкл Карл сам очень хотел спросить у него, принадлежит ли он к стае людей-волков и благополучно ли прибыл американец на встречу с Оборотнем, который может быть королём Морвании, а может и не быть им. Но проводник молча шёл впереди и не поворачивался. Почти бессознательно Майкл Карл начал насвистывать песню горцев, которая ему так понравилась.

Мальчик остановился.

— Кто ты? — резко спросил он.

Майкл Карл ответил привычной формулой:

— Тот, кто ищет желтые розы.

Но мальчик отказался удовлетвориться этим.

— Но это не их сигнал, это пароль для… — он неожиданно смолк и заторопился вперед, не отвечая на расспросы Майкла Карла.

Дорога отвернула от берега реки в лес. Копыта кобылы и сапоги мальчика поднимали небольшие облачка пыли. Юноша вздрогнул и плотнее запахнулся в пальто, последние тёплые лучи солнца исчезли, на западе оставалось только бледное золото заката. Майкл Карл узнавал, какой холодной может быть майская ночь в горах.

Но вот наконец-то показался лагерь. Неровным кругом стояли пять небольших хижин, они служили центром целого города из шалашей и поблекших от непогоды палаток. Перед каждой горел костёр, куда непрерывно подбрасывали дрова. Выглядело как лагерь вполне приличной по размерам армии. Очевидно, Оборотень располагает гораздо большими силами, чем считает Совет.

Почти сразу Майкла Карла и его проводника заметили. Молодой человек в чёрном мундире, с которого были спороты все знаки различия, подошёл и пошептался с мальчиком.

— Прошу вас спешиться и пройти со мной, — сказал он наконец. Майки Карл колебался, и тогда молодой человек добавил: — Рептман присмотрит за лошадью.

Юноша послушно слез с седла. Ноги у него затекли, и он спотыкался при ходьбе. Такова плата за несколько часов верховой езды, когда три месяца не упражняешься.

Вслед за новым проводником он направился к самой большой хижине. Стоявший у входа солдат подтянулся и ловко отдал молодому человеку честь.

В хижине было тесно, но не темно. Горели две лампы — на аккумуляторах, как Майкл Карл узнал позже. Они освещали несколько карт на столе, крупные ломти хлеба, бутылку кислого горского вина и грязную тарелку с обгрызенной ножкой цыпленка. Человек средних лет с аккуратно причёсанными волосами и навощенными усами с отсутствующим видом жевал хлеб, слушая, как молодой человеке толстыми губами и в слишком тесном воротничке монотонно читает какой-то длинный список.