смотрел на меня.
Вскоре они скрылись из виду, вернувшись через десять минут, нагруженные нездоровой пищей из киоска. Вид на пару, поднимающуюся обратно по лестнице, был таким же приятным, как и когда они спускались. Улыбка Коби была такой же широкой, как и всю неделю, и любовь, которую он испытывал к Хантеру, была написана на его маленьком личике.
Чувство вины скребло меня изнутри. Я больше не могла позволить Коби страдать в этом подвешенном состоянии. Мне нужно было принять решение. Хантер был либо в нашей жизни, либо вне ее.
Дойдя до нашего ряда, Коби протянул мне мой хот-дог.
— Держи, мамочка.
— Спасибо, приятель.
— У нас и конфеты есть, — объявил он.
Хантер сунул мне в руку пакетик «Скиттлз» вместе с батончиком «Сникерс». Две мои любимые сладости. Учитывая, что я никогда не говорила ему, какие у меня любимые конфеты, я была впечатлена.
— Как я справился? — спросил он.
— Хорошо. — Действительно хорошо.
Хантер устроился на своем месте, и мы все приступили к еде, пока команды выходили на поле, чтобы размяться перед стартом.
— Хочешь чего-нибудь попить? — спросил Хантер. — Я забыл взять воду.
Я кивнула и проглотила последний кусочек сникерса.
— «Доктор Пеппер».
— Ладно. Сейчас вернусь.
Он встал и сбежал по ступенькам. Мои глаза мгновенно остановились на его заднице. То, как она выглядела в этих джинсах, следовало бы фотографировать ежедневно. Такая твердая. Такая чертовски твердая. Она больше походила на высеченную из камня, чем на округлую мышцу. Поражаясь тому, как хорошо карманы его джинсов обрамляли его сочную задницу, я вздрогнула от неожиданности, когда в поле моего зрения появилась рука.
На заднице Хантера лежала рука. Рука, которая определенно не принадлежала мне.
— Что за ёрт? — спросила Джиджи.
— Коби, оставайся здесь. — Я вскочила со своего места и спустилась по лестнице, прежде чем кто-либо успел меня остановить, направляясь прямо к Хантеру, который стоял у перил, пытаясь отодвинуться на дюйм от женщины, которая только что его лапала.
— О, мне так жаль, — сказала женщина, улыбаясь и смеясь как последняя дурочка, какой она и была. — Я просто споткнулась. — Она протянула руку. — Я Рене. Я не верю, что мы раньше встречались.
Я скользнула прямо под бок Хантер, оттолкнув ее руку локтем. Затем я протянула свою в ответ.
— Привет. Я Мейзи. Рене, не так ли?
Ее улыбка погасла, когда она запнулась, но взяла себя в руки.
— Да. Рене. Приятно с вами познакомиться.
Она взяла меня за руку, и я сжала ее руку чуть сильнее, чем следовало.
— Вы недавно в городе?
— Я, э-э, переехала сюда только в прошлом месяце, — пробормотала она, пытаясь высвободиться из моих тисков.
— Добро пожаловать в Прескотт, — сказала я с фальшивой радостью. — Эти футбольные матчи — отличный способ познакомиться с людьми. — Я посмотрела на Хантера и сунула руку в задний карман его джинсов. — Нам лучше поторопиться, если мы собираемся выпить перед игрой.
— Конечно, детка. — Грудь Хантера затряслась от беззвучного смеха, когда он кивнул Рене на прощание. — Приятно с вами познакомиться.
— О, эм, мне тоже. — С красными, как свекла, щеками она вернулась на свое место.
— Пойдем. — Я направилась к выходу.
Рука Хантера обняла меня за плечи, и он повел меня вниз по лестнице к киоску с угощениями.
— Так сильно ревнуешь, Блондиночка?
Вспышка раздражения пронзила мое тело. Конечно, я ревновала. Чего он ожидал? Почему он не был раздражен поведением этой леди?
— Она была груба и практически облапала тебя, — огрызнулась я и отступила от него. — Но, если это тебя не беспокоит, тогда ладно. Может быть, женщины, которые бросаются на тебя, и не имеют большого значения. Я имею в виду, ты одинок или что-то в этом роде, так что, я думаю, ты можешь заниматься кем угодно…
— Что это было? — Его рука схватила меня за локоть и развернула перед собой, останавливая мою бессвязную тираду. — Скажи это еще раз. Одинок? Ты думаешь, я одинок?
Я пожала плечами.
— Думаю.
Его челюсть сердито сжалась в замок.
— Ты думаешь, что ты одинока?
— Я, эм… нет.
— Тогда почему, черт возьми, ты думаешь, что я одинок?
Я махнула рукой в сторону трибун.
— Ты не слишком разозлился из-за руки Рене на твоей заднице, и мы не вместе…
— Прекрати болтать. Прямо сейчас. — Он схватил меня за руку, чтобы потащить за собой, повернулся в другую сторону и помчался прочь.
Мои ноги не поспевали за его широкими шагами, поэтому мне пришлось бежать трусцой, чтобы не отставать.
— Хантер…
— Перестань болтать, Мейзи.
Я замолчала на секунду, но, когда он приблизился к трибунам и выходным воротам, я не смогла молчать.
— Куда мы направляемся? Мы не можем уйти. А как же Коби?
Он не ответил. Он просто продолжал тащить меня за собой, пока мы не добрались до ворот, но вместо того, чтобы пройти через них и выйти на посыпанную гравием парковку, он прошел вдоль небольшого участка сетчатого забора к темному участку под трибунами. Я думала, он остановится там, в тени высоких трибун, но он продолжал идти, перешагивая через металлическую перекладину и проходя под высокими металлическими сиденьями.
— Хантер, — прошипела я и остановилась. — Мы не можем быть здесь внизу.
Он просто сильнее потянул меня за руку, чтобы я последовала за ним.
Над нами смеялись и разговаривали люди. Пара пролитых стаканчиков из-под напитков валялась на земле. Скамейки наверху заскрипели, когда люди сдвинулись, чтобы встать во время исполнения национального гимна.
— Хантер, я думаю…
Он шикнул на меня и продолжал тянуть до самого дальнего угла, где была почти кромешная тьма. С этой стороны трибуны поддерживались стеной из шлакоблоков, а не открытыми металлическими стойками, как там, куда мы вошли. Когда мы добрались до цементного пола, Хантер потянул меня перед собой, прижимая спиной к холодным плитам.
Я открыла рот, но он заговорил первым.
— Ты не одинока. Я тоже. — Затем его рот прижался к моему, положив конец любому разговору.
Пока громкоговорители ревели, а стадион над нами наполнялся гимном США, Хантер заполнил мой рот. Он наклонил голову, и его язык проник глубоко внутрь, исследуя с голодом. Исследуя так, словно прошли годы, а не месяц с тех пор, как его губы были на моих.
Секунду я стояла ошеломленная, не ожидая поцелуя, но шок длился недолго. Мое желание прикоснуться ко рту Хантера сожгло его дотла.
Мои руки пробежали по его твердой груди и шее, притягивая его ближе и глубже. Он наклонился, чтобы я могла обхватить руками его плечи сзади и прижаться грудью вплотную к его груди.
Я скучала по
