Читаем без скачивания Дикое племя - Октавия Батлер

— В чем дело? — спросила ее Энинву. — Что случилось?

— Несчастный случай, — сказала Луиза, стараясь пощадить ее чувства.

— Это Джозеф?

— Джозеф! — Этот сукин сын, которого Доро привел сюда, чтобы женить на одной из дочерей Эниву! — Да стала бы я так переживать, если бы это был Джозеф?

— А тогда кто? Скажи мне, Луиза.

Старуха глубоко вздохнула.

— Твой сын, — сказала она. — Стивен умер.

Наступила долгая ужасающая тишина. Энинву словно парализовало, и она стояла не шевелясь. Луиза подумала, что сейчас она разразится воплями материнского горя, и приготовилась утешить ее. Но Энинву никогда не рыдала.

— Как такое могло случиться, что он мог умереть? — прошептала Энинву. — Ему было лишь девятнадцать лет. Он был лекарь. Как же он мог умереть?

— Я не знаю. Он… упал.

— Откуда?

— С верхней галереи.

— Но как? Почему?

— Как я могу знать, Энинву? Это произошло ночью. Это… скорее всего произошло ночью. Я нашла его всего несколько минут назад.

— Покажи мне!

Она бросилась вниз прямо в ночной рубашке, но Луиза нашла в спальне какой-то халат и накинула ей на плечи. Находясь рядом с Энинву, она заметила, что девочка на кровати очень беспокойно мечется во сне и тихо стонет. Что ее мучило? Ночной кошмар?

Снаружи уже доносился шум — другие люди тоже обнаружили тело Стивена. В стороне стояли двое детей, глядя на него широко открытыми глазами, а рядом с телом опустилась на колени женщина, которая, в отличие от Энинву, не могла удержаться от рыданий.

Женщину звали Айе. Она была высокой и красивой, ее происхождение было довольно странным: среди ее предков были французы, африканцы, испанцы и даже индейцы. Вся эта смесь очень удачно в ней соединилась. Луиза знала, что ей было тридцать шесть, но выглядела она лет на десять моложе. Двое детей поодаль были ее сын и дочка, а ребенок, которого она сейчас носила, был ребенком Стивена. Когда-то она вышла замуж за человека, который любил вино гораздо больше, чем женщин, в конце концов это его и убило. Энинву нашла ее бедствовавшей с двумя детьми, ей приходилось даже торговать собой, чтобы их прокормить. Айе тогда уже подумывала о том, чтобы взять ржавый нож, оставшийся еще от мужа, перерезать обоим детям горло, а потом и себе.

Энинву дала ей дом и надежду. Стивен, став постарше, дал ей кое-что другое. Луиза могла еще припомнить, как Энинву, покачивая головой, говорила об этой связи:

— Она как пригревшаяся сука вьется возле него! По ее поведению не скажешь, что она относится к нему как мать.

Луиза тогда лишь рассмеялась.

— Ты должна прислушиваться к своим словам, Энинву. Лучше бы ты взглянула на себя, когда встречаешь понравившегося тебе мужчину.

— Но я никогда не веду себя подобным образом! — с негодованием отвечала Энинву.

— Конечно, нет. Потому что ты гораздо лучше и намного старше.

И нависшую было угрожающую тишину нарушил веселый смех Энинву.

— Нет сомнения, со временем он поймет, что является гораздо лучшим мужем, чем Айе того заслуживает, — заметила она.

— Или, что тоже возможно, он доставит тебе удивление и женится на ней, — заключила Луиза. — Несмотря на разницу в возрасте, между ними есть что-то гораздо большее, чем простое влечение. Ведь она в чем-то похожа на него. У нее, как и у него, есть определенная сила. Она не может ее использовать, но эта сила существует. Временами я даже могу ее чувствовать, особенно когда эта женщина бегает за твоим сыном.

Энинву старалась не обращать на это внимания, предпочитая думать, что со временем ее сын сможет жениться надлежащим образом. Даже сейчас Луиза не была уверена, что Энинву знает о еще не родившемся ребенке. Она не могла ниоткуда узнать, ведь Айе сама сказала об этом Луизе, но никогда не сказала бы Энинву.

И вот теперь Энинву подошла к телу и склонилась, чтобы дотронуться до холодной шеи. Айе, заметив ее, хотела было отойти в сторону, но Энинву ухватила женщину за руку. — Мы обе должны оплакивать его, — тихо сказала она.

Айе закрыла лицо и вновь зарыдала. В это время крики ее младшего сына, которому было всего восемь лет, остановили стоны обеих женщин.

Все повернулись на звуки его голоса, а затем взглянули вверх, на галерею, куда не отрываясь смотрел мальчик. Там через ограду медленно перелезала Элен.

В одно мгновение Энинву оказалась на ногах. Луиза еще ни разу в жизни не видела, чтобы женщина двигалась так быстро. Когда Элен прыгнула вниз, Энинву была уже прямо под ней. Она осторожно и так ловко поймала ребенка, что даже если бы девочка прыгнула с галереи вниз головой, ее голова все равно не ударилась бы об землю. Ее дочь нисколько не пострадала. К тому моменту, когда Луиза сообразила, что именно произошло, все было кончено: Энинву лишь успокаивала плачущую девочку.

— Почему она сделала это? — спросила Луиза. — Что произошло?

Энинву лишь покачала головой, испуганная и сбитая с толку.

— Это все Джозеф, — сказала наконец Элен. — Он опять вошел в мое сознание. Я все время думала, что это сон, пока… — Она взглянула вверх на галерею, затем на свою мать, которая продолжала держать ее, и вновь расплакалась.

— Абигейл, — сказала Энинву. — Оставайся здесь с Луизой. Оставайся здесь, а я поднимусь наверх и проверю его.

Но ребенок вцепился в Энинву и с криками сопротивлялся, когда Луиза попыталась высвободить ее. Энинву могла бы очень легко высвободиться из ее объятий, но она предпочла потратить еще несколько мгновений, чтобы дочь немного успокоилась. Когда плач утих, ее забрала Айе, а не Луиза.

— Побудь с ней, — сказала Энинву. — Только не пускай ее в дом, и вообще не пускай туда никого.

— Что ты собираешься делать? — спросила Айе.

Энинву ничего не ответила. Ее тело уже начало изменяться. Она сбросила с себя одежду, и в тот момент, когда одежда упала, Энинву уже потеряла человеческий облик. Она преобразилась в большую кошку. В огромную пятнистую кошку.

Когда превращение было полностью завершено, она подошла к двери. Луиза открыла ее перед ней и собралась идти следом, потому что там была по крайней мере еще одна дверь, которую следовало открыть. Но кошка повернулась и издала громкий хриплый крик, и преграждала Луизе путь, пока та не вернулась назад во двор.

— Боже мой, — прошептала Айе, когда Луиза вернулась. — Я никогда не боялась ее, пока она не сделала это прямо у меня на глазах.

Луиза пропустила ее слова мимо ушей, подошла к Стивену, поправила его шею и тело, а затем накрыла халатом, который сбросила Энинву.

— Что она собирается делать? — спросила Айе.