— Жду вас в Сакстон-Хаус через два дня. Обоих.
— И какова будет цель нашего визита? — поинтересовался Далримпл.
— Представить свое видение вопроса тем из нас, кто еще не принял решения. Определиться наконец и закончить эту глупую игру раз и навсегда.
Вечер выдался темным, в воздухе жужжали и роились насекомые.
— Надеюсь, вы оба будете присутствовать, — закончил лорд Лейси-Фоллетт.
Будут. Несомненно, будут.
Глава 22
Настоящая леди никогда не явится в дом джентльмена без сопровождения. А Маргарет — приехавшая в нанятом экипаже и одетая в темный плащ — была, вне всякого сомнения, одна. Следует заметить, что, узнай ее братья о том, куда она собирается, ни один не согласился бы сопровождать ее, а служанки не смогли бы удержать язык за зубами.
Дворецкий без звука пригласил ее войти, даже не уточнив имя, выдуманное ею почти в последний момент.
Дом Эша был великолепен. Он был красивый и новый — наружная отделка из портлендского камня, медового цвета паркет в холле, стены декорированы красивой росписью и обоями пастельных тонов, изящная, позолоченная местами лепнина на потолке. Богатство интерьеров было очевидным, но не нарочитым.
Завуалированная элегантность напомнила Маргарет стиль Эша.
Ее проводили в гостиную, где ее ждал хозяин особняка. Сложив руки на столе, он смотрел на нее с легкой улыбкой. При всем желании присутствовавший здесь же слуга ничего не смог бы заподозрить.
— А, мисс Лоретта. Рад вас видеть.
Эш махнул рукой, отпуская слугу. Когда дверь затворилась, он встал и подошел к Маргарет:
— Маргарет.
По телу побежали мурашки. Рука Эша легла ей на талию, затем он решительно обнял ее.
— Маргарет, — повторил Эш, и его теплое дыхание волной прокатилось по щеке. Пальцы пробежали по спине, и движения были столь нежными и уверенными, что она почувствовала их даже сквозь ткань платья. Не говоря ни слова, не спросив разрешения, он скользнул ей под юбку таким свободным легким движением, словно натягивал старые удобные тапочки.
— Нет. Подождите. Прежде всего выслушайте меня.
Эш поднял голову:
— Что случилось?
Когда прошлым вечером они наконец вернулись домой, братья рассказали ей о встрече, которую решил организовать лорд Лейси-Фоллетт. И в следующую минуту все желания Маргарет оформились совершенно четко.
Она увидела в почерневших глазах Ричарда, что он смотрит на нее как на добычу. А сейчас перед ней лицо Эша с почерневшим синяком на скуле. Маргарет мечтала, чтобы люди, которых она так любит, перестали охотиться друг на друга. Весь вечер, сама того не осознавая, она думала именно об этом.
— О, Эш. — Пальцы слегка коснулись его щеки. Как бы ей хотелось помочь ему. — Я хочу выйти за вас замуж.
— Что ж, эту просьбу несложно удовлетворить. — Он прижался губами к ее ладони. — Вы хотите пышный свадебный пир или маленький праздник? Нам стоит поспешить? — Он поцеловал ее в кончик носа. — Или организовать все еще быстрее?
— Завтра вы встречаетесь с лордом Лейси-Фоллеттом.
Эш с удивлением отступил от нее на шаг.
— Да. И вы должны понимать, что после того, как он примет решение, времени на ожидание не останется. Победят или Далримплы, или… — Он прижался губами к ее щеке. — Или они не победят. В любом случае остальное уже не будет иметь никакого значения.
Маргарет набрала в легкие побольше воздуха и резко выдохнула:
— Будет. Будет иметь значение.
— Вы хотите помочь мне нанести поражение вашим братьям?
— Нет. Я хочу просить вас отступить.
Рука Эша по-прежнему крепко обнимала ее, но желваки на скулах задвигались, ноздри раздулись.
— Вам не надо становиться герцогом, — с жаром продолжала увещевать его Маргарет. — Вы богаты. Более того — когда вы входите в залу, все окружающие оборачиваются на вас. Ваше присутствие всегда очевидно и значимо. Люди будут всегда прислушиваться к мнению и просто мистера Тернера. Посмотрите на себя.
Эш не пошевелился и не произнес ни слова.
— Но у моих братьев, Эш, нет и малой толики вашего таланта. Они получат несколько тысяч фунтов, будут лишены семьи, титулов, без которых станут обычными бастардами, которым нет места в обществе.
Эш не ответил, лишь медленно убрал руки с ее талии.
— Прошу вас, — молила Маргарет. — Мой отец… когда я узнала о его двоеженстве, о том, что дети его незаконнорожденные, это почти убило меня. Вы всегда внушали мне, что я многое могу в этом мире, я способна сделать его лучше. Позвольте мне доказать, что это не пустые слова.
Эш вздохнул.
— А я полагал, вы попросите заказать вам новую карету. Нет. Я понимаю. Сейчас не время для столь легкомысленных желаний. Но, дорогая Маргарет, если бы это была просто месть, я бы отказался от нее ради вас. Но это не так. У меня… такое предчувствие… Я знаю, что должен быть Парфордом. Должен добиться справедливости для братьев. Я не смогу бросить их еще раз.
— Бросить! Обеспечив им беззаботную жизнь в богатстве.
Эш покачал головой.
— Вы же знакомы с ними. Они в ловушке. После того как я нашел их на улице, в их жизни все было неопределенно. Только теперь у меня есть шанс все изменить.
— Вы не можете знать наверняка.
— Я знаю. Знаю.
— Вы не можете знать.
— Могу. И должен так поступить.
— А что, если вы ошибаетесь? Если окажется, что, разрушив жизнь моих братьев, мою жизнь, вы поймете, что были не правы? Вы никогда не думали об этом?
Глаза его сверкнули, руки сжались в кулаки.
— Если я ошибаюсь, — сказал Эш, стараясь говорить спокойно, — мне нечего больше предложить своим братьям. От меня нет никакой пользы. Если я не прав — мое чутье лишь пустая выдумка, — значит, я действительно безграмотный невежда. Поверьте мне, я все время об этом думаю.
— Вы… вы совсем не такой, Эш.
Чтобы оставаться тем, кем он был, ему необходима непоколебимая уверенность в собственной правоте. Маргарет видела его растерянным всего пару раз, и представить не могла, что Эш может остаться таким навсегда.
— Выходите за меня, Маргарет. В любом случае. Не ради ваших братьев, а потому что любите меня. А я люблю вас.
До его признания она даже не осознавала, как хотела услышать эти слова. В следующую секунду все остальное — долг, братья — перестало существовать. Маргарет словно пронзило электрическим зарядом. Она смотрела в его глаза, как в окно, ведущее в другую реальность.
— Вы меня не любите, — медленно произнесла она. — И не испытывали ко мне этого чувства с самого начала нашего знакомства.
