— Я возьму с собой полсотни человек, отобранных лично. Навестим склад одного из этих толстосумов, — энергично рубя ладонью воздух, вещал он. — Заберем все, что посчитаем нужным. А будут возмущаться, так я им быстро объясню, насколько они не правы. Еще спасибо скажут, если живы останутся! Негодяи! Тут экспедиция во славу Испании, а они только о выгоде пекутся!
Однако Кортес его не поддержал. Он просчитывал ситуацию наперед и прекрасно понимал, какое оружие даст в руки Веласкесу, если согласится на предложение нетерпеливого Педро.
— Стоит нам так поступить и в Испанию тут же отправится письмо, где губернатор не без оснований обличит нас в грабеже и пиратстве. Тогда нам уж и вовсе не оправдаться перед королем. Найдем выход получше.
И удача вновь улыбнулась конкистадорам. В порту Тринидада пришвартовался торговый корабль. Для купца это был всего лишь перевалочный пункт, но для экспедиции его появление стало настоящим праздником. Судно везло солонину и хлеб, что в данных обстоятельствах делало его для будущего похода просто бесценным. Кортес сразу понял, что такой шанс нельзя упускать.
— Собирайтесь, сеньоры, мы идем в гости к этому торговцу. Нам нужен его груз.
Генерал-капитан во главе многочисленной свиты отправился на переговоры с купцом. Тот принял гостей весьма радушно, но на предложение продать им припасы ответил отказом.
— Мой корабль направляется в Панаму, в Дарьен. Именно жителям той колонии я собирался продать весь груз.
— Подумаешь, Дарьен! — пренебрежительно фыркнул Кортес. — Стоит ли идти по чужим следам? Все, что там было интересного, уже открыл Бальбоа. Спору нет, он совершил великое дело, основав там поселение. Но земля освоена и исследована, вся слава досталась тому, кто ее, вне всяких сомнений, заслужил. Не лучше ли самому стать первооткрывателем? Наше путешествие только начинается. Мы пройдем по таким местам, где еще не ступала нога испанца. И это будет подвиг, достойный самых отважных и мужественных храбрецов.
Переговоры шли довольно долго, но в итоге красноречие Кортеса одержало верх. Он добился дальше большего, чем рассчитывал. Купец не продал ему свой провиант. Вместо этого он пожелал присоединиться к эскадре. Так у них появился еще один корабль, куча провизии и два десятка новых человек.
Задержавшись в Тринидаде, конкистадоры могли гордиться своими достижениями. Лихорадочные, торопливые сборы дали хорошие результаты — отряд составлял уже более пяти сотен человек, экипированных ватными панцирями и вооруженных мечами, копьями и щитами. К тому же у них насчитывалось шестнадцать лошадей, десять больших пушек и четыре маленьких, а также пятнадцать аркебуз. Напоследок решили сделать остановку в Гаване.
— Мы все никак не можем распроститься с Кубой, — задумчиво заметил Фернан, узнав о следующем этапе их пути. — Того и гляди, через пару недель мы вернемся обратно в Сантьяго, прямо в лапы к губернатору.
— Нет, — рассмеялся Кортес. — Гавана станет нашим последним перевалочным пунктом. Оттуда мы отправимся на Юкатан.
Плавание заняло несколько дней. По пути корабли потеряли друг друга из виду из-за налетевшего шторма. Когда они собрались в Гаване, то стало ясно, что не хватает лишь одной каравеллы. Той самой, на которой плыл Эрнан Кортес…
В напряженном ожидании прошло два дня. Воины успокаивали себя тем, что трудности пути невозможно предугадать. Может быть, корабль сел на мель или потерпел крушение где-нибудь у берега, что и стало причиной задержки. В таком случае Кортес со спутниками вынужден был продолжить путь пешком. Деятельный Альварадо не мог долго сидеть сложа руки. Он отрядил три мелких судна навстречу заблудившемуся командиру экспедиции, а сам ходил мрачнее тучи, снедаемый нетерпением и дурными предчувствиями.
В это же время Диего де Ордас решил использовать ситуацию в свою пользу. То тут, то там он начинал разговоры о возможной смене командующего, если генерал-капитан не объявится. Сам Диего приходился дальним родственником губернатору и мог взять управление походом в свои руки. Ситуация становилась все более шаткой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Фернан встал в открытую оппозицию Ордасу. Его вовсе не радовала возможность смены командира. Кортес, во время их длительных диалогов, успел расположить к себе молодого человека, и теперь Гонсалес не желал безучастно смотреть, как кто-либо ведет свою игру, призывая к измене. Воины пока разбрелись по городу. На кораблях остались лишь матросы, да и то не все, а солдаты шатались по тавернам, кузницам и оружейным лавкам.
Участники экспедиции ломали головы над исчезновением генерал-капитана. Версии звучали самые разные. Начиная с того, что он, не дай бог, утонул. Заканчивая тем, что губернатор сумел организовать погоню и по удивительной случайности захватил единственный корабль, именно тот, на котором плыл Эрнан Кортес.
Но все эти разговоры были лишь переливанием из пустого в порожнее. Кортес не появлялся, Ордас продолжал сеять смуту. Нетерпеливый Альварадо еще два корабля отправил на поиски, напутствовав капитанов такими словами:
— Плывите хоть до самого Тринидада, исследуйте все побережье. Без генерал-капитана не возвращайтесь!
Оставалось лишь ждать. Сторонники Кортеса упорствовали, никто из них не соглашался на выбор нового предводителя. На пятый день ожидания спор между Фернаном и Диего де Ордасом чуть не перерос в открытый конфликт. Капитаны решили провести смотр войска, и когда на площади собрался весь отряд, Ордас повел речь о необходимости помириться с губернатором. А это означало сместить своего командира.
— Ну хватит! — завелся Фернан. — Разве не Кортес приложил все мыслимые усилия для того, чтобы экспедиция состоялась? Разве не его деньги помогли набрать людей, обеспечить их провизией и снаряжением? У нас предводитель есть.
— Ситуация усложняется, — ответил Ордас. — Мы же не можем сидеть здесь вечно. Из Сантьяго мы выплыли еще в ноябре, а уже январь. Невозможно раз за разом оттягивать старт экспедиции.
— Мы не провели в Гаване еще и недели! — возразил Гонсалес. — Несколько лишних дней погоды не сделают.
Фернан был верен своему командиру, который сотворил настоящее чудо, быстро собрав и оснастив такой многочисленный отряд. К тому же, разве мог Кортес рассчитывать на милость Веласкеса, если по какой-то причине задержится на Кубе и не присоединится к походу? Спор разгорался все жарче и грозил вскоре дойти до поединка. Тут в дискуссию вмешался Альварадо.
— Останемся ждать здесь столько, сколько будет нужно! — не терпящим возражения голосом заявил он. — Если придется, прочешем всю Кубу и будем нырять вдоль всего побережья, чтобы дознаться, что случилось с нашим генерал-капитаном!
Когда Альварадо обозначил свою позицию, Фернан вздохнул с немалым облегчением. Он предполагал, что именно властный и решительный Педро попытается взять на себя командование. Против Ордаса выступили также Алонсо де Пуэртокарреро и Хуан де Эскаланте — старые друзья Кортеса. Алонсо заявил, что скорее сожрет своего коня вместе с костями и шкурой, чем предаст человека, который его подарил. Но Фернан понимал, что Ордас так просто не сдастся. Рано или поздно Гонсалесу придется, видимо, вызвать Диего на поединок.
Но до этого дело не дошло. На шестой день на горизонте показался парус — Эрнан Кортес спешил присоединиться к своим людям. Как оказалось, его корабль действительно сел на мель по пути, и лишь с большим трудом матросам удалось освободить судно из плена песчаной банки. Гавана встречала его с ликованием. Глашатаи к тому времени, повинуясь приказу Альварадо, успели и здесь провести вербовку солдат. Да и остальные капитаны времени не теряли, договорившись о поставке провианта и оружия. Теперь всем не терпелось поскорее начать экспедицию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Диего де Ордаса генерал-капитан, от греха подальше, отправил запасаться провизией. Неподалеку от Гаваны находилось обширное поместье губернатора, которое могло поставить немало хлеба и зерна. Кто, как не Ордас, один из приближенных Веласкеса, мог с полным правом распоряжаться в его владениях? Капитанов это решение весьма развеселило.
