- Это была моя любимая пижама! – Задыхаюсь от возмущения.
- Я куплю тебе таких сотню. – Бормочет он, прислоняясь губами к животу. – Хочешь, куплю тебе фабрику, где шьют эти пижамы?
- Это Dior! – Толкаю его, качая головой. Мужчины все неандертальцы, не замечают красивых вещей вокруг себя. Если бы я нацепила китайскую пижаму с барахолки, он вряд ли бы заметил разницу. Для кого стараемся?
- И что? Санта-Кроче-сулл'Арно, между прочим, находится в Италии.
Впиваюсь пальцами в непослушные волосы, оттягивая голову Демида от груди и всматриваясь в небесно-голубые глаза. Никогда не перестану поражаться границам его разума.
Демид – очень стильный человек со своим устоявшимся вкусом, он всегда выглядел безупречно, одеваясь в современную классику роскошных брендов. Но услышать от него точный город расположения главной фабрики модного дома я никак не ожидала. Такие подробности не все женщины знают.
Разве мужчины интересуются такими вещами?
На его губах заиграла самодовольная улыбка.
- Ева очень любит этот бренд, и там на выпускной ей отшивали линейку платьев. Она долго не могла определиться с выбором.
Я-то думала, что меня вырастили избалованной, но на фоне Евы Гроссерия, я была божьим одуванчиком. Закатываю глаза, по девушке и не скажешь, она такая милая с виду.
Пока я обдумываю новый факт о семье Демида, он стягивает с меня шорты и устраивается поудобнее между ног в миссионерской позе. Интуитивно обхватываю его торс ногами, прижимая к себе.
Стоило нашим телам соприкоснуться, как дыхание сбилось, мы неотрывно смотрели друг на другом, пытаясь насытить картинкой. Казалось бы, обычный зрительный контакт, но от него в комнате становилось жарче.
Демид протолкнулся в меня, стремительно пробираясь к матке, и одновременно сжав чувствительную грудь. Я застонала от наслаждения, хватаясь за покатые плечи и царапая их ногтями, хотела притянуть его как можно ближе к себе. Мне было его мало.
Я скучала по нему. Остро переносила разлуку ещё в Москве, когда мы перестали спать вместе.
- Ника… - Просипел Демид, толкаясь всё быстрее и вдавливая меня в матрас с такой силой, что я начала переживать, что сломаюсь под ним, просто не выдержу давления. – Маленькая моя Николетта…
Его голос был точно проводником в мир сладкой эйфории. По телу разливая жгучая ртуть, сжигавшая изнутри.
ХХХ
- Блин, уже два часа дня. – Прохрипела я севшим голосом, садясь на кровати. Давно я не просыпалась так поздно. Мы с Демидом пытались наверстать упущенное за одну ночь, испытывали наши тела на прочность, занимаясь сексом до самого утра.
А ещё, после многочасовых криков и глубокого минета, у меня сел голос и теперь я говорила как рыбак дальнего плавания.
- И что? – Дэм лежал рядом в позе греческого Бога, словно с него в данную минуту срисовали картину. Он лениво курил и стряхивал пепел в мою вазу для цветов. Я поджала губы, желая сделать ему замечание, но в последний момент передумала. У меня просто не было на это сил. – Давай приготовлю завтрак.
Теперь всё понятно. Я умерла и попала в Рай, иначе объяснить происходящее невозможно. Сам Демид будет готовить мне завтрак?
- Не смотри так на меня. – Его смех как сотня приятных иголочек пронзает тело. – Блюдо Мишлен не обещаю, но вкусный омлет сделаю.
Он сладко зевает, потягивается и встаёт с кровати. Непринуждённо целует меня в макушку и абсолютно голый выходит из спальни, сверкая накаченным орехом. Во рту даже собирается слюна, и нет, это не реакция на омлет.
- Бр! – Нужно срочно принять душ и охладиться. Ночь не смогла остудить моё накопившееся либидо.
После душа в лёгком сарафане спускаюсь на кухню, где меня дожидается уже сервированный стол. Просто не Омен, а хозяюшка.
На тарелках дымится аппетитный белый омлет с помидорами, закуской видимо будет ещё толстющая колбаса, головка которой очерчивает край стола. Демид уже в приподнятом настроении.
- Садись.
- Так всегда теперь будет? – Интересуюсь у него лукаво. – Завтраки. Кофе в постель?
- Не всегда, но часто. – Портит всё своей прямолинейностью, мог бы и приукрасить. – Ешь быстрее. – Не понимающе смотрю на него, делая глоток обжигающего кофе. – Хочу поскорее приступить к десерту.
Не отдаю себе отчёта, но рука сама начинает быстрее запихивать в рот огромные куски омлета. Я тоже хочу поскорее приступить к десерту, что заманчиво смотрит на меня под столом. Я и сама не могу от него оторвать взгляда, постоянно опускаю глаза.
За считанные минуты расправляюсь с омлетом и лукаво отставляю тарелку.
- Я всё… - шепчу хрипло, елозя попой по стулу.
- Прекрасно. – Демид встаёт, и я затаив дыхание смотрю за тем, как он идёт ко мне. Голый. Чёрт, хочу вытянуть руку и ухватиться за член. Демид забирает тарелки и ставит в посудомоечную машину, хозяйственный какой, я бы сбросила их нафиг все на пол!
Пока он стоит пятой точкой ко мне, я поражаюсь вселенской не справедливости. Женщины качают попу сутками и еле-еле выжимают подобие орешков, а мужчинам просто так их раздуют по праву рождения.
Слюни капают уже прямо на пол, заливая плитку.
- Ну и где десерт? – не терпеливо напоминаю Демиду, пока он копается в холодильнике.
Когда он достаёт две пиалы мороженного с клубникой, у меня от разочарования челюсть пробивает пол. Брюнет ставит на стол хрустальные пиалы, берёт в руки сливки, откуда он их вообще нашёл в моём доме? И покрывает слоем сливок клубнику.
Я бы сливками сейчас обмазала бы совершенно другой фрукт.
- Попробуй. – Он вклинивается прямо в разгар пошлых мыслей, звучит так, что он сам разрешил. Фантазия уже всё рисует в голове.
- А? – Мозг совсем поплыл.
- Попробуй. – Повторяет Демид и выдавливает сливки себе в рот.
Е-ба… Закашливаюсь. Мне снова нужно в душ.
Беру в руки дрожащую ложку и отправляю в рот сладкую субстанцию, неотрывно глядя на Демида со следами сливок в уголке губ. Хочется вылизать его рот.
О чём я вообще думаю?
Опускаю глаза в пиалу и начинаю с маниакальным старанием рассматривать клубнику. Нужно успокоиться.
- Ну как?
- Потрясающе! – Голос звучит не оптимистично.
Смех Демид заставляет меня поднять глаза, он откровенно смеётся надо мной. Понимает всё и забавляется.
- У тебя все волосы в сливках. – Чёрт. Я действительно утопила волосы в мороженом и даже не заметила этого. – Давай вылежу тебя.
Опять галлюцинации. Вытираю руками слепшие волосы, чувствуя себя ведьмой на костре.
- Захотелось тебя всю вылизать, как самый вкусный десерт на завтрак. – Или нет? Не галлюцинации.
Мы встречаемся взглядами, и я шумно сглатываю слюну, опускаю глаза на каменный член и откидываю волосы назад.
- Почему бы и нет?
- Так иди ко мне…
Как загипнотизированная иду к Демиду, забираюсь к нему на руки и целую прямо в сладкие губы, слизываю с него приторные сливки. Пока я атакую его рот, Дэм задирает сарафан, раздвигает булочки и насаживает меня на член.
- Я не скоро смогу насытиться тобой. – Оповещает он довольно, заполняя меня до отказа. Это вполне соответствует моим желаниям. Откидываю голову назад и просто наслаждаюсь размеренными, глубокими толчками.
ХХХ
- Мне нужно подписать бумаги. – Пытаюсь отбиться от назойливых рук, сжимающих грудь и оттягивающих вырез рубашки. Демид вложил ладони в мой лифчик словно поролон и нагло тискал грудь, пока я пыталась работать. – Если я не подпишу накладные, нам нечем будет кормить гостей!
Я еле уговорила Демида доехать до бара, чтобы решить открытые вопросы. Он не особо хотел выбираться из кровати, собираясь видимо заключить меня в постельный плен. Не хотелось забрасывать работу, мне нравилось моё детище.
Трудно сосредоточиться, когда тебя пытаются трахнуть на твоём же рабочем столе.
Демид столкнул меня со стула, вынуждая опереться руками о стол, я всё ещё наивно пыталась попасть ручкой в нужную строку и оставить подпись в специальной графе.
Пользуясь случаем, он расстёгивает мои штаны, спускает их и отодвигает трусики в сторону.
