Шестая десантная рота
Войны моментальное фото:Россия — герои твои,Шестая десантная рота,Ребята единой семьи.Всего три отчаянных взвода.Заплачут родные скорбя.Шестая десантная ротаУдар приняла на себя.Крылатого войска пехотаОт Терека и до Днестра.Шестая десантная ротаУдар приняла на себя.Крылатого войска пехота,Расклад неподвластный уму:Шестая десантная рота— По двадцать врагов к одномуЗалитые кровью, бесстрашно,Врага повергая в кошмар,Сходились они в рукопашнойС толпою, орущей: «Акбар!»Былинного подвига фото:От города и до сельцаШестая десантная рота —Не вырвался враг из кольца.Увижу, когда распогодит —Алеет простреленный стяг,И рота на небо уходит,Чеканя в бессмертие шаг.
Днем 29 февраля 2000 года федеральное командование поспешило интерпретировать взятие Шатоя как сигнал того, что «чеченское сопротивление окончательно сломлено». Владимиру Путину было доложено «о выполнении задач третьего этапа» операции на Северном Кавказе, а и. о. командующего ОГВ Геннадий Трошев отметил, что в течение еще двух-трех недель будут проводиться операции по уничтожению «улизнувших бандитов», но полномасштабная войсковая операция завершена. Банды чеченских полевых командиров оказались в стратегическом мешке. Произошло это после высадки тактического десанта, перерезавшего горную дорогу Итум-Кале-Шатили, построенную рабами «свободной Ичкерии». Оперативная группировка «Центр» принялась методично сбивать противника, заставляя его отступать вниз по Аргунскому ущелью: от российско-грузинской границы на север. По имевшимся на тот момент разведдонесениям, Хат-таб двинулся на северо-восток, в Веденский район, где у него была создана разветвленная сеть горных баз, складов и укрытий, намереваясь захватить Ведено, селения Мехкеты, Элистанжи и Киров-Юрт и обеспечить себе плацдарм для прорыва в Дагестан. В соседней республике моджахеды планировали захватить в заложники большое число мирных жителей и тем самым вынудить федеральные власти пойти на переговоры. Хаттаб избрал простую, но эффективную тактику: проведя разведку боем, он намеревался нащупать наиболее слабые места в окружении ФС, а затем, навалившись всей массой, вырваться из ущелья. 28 февраля моджахеды пошли напролом. Первыми удар приняли десантники 3-й роты во главе со старшим лейтенантом Васильевым. Они заняли господствующие высоты в пяти километрах восточнее Улус-Керта. Отряды Хаттаба безуспешно пытались пробиться через грамотно организованную систему огня и отступили, понеся значительные потери. Подразделения 2-го батальона держали под контролем господствующие высоты над Шароаргунским ущельем. Оставался проход между руслами рек Шароаргун и Абазулгол. Чтобы исключить возможность «просачивания» сюда боевиков, командир 104-го гвардейского парашютно-десан-тного полка 76-й воздушно-десантной дивизии приказал командиру 6-й роты 2-го батальона майору Сергею Молодову занять еще одну господствующую высоту в 4 километрах от Улус-Керта. А поскольку ротный был буквально накануне переведен в часть и не успел хорошенько вникнуть в оперативную ситуацию, познакомиться с личным составом, то его подстраховал командир 2-го батальона гвардии подполковник Марк Евтюхин. Десантники должны были блокировать район и не допустить прорыва бандитов в направлении населенных пунктов Махкеты, Киров-Юрт, Элистанжи, Ведено. Ранним утром 6-я рота, парашютно-десантный взвод 4-й роты и группы полковой разведки в пешем порядке начали выдвигаться на заданный рубеж. Решение занять господствующую высоту Истыкорт в 4–5 километрах от Улус-Керта было правильным, но… Мощных огневых средств с собой десантники не взяли, фактически на вооружении у них были только стрелковое оружие и гранатометы. Приставку для радиостанции, обеспечивающую скрытый радиообмен, с собой тоже не захватили. Десантники пошли на высоту сразу же после сложного броска по маршруту Домбай-Арзы, то есть без полноценного отдыха. Батальон прибыл в Чечню только в конце января, солдаты 104-й роты были практически не обстреляны. В тот день, 29 февраля, впереди шла разведгруппа под командованием гвардии старшего лейтенанта Алексея Воробьева. Не обнаружив следов противника на высоте 776,0, разведгруппа пошла дальше. А рота стала подниматься на высоту Шли с трудом, что не удивительно, так как на каждом был бронежилет весом в 22–27 кг (на более легкие у Российской армии нет денег), несли также оружие, палатки, печки, воду, продовольствие, боезапасы и т. д. (по расчетам отца Алексея, Владимира Воробьева, подразделение растянулось на 5–6 километров, в час проходили не более километра). Десантники шли на пределе своих физических сил — это факт, который никто не сможет оспорить. Из анализа ситуации напрашивается такой вывод: командование в лучшем случае запоздало с решением перебросить 6-ю роту на Исты-Корд, а потом, спохватившись, поставило заведомо невыполнимые сроки. В 12.30 в двух километрах южнее Улус-Керта разведдозор десантников наткнулся на группу боевиков. Их было человек двадцать. Начался бой. Завязавшаяся перестрелка не прерывалась ни на минуту-к месту боя стягивалось все больше боевиков. Разведчики докладывали, что боевиков полторы сотни. Оказалось, чуть ли не в 20 раз больше. В тот день о присутствии в районе столь крупной банды Хаттаба и Басаева командование группировки почему-то не знало. Позже станет известно, что рота приняла на себя удар более 2,5 тысячи боевиков. Только позже стало известно из радиоперехватов, что таким образом Хаттаб намеревался вернуть под свой контроль Ведено, Хатуни и ряд других населенных пунктов. Комбат приказал бойцам отойти и закрепиться на господствующей высоте 776,0, где к этому времени расположилось управление батальона. Прикрывать отход двух взводов 6-й роты остались разведчики под командованием лейтенанта Алексея Воробьева. И все же при отходе не удалось избежать потерь. Вынося из-под обстрела раненого сержанта, смертельное ранение получил майор Молодов. Командование ротой взял на себя гвардии капитан Роман Соколов. Со стороны боевиков прорывом руководил полевой командир Бали Балуев, которому помогали командиры Идрис и Абу Валид. Общее руководство осуществлял Хат-таб. Идрис и Абу Валид вышли по рации на комбата и предложили Евтюхину пропустить моджахедов:
— Нас тут раз в десять больше. Подумай, командир, стоит ли рисковать людьми? Ночь, туман — никто не заметит… После отказа десантников капитулировать бой возобновился с новой силой. Закрепившись на высоте 776,0, десантники несколько часов подряд отбивали атаки боевиков. Уже тогда десантникам стало ясно: они столкнулись не с какой-то отдельной бандой, а с целым потоком движущихся от Улус-Керта к Сельментаузену бандгрупп. Об отступлении не могло быть и речи — позади была тыловая зона. К 17 часам боевики, которых стало еще больше, не считаясь с потерями, предприняли попытку атаковать высоту с западного и северо-западного направлений. До поздней ночи бандиты продолжали вести ураганный огонь, с разных сторон наступая на высоту. Во время сумерек комбат вызвал вертолеты, но до сих пор неизвестно, были ли они. Вроде бы десантники слышали шум винтокрылых машин. Но в составе роты не было авиационного наводчика, так что авиация (если она была) ничем помочь не могла. А чеченцы стали работать минометами и снайперами. Рота стала нести существенные потери. В 23.25 бандиты, подтянув подкрепление, начали массированную атаку «волнами». «Черный араб» бросил в бой свой элитный отряд «Джамар» численностью более 400 человек во главе с полевым командиром Бакуевым. Но и эта волна разбилась о мужество псковских десантников. Устелив телами подступы к неприступной высоте, в два часа ночи с 29 февраля на 1 марта боевики отошли. Понимая, что дальнейший бой с десантниками грозит ему пирровой победой, Хаттаб предложил псковичам оставить высоту и, пропустив его людей, остаться в живых. Уверенности в том, что «голубые береты» так и поступят, придавало бандитам и то, что многочисленные отряды, собравшиеся под началом Хаттаба, имея большой перевес сил, отбили все атаки пытавшихся ночью пробиться на помощь 6-й роте других десантных взводов и рот. С трех до пяти утра 1 марта наступила «передышка» — атак не было, но минометы и снайперы не прекращали обстрел. Комбат М. Евтюхин доложил командиру полка Карта боя 6-й роты ВДВ полковнику Сергею Мелентьеву обстановку. Тот приказал держаться, так как «помощь следует». Но никто не пришел. Кроме 3-го взвода 4-й роты во главе с замкомбата гвардии майором Александром Доставаловым, который базировался на соседней высотке, в полутора километрах от погибающей роты. С ним было 15 человек. Пробился его взвод на высоту с трудом, но для роты это был мощнейший эмоциональный заряд. Люди поверили, что их не бросили, что о них помнят, что им придут на помощь. Они ошиблись. В 5 утра 1 марта боевики всеми силами пошли в атаку сразу с нескольких направлений. Не считаясь с потерями, они лезли и лезли по склонам. Взяв соседнюю высоту Безымянную и видя, как немного русских осталось на 776,0, бандиты устремились туда. Раненный в грудь сапер гвардии старший лейтенант Александр Колгатин под огнем боевиков успел установить две управляемые мины и привести их в действие. Взрывы положили на землю десятки корчащихся от боли бандитов. Но боевики снова пошли на штурм. Остановить прорывающихся на северном направлении боевиков командир батальона приказал группе гвардии старшего лейтенанта Андрея Панова. Целых сорок минут офицер с десятью десантниками удерживал противника на своем направлении. На юге со своей группой стоял насмерть гвардии лейтенант Дмитрий Кожемякин. Но бандитов было так много, что даже ценой жизни десантники уже не могли их остановить.
