составили караульные, пристроившись по бокам от пленников. Двое присматривали за получившейся колонной сзади, двое показывали дорогу, а еще пара помчалась обратно в лагерь. Скорее всего предупредить о странной компании.
Ожидать встречи с Всадниками долго не пришлось. Несущий хаос стоял на самом краю могильника. И по его прокопченному и усталому виду, даже не знающие этого человека быстро догадались, кто стал одной из причин творившегося в эльфийском лесу.
— Ну, кого вы там поймали? — весело спросил он у подъехавших воинов и, не дожидаясь ответа, прошел к груженым пленниками лошадям. — Ушастенькие, человек и рогатенький. Как интересно! — язвительно протянул он, очень пристально разглядывая постаравшегося вновь выправить спину Багрда. — Снимите их.
Всех четверых довольно споро стянули с лошадей и поставили перед Всадником. Эльфа, как не желающего приходить в себя, осторожно уложили сбоку.
Несущий хаос проводил насмешливым взглядом все манипуляции с безвольным телом и вновь уставился на Багрда.
— Ты! — указал он пальцем демону в грудь, — имя?!
— Багрд, ашт Ашту. Из рода Райнок, из семьи Саткарани.
Улыбка Несущего хаос стала хищной, а в глазах блеснула безумная искра.
— Еще один родственничек почившего Шутура?
— Я предпочел бы называть себя родственником действующего Несущего боль, — осторожно возразил Багрд. С дядюшкой он никогда не ладил. Тот считал Багрда слабаком и трусом. А вот с Кагаром у них были хорошие отношения. Все же родной брат.
— А он как? Желает считать тебя родственником? — хохотнув уточнил Всадник.
— Не знаю, ашт, — сглотнув признался Багрд, невольно отводя глаза.
Как ни странно, это движение вроде как понравилось Несущему. Его взгляд потеплел, а улыбка вновь стала обычной, лукавой.
— Что вы делали в эльфийском лесу? Как прошли его и зачем вообще явились? — быстро и как-то незаинтересованно спросил он.
— Мы не были в лесу, — возразил Багрд, а на насмешливый взгляд Всадника быстро поправился, — то есть, мы через него только прошли, не задерживаясь. Мы были по ту сторону, решали, как попасть сюда — в лесу слишком много светлых — когда заметили зарево пожара. Эльф, — Багрд закрутился забыв, куда именно положили бесчувственного Лайоналя, а когда нашел, ткнул в него пальцем, — вот этот, сказал, что это хороший шанс и провел нас сюда. Он же и через огонь нас провел. Поэтому и выглядит… так.
Ашту задумчиво оглядел тело, подергивая себя за потемневшую косичку.
— Зачем? — вопрос Несущий хаос задал, глядя на эльфа и словно бы ему, но Багрд решил ответить и на него, — По ту сторону совсем плохо. Мы потеряли пятерых и… — Багрд запнулся, вдруг сообразив, что сейчас придется признаваться Несущему, что променяли свои жизни на его невесту.
— Что? — словно что-то почувствовав, переспросил Всадник, впившись в лицо демона ледяным взглядом.
— Мы… — Багрд огляделся, ища поддержки. Вериорен опустила взгляд, похоже, так же разобрав, что их ждет. Зато Свят выступил вперед, перетягивая внимание на себя.
— Думаю, моя очередь говорить. Все же я вас вел, — чуть повернувшись к Багрду, извиняющимся тоном сказал он. — Мое имя Свят. Я названый брат Сауле.
Ашту дернулся вперед, будто собираясь впиться в человека не только взглядом, но и руками.
— Да, ашт. У меня для вас плохие новости. Мы потеряли Сауле, Кахира и Шиес.
Свят постарался как можно скорее проговорить фразу, но на последних рунах запнулся, поймав полный безумной злобы и отчаяния взгляд.
— Что значит, потеряли? — прошипел Всадник, подаваясь вперед.
Пленники наоборот, сделали шаг назад, впечатленные поражающей ненавистью, исходящей от Несущего. С нарастающей тревогой они заметили, как темные воины медленно пятятся, стараясь оказаться от взбешенного Всадника подальше.
— Сауле с Кахиром пропали в Коорхане, когда на город напали эльфы, — вздохнув пояснил Свят. Как ни странно, страха перед этим человеком он не испытывал. Возможно, виноваты светлые, израсходовавшие все его чувства за последние месяцы, а возможно та боль, что он уловил во взгляде мужчины. — Скорее всего, она ушла с остальными темными в Айвану. У нас не было времени ее искать. Эльфы забрали с собой Шиес.
— Шиес у эльфов? — глухо уточнил Всадник, а затем, мотнув головой, велел в темноту, — развяжите их. Эльфа этого приткните куда-нибудь отдохнуть и девчонку с ним. Вы двое, — указал он на Багрда и Свята, — со мной.
— А можно она с нами? — заметив с каким ужасом Вериорен смотрит на подступившихся воинов, попросил Багрд.
Всадник улыбнулся, как-то на удивление понимающе и велел:
— Ты тогда, тоже с ней отдохни. Анвар все равно сейчас не в состоянии разговаривать. Так что, до завтрашнего утра есть время. Думаю, этого, — Всадник хлопнул Свята по плечу, — будет достаточно.
Багрд благодарно кивнул, с легким удовлетворением почувствовав, как впились ему в плечо ладошки Вериорен.
Когда нелюдь увели, Несущий повернулся к Святу. Теперь это был не хищный и совсем не страшный тип. Обычный усталый мужчина.
— Расскажи мне все, — тихо попросил он и повел Свята вглубь леса. Там на небольшой поляне, в несколько хаотичном порядке стояло пять довольно крупных шатров. В один из них Всадник и зашел, приглашающе махнув рукой Святу.
Глава 26
Результаты впечатляли. От пожара пострадал огромный кусок леса прямо напротив центра их войска, забирая на восход и углубляясь. На пустынной, черной и еще кое-где дымящейся пустоши остались стоять лишь почерневшие скелеты некогда величественных деревьев. А за ней все еще вздымался густой дым, затянувший небо на полудне.
На первый взгляд лес выгорел на несколько часов во все стороны от начальных точек. Могильник почернел на две трети, сочная зелень, так любовно поддерживаемая эльфами в засуху, переходила в тусклый пепел по ровной линии, словно кто-то начертил ее.
В войске царило радостное оживление. Такого не могли представить даже они и сейчас старательно глумились и над светлыми, и над их владениями.
— Это был сильный удар, — тихий, печальный голос князя заставил Анвара оторваться от впечатляющего зрелища.
Медленно, словно во сне, князь подплыл и стал рядом с Несущим смерть. Белые одежды его немного потемнели от грязи и возможно дыма. Они показывали, что эльфу в кои-то веки не до своего вида. На лице остроухиий старательно удерживал маску безразличия, но Анвар видел боль и тоску в его глазах.
— Это война, князь.
— Я понимаю, Всадник, — спокойно произнес Изекалинель, глядя вдаль. — Оттого и не люблю ее. А на меня не обращайте внимания. Мне действительно больно смотреть на вашу работу. Вчера я чувствовал их боль. Да, большинство из сгоревших были молодыми, недавно выращенными нами, не приобретшими еще души. Но слишком многие из них были другими. Обычный лес для вас, для меня
