Читаем без скачивания Гири - Марк Олден

— Фруа, — сказала она шоферу, как бы оправдываясь. — Холодно.

Шофер не удивился. Пол-Парижа ходило в таких масках в такой мороз.

Машина повернула на улицу Фобурга Сент-Оноре. Здесь было средоточие самых изысканных магазинов Парижа. Мичи сказала, что ей нужно попасть в лавку Ива Сент-Лорена.

Но прежде чем шофер успел затормозить машину у входа в магазин, как из-за угла противоположной стороны показалась другая машина такси. Она успела первой ко входу, поэтому шофер такси вынужден был остановиться чуть поодаль. Машина прижалась к тротуару. Мотор продолжал работать вхолостую.

Из второй машины вышла женщина в белой меховой шубке, сапогах и черной шляпке с висячими полями. Ее лицо было закрыто темными очками и черным шарфом. Она вышла из машины и тут же скрылась за дверьми магазина Сент-Лорена. Мичи расплатилась с таксистом и тоже вышла из машины. Тут-то она и увидела «Рено». Машина притормозила за вторым такси, чуть поодаль, и из нее вышел уже знакомый Мичи человек в темно-зеленом анораке и квадратной формы очках с цветными стеклами. Он дотронулся до слухового аппарата в левом ухе и затем быстро пересек улицу на противоположную сторону. Мичи видела, как он вошел в пустое кафе, где стулья были поставлены сиденьями на столы и где драил полы какой-то маленький алжирец.

Достав из кармана номер «Пари-Матч», человек в анораке снял со стола один стул и сел на него. Он заказал каппуччино и приступил к чтению журнала.

Спустя пятнадцать минут после того, как Мичи зашла в лавку, оттуда показалась женщина в ее пальто, шляпке и лыжной маске. Она села в такси, которое привезло сюда Мичи и уехала на нем. Мичи, прячась за витриной, внимательно наблюдала за этим. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Слава богу, никто за такси не последовал. «Рено» так и стояло на месте. А человек в зеленом анораке продолжал ознакомление с журналом. Мичи глубоко вздохнула и про себя возблагодарила богов.

Все шло по плану.

Она вышла из лавки на улицу, держа в руках пакет с купленными юбками и нацепив на лицо новую пару темных очков. Она была в своей белой меховой шубе, шляпке с висячими полями. Шарф был обмотан вокруг шеи и не закрывал лица. Теперь ей можно было не прятаться. Дело сделано. Трюк удался на славу.

Она пошла пешком по улице Фобурга Сент-Оноре. Остановилась возле одной лавочки, чтобы купить кое-что из парфюмерии и свитер. Спустя час она поймала такси и попросила отвезти себя в отель «Ришелье», что располагался у самой Этуаль в начале Елисейских полей.

У нее был роскошный номер с балконом, выходящим на внутренний двор. Мичи первым делом приняла ванну, и только потом тщательно осмотрела номер на предмет обнаружения следов обыска. Нет, кажется, сюда никто не заходил в ее отсутствие и в отсутствие той, которая подменяла ее. Сделав несколько деловых звонков по телефону, она поставила будильник на три часа дня и легла спать.

В четыре пятнадцать она уже спустилась в вестибюль. Швейцар проводил ее до такси и открыл дверцу. Когда машина отъехала от отеля, из-за угла показалось «Рено» с мужчиной в темно-зеленом анораке за рулем. Между Мичи и ее преследователями было несколько других машин. Шпик искусно держал дистанцию всю дорогу, не приближаясь, но и не теряя Мичи из виду.

Агент ФБР подошел к спальне, толкнул дверь ногой и заглянул внутрь. Глядя на царящий там беспорядок, он покачал головой, выражая этим свое неодобрение, и вернулся к окну, у которого неподвижно стоял Деккер. Оба стали смотреть вниз на тело Дориана Реймонда, распластанное на козырьке подъезда. Десять этажей... Ого-го! Полицейские, обступившие было труп, разошлись в стороны. К ним подбежал врач и что-то быстро сказал. Тогда Дориана подхватили под руки и ноги и спустили с козырька вниз. Труп был положен на носилки, закрыт синей простыней и унесен в машину. Слава богу! Теперь хоть не будут сверкать эти фотовспышки, которые почему-то очень раздражали сейчас детектива Деккера.

Он повернулся к стоявшему рядом с ним агенту ФБР. Тот тоже состоял в федеральной оперативной группе у Ле Клера.

— Ну, что у вас?

Агент скривил губы и покачал головой.

— Ничего. Никаких примет насильственного вторжения. Никаких признаков борьбы. Окно не высажено. Отпечатки пальцев говорят о том, что возле окна мог находиться только он один. Соседи ничего не слышали, как всегда. Люди из двух ближайших квартир вообще отсутствовали в это время дома. Были на рождественском празднике вон в той церкви. Другие легли по постелям в восемь тридцать и спали, как новорожденные.

Деккер проговорил:

— Ле Клеру это не понравится.

— Ему никогда ничто не нравится.

— Значит, совпадение? Дориана вызывали на разговор к прокурору, а потом он случайно выпал в окно с десятого этажа?

Агент ФБР глянул на эксперта, который обмахивал кисточкой экран телевизора на предмет отпечатков пальцев.

— Мы нашли много пустых бутылок из-под спиртного и початую бутылку водки. На полу лежал окурок. Травка. В спальне нашли «колеса» и пузырек с кокаином в чемодане. Может, он просто накачался больше обычного и возомнил себя суперменом?

— Чемодан не вписывается в эту картину, — возразил Деккер. — Его жена говорит, что Дориан должен был вот-вот переехать к ней. Вот он и собирал свои шмотки. Зачем же ему было бросаться из окна?

— А что такого? Собрался мириться с женой, а потом передумал. К тому же я слышал, что к нему в последнее время частенько захаживала какая-то кралечка...

Деккер взглянул на агента. Что-то кольнуло его в сердце. Но он решил не придавать этому значения и тут же забыл об этих словах.

Услышав о смерти Дориана, Ле Клер приказал Деккеру и еще двум членам федеральной оперативной группы немедленно посетить дом около Собора Святого Джона и все там обшарить. Однако расследование тут же взял в свои руки местный вест-сайдский полицейский участок, так что Деккер и его товарищи превратились в простых наблюдателей.

Никто не спешил высказывать то, что казалось очевидным. Во всяком случае, никто не спешил утверждать это категорично. А очевидным было то, что это самоубийство. Но Дориан мог погибнуть сам, а мог и с небольшой помощью со стороны своих неизвестных «доброжелателей». Окончательный вердикт приберегали до конца расследования.

Деккер спрашивал себя: не ребята ли Молизов поработали в этой квартире? Или Дориан действительно возомнил себя летающим ангелом, как следует накачавшись наркотой?

Деккер бесцельно блуждал по квартире. Она была забита разным народом. Полицейские, судебно-медицинские эксперты, представители офиса по раскрытию убийств, представители офиса мэра и наконец офиса полицейской комиссии. Репортеров тормознули еще в вестибюле. Кое-кому удалось пробиться на этаж, но в квартиру не пролез ни один.

Внезапно дверь квартиры отворилась и Деккер увидел их. Они толпились в холле, нацеливая объективы камер, фотовспышки и микрофоны на распахнувшуюся дверь. Всюду шныряли в обтягивающих джинсах ассистенты операторов. Газетчики перли вперед с диктофонами и блокнотами. Все это было довольно омерзительным зрелищем. Деккер даже поморщился в отвращении. Зрители на оргии смерти. Любую правду перевернут с ног на голову и преподнесут в своих писульках в виде совершенно полоумной теории.

Какого черта он делает здесь? Он был здесь потому, что так приказал Ле Клер. Прокурор просто озверел, когда ему сообщили о смерти Дориана. Он понял, что никакой сделки не состоится. Ему показали фигу точно также, как было в случае с Пангалосом и Кворрелсом.

А как быть с Ромейн? Где она? Что она? Деккеру нужно было хотя бы попытаться увидеться с нею сегодня. За ним был долг... Он знал, что Дориан собирался переехать к ней, но не верил, что на это дала добро Ромейн... Хотя, впрочем, что ей еще оставалось делать после разрыва с ним?..

Он прошел в наконец-то опустевшую спальню. Ребята, снимавшие вокруг отпечатки пальцев, полицейские фотографы и детективы перешли в другую половину квартиры. Деккер оказался в комнате наедине с самим собой. Он огляделся вокруг и не смог отделаться от ощущения жалости к Дориану за то, что он жил так глупо, нелепо и убого.

«Почти Человек». Так он сам любил называть себя. Он прожил в характерной для него манере до самого конца... Он почти вернулся к своей жене. Почти заключил сделку с Ле Клером, которая избавляла его от тюрьмы. Почти дожил до своего дня рождения... Когда оно? Через неделю.

Почти.

Сунув руки в карманы пальто, которое он не снимал, Деккер опустился на краешек постели. Или самоубийство, или смерть от рук головорезов клана Молизов. Последнее маловероятно. Зачем мафиози убивать полицейского? Такое случается очень редко. «Теневые ребята» предпочитают не пачкаться такой работой без крайней необходимости. Это было чревато для них. Обычно полицейские и профессиональные преступники ладили между собой, всегда находили общий язык. По крайней мере обходились без большой крови. Так было спокойнее для тех и других. Были какие-то правила, которых придерживались и те, и другие.