года немецкая журналистка Ильза Штёбе (оперативный псевдоним «Альта») передала в Москву полученную от сотрудника МИД Германии Рудольфа фон Шелиа («Ариец») информацию о подписании Гитлером Директивы № 21 (Вариант «Барбаросса»), перед группой Зорге была поставлена задача выяснить сроки вторжения Германии в СССР. В 1960-е годы с подачи антисталинистов Никиты Хрущёва и Айно Куусинена появился миф о том, что Зорге назвал точную дату нападения — 22 июня 1941 года, но Сталин ему якобы не поверил. В действительности Зорге не смог установить точную дату нападения. Более того, 15 июня Зорге докладывал в Москву:
«НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ
ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ
ТОКИО, 15 июня 1941 года
По радио
Германский курьер сказал военному атташе, что он убежден, что война против СССР задерживается, вероятно, до конца июня. Военный атташе не знает — будет война или нет…»
В радиограмме от 20 июня Зорге сообщает, что «германский посол в Токио Отт сказал мне, что война между Германией и СССР неизбежна… Инвест [Одзаки] сказал мне, что японский генштаб уже обсуждает вопрос о позиции, которая будет занята в случае войны» — однако эта радиограмма, полученная 9-м отделением Разведуправления 21 июня в 17.05, была расшифрована только днем 22 июня, когда по всей западной границе Советского Союза уже шли ожесточенные бои.
Начиная с этого момента Гитлер и Риббентроп ставят перед послом Ойгеном Оттом задачу по ускорению выполнения Японией союзнических обязательств и вступлению в войну против СССР. В свою очередь, Отт настолько доверяет Рихарду Зорге, что поручает ему зашифровывать донесения в Берлин. Таким образом, Зорге получает доступ к секретной переписке между Германией и Японией.
«НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ
ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ
ТОКИО, 14 сентября 1941 года
По радио-телеграфу
Paula сказал мне, что очередное большое наступление немцев будет направлено на Кавказ через реку Днепр. Paula думает, что если немцы не получат нефти в ближайшее время, то дальше они должны проиграть войну. Поэтому бои около Ленинграда и Москвы являются более или менее для показа, а главная атака должна быть на Кавказ».
Вот это для Сталина было крайне важно. И ошибается тот, кто полагает, что Верховный Главнокомандующий не прислушивался к информации Зорге — напротив, Сталин уже в сентябре 1941 года начинает готовиться к отражению немецкого удара на Кавказ. Об этом неопровержимо свидетельствуют архивные данные — в частности, уже 2, а затем 9 октября и 11 ноября 1941 года он отдал первые распоряжения о подготовке обороны на кавказском и сталинградском направлениях (ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 1554, Д. 91, Л. 314; ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 1554. Д. 10. Л. 352–353). С другой стороны, поскольку, по информации Зорге, наступление на Москву становилось для Гитлера отвлекающим маневром, то для Сталина появлялась возможность нанесения неожиданного для немцев контрудара, что и было сделано. Вот как это было.
Начальник штаба Западного фронта генерал-лейтенант Василий Данилович Соколовский, выходец из бедной крестьянской семьи, родился, как и Рокоссовский, в Польше. В 1918 году, окончив семинарию, он в первые же дни создания Красной Армии вступил в нее добровольцем, поскольку сердцем чувствовал, что большевики — это те, кто выражают чаяния таких же, как он, «кухаркиных детей» и открывают им путь в большую жизнь. Окончив 1-е советские московские пехотные командные курсы РККА, он в составе 2-го горного советского полка воевал на Урале, где вначале стал начальником команды пеших разведчиков, а затем — помощником командира полка, осваивая первые навыки штабной работы. Вряд ли он тогда мог предположить, что станет начальником Генерального штаба Вооруженных сил Советского Союза.
14 октября 1921 года Василий Данилович окончил Академию Генерального штаба и был направлен в Туркестан на борьбу с басмачами. За спиной басмачей, прикрывающихся лозунгами «джихада», стояли англо-американские империалисты, снабжавшие их оружием и деньгами. В должности начальника оперативного отдела штаба Туркестанского фронта Соколовский с помощью легендарного разведчика Хамракула Турсункулова, кавалера ордена Красного Знамени, а впоследствии трижды Героя Социалистического Труда, создает вместе с органами Туркестанской ЧК разведывательную агентурную сеть, которая очень помогла в ликвидации ферганского басмачества. Как позднее вспоминал Турсункулов, «Василий Данилович знал все тропинки, горы, кишлаки, настроения людей, обстановку. С товарищем Соколовским я встречался много раз и позднее, когда он командовал дивизией и войсками Ферганской и Самаркандской областей. У Василия Даниловича я учился дисциплине в работе, оперативности, краткости, умению не распыляться по мелочам, а браться за главное».
Басмачи отвечали террором. Однажды они подсыпали яд в стакан с водой в кабинете Соколовского. Он выпил и замертво рухнул на пол. Врачи констатировали смерть и отправили тело в морг. Ночью он пришел в себя и выбрался из-под груды трупов, которыми уже был завален.
В другой раз подосланный басмачами человек выстрелил в него из ружья в упор в тот момент, когда Соколовский объезжал строй красноармейцев. Но в момент выстрела конь вздыбился и заряд пришелся в ногу. Однако ранение оказалось тяжелым, и Соколовского пришлось отправить в Москву.
В апреле 1938 года Соколовский становится начальником штаба Московского военного округа, а в феврале 1941 года — заместителем начальника Генштаба РККА по организационно-мобилизационным вопросам. В тот момент данное направление было решающим, поскольку в связи с ожидавшимся нападением Германии на Советский Союз Политбюро в марте 1941 года приняло решение о скрытой мобилизации 900 тыс. военнослужащих запаса, чтобы доукомплектовать полки и дивизии, сформированные по сокращенным штатам мирного времени. 13 мая Генштаб распорядился о переброске на запад четырех армейских управлений и дивизий. Они должны были прибыть к новым местам дислокации в период с 10 июня до 3 июля 1941 года. Однако к моменту начала войны из 939 эшелонов с войсками к месту назначения пришли только 83, тогда как 455 находились в пути, а 401 еще не приступал к погрузке.
Тем не менее именно эти дивизии сыграли решающую роль в стабилизации ситуации на смоленском направлении в июле — августе после того, как войска Западного фронта были практически полностью разгромлены в первые дни войны в Белостокском и Минском котлах по вине своего командования во главе с генералом армии Павловым. Под Смоленск были срочно переброшены сформированная в Забайкальском ВО 16-я армия и сформированная в Северо-Кавказском ВО 19-я армия, первоначально прибывшие на Украину, а также сформированная в Орловском ВО 20-я армия. 2 июля командующим войсками Западного направления был назначен Маршал Советского Союза Тимошенко, а начальником штаба — генерал-лейтенант Соколовский. Немцы, уверенные в разгроме главных сил Красной Армии на пути к Москве, внезапно столкнулись с новыми боеспособными соединениями. В течение
