вы и велели, били прицельно по отсекам обеспечения и крыльям, но корпус не смогли повредить, так что думаю, на воду они сумели сесть, — быстро отчитался Кеджар. — Но кораблю, наверняка, потребуется ремонт и я сомневаюсь, что они снова смогут взлететь или нырнуть, как раньше.
Видя, что чаша вечного огня еле-еле пылает, Оуэн с черной надеждой глубоко затянулся:
— Тогда оставьте пока и джаджарея, и Хоэйо. Они потеряли скорость и не сумеют нас обогнать, — устало вздохнув, произнес он. — А наши люди нам еще нужны живыми.
Если отбросить все эмоции из-за женщины, которая разбила ему сердце своим предательством, то как наследника королевства Лаори, результат Оуэна в целом устраивал. Он не верил, что они смогут легко пробить щиты духа гор, сумевшего разрушить гору Талание. Но поврежденные крылья и отсеки обеспечения убьют и джаджарея, и остальных в море гораздо эффективнее.
— Лучше скажи, что с разведчиками, Кеджар? — выдохнул Оуэн облачко дыма. — Мы отправили два корабля на восток и юго-восток. Последнее сообщение от обоих было, что в двух днях пути они видят какую-то светящуюся стену и должны были понаблюдать, что это и вернуться.
Но не успел Кеджар ответить, как в коридоре раздался тяжелый топот. Так бежит моряк, когда случилось, что-то близкое к сигналу скорой тревоги.
Бесцеремонно вломившись в дверь, моряк выпалил как на духу:
— КОМАНДИР! РАЗВЕДЧИК С ВОСТОКА ВЕРНУЛСЯ!
Однако по глазам бедолаги округлившимся от ужаса, Оуэн понял что все мягко говоря хреново.
— Но это не корабль, командир, — тяжело выдохнул моряк. — Это летун… Один… И видок у него, будто его облили кислотой…
Принцесса Маджарей
Где-то в Бурном Море.
В лицо ударила морская волна и я не сразу поняла, что Вихрь подо мной зашевелился. Все происходило так быстро, что лишь какими-то инстинктами я смогла ухватиться за шипы, чтобы не плюхнуться обратно в море.
Сонно разрезая воздух крыльями Вихрь начал взлетать.
К счастью, магия джаджарея надежно держала меня на спине, не давая упасть. Потому что во всем теле была такая слабость, что даже оставаться в сознании у меня получалось только с огромным усилием.
Бросив взгляд на свою раненую ногу, я оценивала масштаб бедствия.
Да, все довольно скверно. Раны не кровоточили, но открытый перелом и пулевое ранение даже и не думали исцеляться за счет магии Вихря. Живот сводило от малейшей болтанки в полете, а пить хотелось просто невыносимо.
Пытаясь экономить силы, я постаралась лечь на шипастой спине джаджарея.
Однако, чем дальше я видела горизонт, тем меньше у меня оставалось надежды на благополучный исход. Потому что прямо на востоке, в лучах послеобеденного солнца что-то ослепительно мерцало.
Что-то такое, что ни на одной карте я никогда прежде не видела.
— Это что… Еще одна версия Пустыни Желаний только в море?
Вихрь издал звук, похожий на неуверенное согласие.
Как же крутится колесо судьбы. В прошлый раз Оуэн ранил Вихря, в этот раз его люди ранили меня.
На фоне слепящего солнца было почти не рассмотреть движущиеся точки почти на юго-западном горизонте. Два корабля высоко в небе и еще два плыли по воде. Видимо Оуэн тоже усвоил уроки Пустыни Желаний и в этот раз решил не идти по самому короткому Пути к амулету Целэа.
Лежа на спине джаджарея, я безразлично смотрела на далекую сверкающую стену. На севере и даже северо-востоке были только грозовые тучи и темное море. А вот ровно на востоке, проступала граница "сказочного царства" и кривой дугой уходила далеко за горизонт на юго-восток.
И в этот чудесный и всеми богами забытый край вел, сверкающий золотом "Путь Силы".
Слипающимися глазами, я бесстрастно смотрела на это все и думала лишь о том, выжило ли мое "семейство". Кажется Вихрь начал снижаться, тело слегка вдавливало в шипы на сильной спине, но я уже не могла держаться в сознании и провалилась в забытие.
Сонно шевельнувшись под одеялом, я не могла понять откуда доносятся звуки. Вокруг было темно и как ни странно под одеялом было очень жарко сверху и холодно ниже пояса.
— Ла, у нас нет выбора… — устало произнес Лаен.
— Выпотрошите все запасы лекарств! — в ярости воскликнула Ла Джа. — Давайте пришвартуемся у любого острова и будем отдавать ей всю магию, чтобы она пошла на поправку!
Слова доносились из-за стены и не понимая, сплю я или нет, я начала осматриваться.
Оказалось, что я лежу на полу на каком-то матрасе. Сквозь разбитые ставни пробивались лучи молодой луны, освещая бурдюк с водой и металлическую кружку.
Раздался приглушенный голос Джеро.
— Лариней, Рэя выпила последние лекарства, что у нас были на корабле… А магия островов наоборот будет высасывать из нее все силы.
Видя обстановку, на ум пришла мысль, что я пленница или где-то на складе, однако присмотревшись я поняла, что просто в сильно пострадавшей каюте на корабле. Правда какой-то слишком большой.
Только письменный стол у второго окна в лунном свете и светящийся иллюзией глобус подсказал мне, что я нахожусь в каюте мужа. Видимо она сильно пострадала, потому что части стены между гостиной и спальней больше не было. Как и целых стекол или мебели. Даже шкафы в стенах почти не уцелели и вещи лежали стопками прямо на полу.
Ожидая боли, я попыталась сесть, но не вышло. Ничего не болело, но я смогла приподняться только на руках.
— Тогда плывем к континенту… — упрямо спорила Ла Джа. — Лаен, ты починил корабль, чтобы мы могли плыть по морю. За две недели на силе двух магов воды и двух магов воздуха мы доберемся до столицы Аоса, где ее вылечат лучшие лекари Халифа. Не договоришься ты — договорюсь с ним я!
Донесся злой до чертиков смех моего мужа.
— А с параличом распространяющимся каждые двенадцать часов ты тоже договоришься? — процедил он сквозь зубы. — Вихрь прилетел на рассвете и у нее была парализована одна нога, к вечеру уже две. К середине ночи уже целиком таз. Договоритесь с последствиями того, что ВЫ ДВОЕ потащили ее в дозор, зная о рисках!
— А кто в этом виновен?!
Ругань за стеной нарастала с каждой минутой, а я с ужасом осознавала случившееся.
Пуля, глубоко застрявшая в моем бедре, была из металла блокирующего магию. Рана почти не кровоточила и я даже не попыталась ее вытащить, но этот металл ядовитый. Находясь больше двух суток в теле у любого живого существа он вызовет паралич, ведущий рано или поздно к летальному исходу.
За окном плескались волны, а я смотрела на свои ноги под одеялом
