же выигрываем.
Я обнимаю ребенка и реву ему в плечо.
— Что за море из слез? — к нам подходит Соня и обнимает нас двоих.
А я не могу успокоиться. Нервное напряжение зашкаливает. Принесите мне кто-нибудь валерьянки!
Мне едва удаётся успокоиться до конца матча. Мы выигрываем со счётом три-один. Два гола из трех забил Никита. Как же я им горжусь! Не передать словами!
— Куда тебя отвезти? — спрашивает Дима, когда мы выходим из бара.
На улицах Москвы гуляния. Люди, одетые в форму российских футболистов, с нарисованными российскими флагами на разных частях тела, кричат лозунги и обнимают друг друга. По дорогам едут машины и сигналят, из окон развеваются российские флаги.
— К родителям.
Я долго, как могла, откладывала разговор с папой и мамой. Когда они звонили, находила миллион поводов, почему не могу говорить. Но больше нельзя откладывать. Да и надо поставить их перед фактом: я и Никита снова вместе. Хотя они и так уже знают об этом из новостей. Они недовольны. Но что поделать. Им ничего не остается, кроме как смириться.
Глава 58. Родители
Лиля
Родители никогда не были поклонниками футбола, а после моего скандального расставания с Никитой и трагедии вовсе возненавидели этот вид спорта. Поэтому матч Россия-Тунис папа с мамой не смотрели, а о нашей победе догадались по крикам с улицы.
— Я была в баре с Соней и ее новым мужем, — родители не знают подробностей любовной эпопеи Сони и Димы, поэтому я рассказываю обтекаемо. — Мы смотрели футбол. Никита забил два гола.
Обстановка на кухне тяжелая. У моих ног виляет хвостом Пончик. Он стал совсем стареньким. Плохо слышит, плохо видит. Псу пятнадцать лет. Глажу его мохнатую шею.
— Лилия, мы с мамой крайне разочарованы, — начинает отец. — После такой трагедии, после всего, что тебе пришлось пережить, ты снова с этим…
Папа запинается, не зная, каким словом назвать Никиту. По имени он его не называет принципиально. Никита для него в зависимости от ситуации то «щенок», то «подонок», то «мудак», то «ублюдок».
— Лиля, ну неужели нет хороших парней!? — мама обреченно взмахивает руками. — Ну посмотри вокруг, сколько красивых умных мальчиков. Ну что ты вцепилась в этого Свиридова? Зачем он тебе нужен? После всего…
Мама вытирает глаза и отворачивается к окну. Делаю глоток чая из кружки. Прочищаю горло.
— Никита не виноват в том, что на меня напали.
— На тебя напали из-за него!!! — папа взрывается криком на всю кухню. — Из-за этого ублюдка! Из-за его ублюдочного футбола!
— Никита не мог это предвидеть.
— Мог-не мог. Какая нам разница, если ты чуть не погибла? Ты чудом жива осталась! Спасибо доброму человеку, который вышел гулять с собакой и обнаружил тебя без пяти минут мертвую.
— Никита не знал, что со мной такое произошло, а когда узнал, сделал все возможное, чтобы найти виновных. Как вы видите, нападение организовал не фан-клуб, а совсем другие люди. Мы узнали правду благодаря Никите, а то так бы и думали на бедную девочку Юлю.
— Какая нам разница, кто устроил нападение, если оно в любом случае из-за Свиридова? — мама поворачивается корпусом ко мне и упирает руки в бока. — Он даже не приехал тогда, не навестил тебя в больнице. А ведь ты была беременна!
— Он ничего не знал.
— Хватит выгораживать этого подонка, — цедит отец. — В общем так: мы с мамой категорически против того, чтобы ты снова вступала с ним в отношения. Мы тебе запрещаем.
— Я не спрашиваю у вас разрешения.
Я остаюсь спокойной, хотя уже начинаю злиться. Ей-богу, родители как маленькие. Еще пускай скажут, что я наказана.
— А мы все равно тебе запрещаем! И только попробуй ослушаться!
Шумно вздыхаю и качаю головой.
— Пап, мам, вы можете принять мой выбор, а можете не принять. Дело ваше. Но мы с Никитой снова вместе, нравится вам это или нет. Мне не нужно ваше разрешение и ваше благословение, я просто ставлю вас перед фактом.
Папа аж задыхается от негодования. Вспоминаю, как Никита рассказывал, что однажды встретил моего отца во дворе и спросил про меня, а папа его грубо послал. Мне отец об этом, естественно, не говорил.
— Ладно, я пойду погуляю с Пончиком. А потом к себе поеду.
— Не останешься на ночь? — спрашивает мама.
— Нет. У меня дома много дел.
Беру собаку за ошейник и веду в прихожую. Обуваю кеды, цепляю Пончику поводок и выхожу из дома. Я планировала остаться у родителей на ночь, но после такого неприятного разговора не хочу. Хотя стоило ожидать, что их реакция будет именно такой. Ну и ладно. Мы не в восемнадцатом веке живем, благословение родителей не нужно. Но все равно мне неприятно.
Я иду с собакой в близлежащий парк. В детстве мы с Никитой часто тут гуляли. Сейчас парк наполнен футбольными болельщиками, они размахивают флагами, танцуют, смеются. Я снова заряжаюсь хорошим настроением, в груди просыпается чувство гордости за Никиту. Я — девушка главного нападающего сборной России по футболу! И именно мой парень привёл сегодня нашу страну к победе!
Погуляв с собакой по парку, возвращаюсь в наш двор. Здесь многое изменилось. Построили новые детские площадки, сократили количество парковочных мест. Машин стало меньше. Смотрю туда, где шесть с половиной лет назад обычно парковался Никита. Сейчас на этом месте небольшая спортивная площадка. Несколько подростков занимаются на тренажерах.
— Лиля? — звучит сбоку до боли знакомый голос.
Поворачиваюсь и вижу… маму Никиты.
О Господи! Только этого мне не хватало! Мало мне ссоры с моими родителями, а тут еще она.
— Здравствуйте, тетя Женя.
Ну какого хрена я поперлась в наш двор с собакой? Шесть лет, блин, избегала сюда приезжать именно потому, что не хотела случайных встреч с тетей Женей, и на тебе! А она почти не изменилась, несмотря на инсульт. Выглядит молодо и бодро. Ну да, Никита лечил ее в Берлине. Денег не пожалел. И тут
