связи какие-никакие, сгодится, может, еще не раз.
– Проиграл, дружок, признайся.
– Твоя взяла, никуда не денешься.
– Душу сына своего выкупила, согласен?
Качнул, раздосадованный, головой.
Сел на лаву, с горя опрокинул кружку, вытер губы рукавом.
– Скучно мне будет, Марта, так привык к тебе.
– Уговор дороже денег.
– Не против сговора, слово свое держу, только отчего-то думал, что ты перстень попросишь взамен.
–Не настолько глупа, понимаю, что он тебе самому нужен, зачем подставлять друга любезного. Ты и так много сделал для меня. Встреча с тобой перепахала мою судьбу, что поле заброшенное, засеяла сомнениями, надеждой. Теперь я уже не та, что была прежде, стала умнее, хитрее, согласись, что спор выиграла, верно.
Он хмуро отводил взгляд, молча соглашаясь. Делать нечего, выигрыш и, впрямь, за нею.
– Тебе идти пора. – Марта, довольная, начинает собирать в дорогу.
– Знаю. Давай на прощание поцелуемся, что ли?
– Успеется, давай, собирай все, что тебе там сгодится.
Он, молча идет в избу, и через мгновение оттуда такой рев слышится. Марта испуганно вбегает следом и видит, что окно открыто настежь, шкатулка пустая на полу валяется. Вращая свирепыми глазами. – Кто здесь был?– прошипел угрожающе.
– Откуда я знаю. – Пожимает плечами в недоумении. – Все время с тобою была.
Поневоле соглашается, она и в самом деле ни на шаг от него не отходила.
Марта неотрывно глядит на насупившее лицо Сильвана со сдвинутыми бровями, с нервно закушенной нижней губой и не может понять, кто так нагло влез в светелку и забрал перстень. Неужели Клава? Села на лаву, озадаченная.
– Ключ-то твой где? – спросила осторожно.
Пазуху одернул, а там пусто. Неужели обронил во время состязаний. Кто же тогда здесь был и поднял его? Кто осмелился так нагло обворовать самого Черта. И тут его озарило, кто это может быть, кого он с утра дожидается?
– Сын твой приходил, больше некому. – Решительно причмокнул губами.
– Нет, – с горечью махнула головой. – Если бы он был, я бы почувствовала, ни за что не пропустила такой визит, – обиделась не на шутку. – Сердце материнское не подвело бы.
Взмахнул ладонью перед зеркалом и вот уже они видят, что на завалинке, притаившись, парень сидит скукожившись. Когда никого не стало, он потихоньку крадется через окно в избу, подходит к шкатулке, сует что-то в замок и тот легко открывается.
– Вот же он! Ты говоришь, не был. – Сильван недовольно трясет взлохмаченной головой.
Марта ошеломлена, Трофим самым бессовестным способом забрал чужую вещь, подвергая ее неприятности. Ну, что за непутевый такой, все, что плохо лежит, не пропустит, подберет.
– Но это Трофим! Он, кстати здесь был с утра. Уехал в город и зачем воротился, непонятно. Но это не мой сын. – Устало щурит взгляд.
– А это кто? – тычет в зеркало возмущенно, чуть не орет, раздражаясь от непонятливости женской.
–Это всего лишь мой старый знакомый.
– Знакомый говоришь? – шипит сердито. – Так вы сговорились с ним за моей спиной, – вдруг догадывается Сильван.
– О чем? – спрашивает, отрешенно глядя в окошко.
– Как у меня, дурака, перстень выманить.
– Нет, конечно, да и зачем? Если бы хотела, я и так могла бы его забрать, никого, не привлекая в помощники. Ты мне его сам давеча давал. – И вдруг молнией колючей обожгло ее сознание, подхватилась, бросилась к нему.
– Это правда? – со всей силой трясет его за шиворот рубахи.
– Что с тобой, женщина? – пятится назад, растерявшись от неожиданного взрыва эмоций.
– Он – мой сын? – кричит, а в глазах такой ужас.
И затихает, понимая, что таки, да. Вспомнила его недавний поход на кладбище, его сегодняшний приезд, словно случайный. Он же твердил, что его сюда привела непонятная сила, не поверила. Решила, как всегда, лжет. У него же нрав такой, соврет, глазом не моргнет.
Опустошенная, она медленно садится на кровать, нервно приглаживая волосы. Как сердце не угадало? Почему коварное молчало? Почему не оборвалось, ведь столько раз виделись.
– Ты только что уверяла меня, будто все о нем знаешь. Плутуешь, как всегда. – Сильван суетился, лихорадочно потирая руки. – Думаю, ты знаешь, что наше соглашение уже потеряло силу. Вы сговорились с этим жуликом меня надуть. Оставайся, а мы с ним уходим, некогда нам здесь рассиживаться. – Злорадно улыбается. – Хороший сынок у тебя, благовоспитанный. Нечего сказать, весь в бабку. Ничего, ничего, там воспитается, пару сотен годков посидит в чане на огне, станет, как шелковый.
Мыслей угрюмых череда роится в озабоченном сознании женщины.
– Стой! – Хватает его за рукав. – Ты говорил, что тебе одинаково, чью душу с собою взять. Мне нынче предлагал. Знаешь, я согласна. Все равно здесь одна, а там хоть ты рядом будешь. Давай оставим парня в покое, на кой, он тебе нужен. Какой с него толк! Заберем кольцо и вместе бросимся под землю, на тот свет. Представляешь, как весело нам будет! Вот гульнем тогда!
Сильван скривился недовольно, – да весело уже не будет, его душа за долг карточный обещана другим, так что толку мне и впрямь никакого. Тебе придется в их распоряжение поступать, а они играться не будут, скверные, скажу по секрету, черти. Уж если в их руки попасть, не жди послабления. – Засомневался. – А, может, и, в самом деле, вместе что-то придумаем, и ты со мной останешься. Эх, погуляем тогда! Согласен! Так оно даже и лучше. Эх, и глупая же ты, Марта, во имя кого жизнью жертвуешь. Случись бы с ним такое, ни за что не помог бы тебе.
– Откуда ты знаешь? – торопливо оглянулась в последний раз по избе. – Просьбу мою выполни на прощание и все, я твоя! Пошли! – шагнула отчаянно за порог.
***
– Марта? И не одна? Снова с очередным кавалером. Меняешь их, словно именитая дама перчатки. – Горько усмехнулся Антон, когда возникла перед ним неведомо откуда. – Резвишься все? Все шутишь? Не успокоишься никак.
Она, ошеломленная, обращается к Сильвану, – разве об этой встрече тебя просила? Ни к чему нам сейчас лишние проводы.
Нехотя сдвинул плечами. – Ты пожелала, я сделал. Разберись сначала в своих мыслях. Кстати, зная твою подлую натуру, подстрахуюсь. Чтобы не наделала глупостей, я неотступно рядом буду, вон за тем деревом. А чтобы не затянулось надолго ваше свидание, нить твоей жизни у меня в руках останется, по ней каплями душа твоя будет уходить ко мне. Так что поспеши со своими последними делами. Не забывай, ждет нас дорога впереди. Пора домой!
Антон слушал, не понимая значения слов,
– Что за чушь несет твой странный приятель, и что за тон капризный у него?
– Ухожу я! В один конец тропа
