Тина лежала в одном из подвалов, через пару дней уже вернется в строй. А вот графу досталось по-полной, его кромсали и рубили с остервенением, сейчас он лишен практически всех конечностей и находится в полуобморочном состоянии то и дело скручиваемый от подступающей боли. Рисп мертва, ей не повезло, ее взяли на пики изрубив чуть ли не на куски. Леди раскроили череп, чуть ли не на пополам, что уже для «морфа», является смертельной раной.
— Из этих кто остался? — Пошатываясь, я пнул тело одного из стражников, спрашивая подошедшего с докладом семьдесят третьего.
— Стражу всю извели. — Через все его лицо проходил свежий кровавый рубец, все еще кровивший и заставляющий его вытирать рукой бегущую по подбородку красную дорожку. — Под десяток слуг осталось на кухне, еще с пяток баб служанок по покоям отловили, два пацаненка конюха. Больше никого.
— Раненные? — Я устало привалился спиной к стене.
— Среди этих не знаю, наши все организованны по лежакам, как там что, завтра к утру будет ясно, кто еще поживет. — Наклонившись к одному из тел стражников, он оторвал кусок его гербовой накидки, прикладывая к лицу. — Ворота закрыли, но наши все попадали спать, без малого сутки на ногах.
— С оружием хоть спят? — С трудом, но удалось стянуть шлем.
— С такой жизнью скоро и до ветру будут с оружием ходить. — Он невесело усмехнулся.
— Ты тоже иди, вздремни. К вечеру мал мала оклемаются, ставь караулы. — Еле переставляя ноги, двинулся к виднеющейся толпе пленных. — Будем надеяться обойдется.
Народ стоял испуганный, с ужасом взирая на то, как к ним подхожу я. Видимо не только вид, но и кое-какие догадки по поводу моего статуса, наводили их на печальные мысли.
— Такс. — Начал я. — Стоять тут и сопли по лицу нечего размазывать. К вечеру обойти замок, трупы поднять и сбросить со стены, живых как сможете, перевяжете и тащите вон в тот здоровый сарай. Пара баб на кухню. Отставить слезы.
Я прикрикнул, видя, как молодые девицы, начинают свое мокрое дело. Сам готов разрыдаться, а тут еще они голосить надумали. Сил и так нету, с трудом переставляя ноги, двинулся к главному донжону, где виднелись мои люди, войдя внутрь и перешагнув пару спящих легионеров, сам почти рухнул на пол, проваливаясь в темноту забытья.
* * *
Тина умница, без нее я бы не справился. Уже к ночи бледная как смерть, в окровавленной и изорванной одежде, она, разбудив меня, ушла восстанавливать связь с остальной семьей, а так же подогнать к замку два продовольственных обоза из расчетных точек.
Уже сутки из трех на подход солдат Гердскольда мы потеряли, если в оставшиеся два дня мы не успеем уйти в лог указанный на карте Десмосом, нас запрут в замке, словно в ловушке.
Эта ночь так же оказалась бессонной, ночь, когда мы выгребали замок подчистую. На местной конюшне, удалось запрячь лошадей, снарядив две телеги под раненных и награбленное добро. Презренного металла в закромах Норвшлица было столько, что пришлось половину выбрасывать. Крученые с вензелями канделябры, занимающие место, огромные тарелки больше напоминающие щиты греческих героев и прочий «крупняк», сносимый во двор, так и остался лежать невостребованным металлоломом. Брать разрешил с собой только мелочевку и деньги. Ну и завернул, естественно, казну Нуггета, так на вскидку под тонну, золота и серебра местной чеканки монет. Мда уж. Не чета я Когдейру, даже со всеми своими мануфактурами, ничего удивительного, что он покупает себе солдат, а не как я вынужден собирать по своим землям душегубов. Мои то, считай за еду работают, а у него армия в карман денежку кладет, и еще не факт, что то, что я сейчас гружу на телеги, доедет в мои земли. Норвшлиц это дурная кровь из-за моей дурной головы, а ведь еще надо как-то выйти из всего этого сухим, а с такими потерями воевать дальше чистое самоубийство.
Сорок человек, ну пусть даже пятьдесят с учетом легкораненых, это буквально ничего. Еще десятерых я с обозом отправлю назад, этим на восстановление даст бог, минимум пол года надо. При таком раскладе, меня будет бить выходя из замка стража, не говоря уже о идущих по пятам Гердскольдах и пылающего жаждой мести Нуггета, который наверняка уже разворачивает свою чудовищную по местным меркам военную машину в тысячу человек. Эх, мне бы сюда сейчас Гарича, я бы еще пободался, а так нужно бежать и без оглядки. Впрочем, рискнуть жизнью мне еще предстоит, иначе все эти смерти будут зря и я просто, тупо не уйду с обозом.
К обеду, собрав весь строительный инструмент, что был в наличии замка, погрузившись, покинули Норвшлиц, строго выворачивая на запад по укатанной дороге, в этот раз хоть по лесам не пришлось пробираться.
К вечеру с горем пополам, но дошли, здесь уже поджидали люди из моих обозов, что было, кстати и означало, что Тина работает и кое что у нас получается. По крайней мере, голодными не умрем, да и лишняя пара рук пригодится пусть и не бойцы, но мужички крепенькие. Спать народу дал четыре часа, еще по темноте поднимая всех, кто мог стоять на ногах, пологие склоны, поросшие лесом идеальное место для засады. Проблема лишь в том кто подойдет первым, мой расчет был на Нуггета, это было бы идеально, у него сейчас и народа поменьше и внимание рассеяно, как никак дома, да и «свербит» в одном месте от потери такой суммы. Гердскольды хоть и большим числом идут, но как никак на чужой земле, должны и разьезды выставлять и двигаться с опаской, к тому же идут по нашим следам, а в пустом Норвшлице, их ждет куча золотых подносов, пусть командиры покричат немного, да поспорят, кому поднос побольше домой везти.
Лишь бы сам борон не вылез из своего замка в сопровождении мага, а то все мои надежды и чаянья пойдут коту под хвост. Если б не такая катастрофическая потеря людей, мы бы попытались, разделившись ударить с двух склонов, но от этой идеи пришлось отказаться, делая «схрон» лишь с одного края. Часть людей отрядил на траншею прямо по средине дороги, чуть позже ее закроем по принципу волчьей ямы. По тому склону обозные будут, они по команде со склона спустят вал из бревен, которые сейчас рубили в лесу, стаскивая и укладывая в кассеты, для того чтоб по команде выбить клинья, обрушив всю эту махину вниз. Здесь же где будут в ожидании легионеры, особых сверх задач не ставилось, по большому счету все, что сделали, это искусственно нарубив густой зелени, сместили метров на сто ближе «засидку», так как бежать эти лишние, метры было непростительной потерей времени.
Мы успели реализовать все свои задумки практически за день до подхода ожидаемого противника, получив так нужный нам отдых. По утру, занимая позиции и с опаской посматривая то назад себе за спину, то вперед, так как разведка молчала, а своих людей я не выставлял, из-за того, что в любом случае противник придет сюда, другой дороги нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
