class="empty-line"/>
– Колонна целая. Шли ночью?
– Днем шли. Ночью идти невозможно. Ночью мы входили, но фары нельзя включать. Тем более скорость движения очень высокая. Там в пределах 80—100 километров в час идешь. На ночь старались зайти в леса. Одну ночь мы ночевали на берегу Азовского моря.
– Проходили Мелитополь?
– Нет, у нас другое направление, мы шли на Пологи. Гуляйполе. Впереди шла разведка. Арьегард был. Ну как положено.
– А вы где?
– Я в первой машине.
– С одной стороны, вы все видите, а с другой – опасно, если батальон останется без командира.
– К сожалению, да, – произнес Владимир Петрович. – Но в данном случае так.
Я понимал и другое: он не мог вперед себя пустить бойцов.
Карзанов:
– И там мы были приданы к 177-му отдельному полку морской пехоты. Морпехи из Дагестана, город Каспийск. Мы пришли, а из Гуляйполя выбили наших. В марте (2022 года. – Примеч. авт.) Гуляйполе было нашим. Там 105-й полк, осетины. И прислали морпехов. Зашел в штаб 177-го полка, доложил о прибытии. Начал разворачиваться. Часть осталась здесь, остальная стала выдвигаться. Для меня определено было три направления. Чкалово, Дорожнянка и Марфополь, Степановка. Это два населенных пункта, они друг к другу примыкают. Это в центре. Они все перед Гуляйполе. И там я своих выставлял. На небольших высотах. Там были определенные позиции. А у меня было три роты. И получается, как мы только пришли, они все откатились.
– Каспийские морпехи.
– Да. Мы оборудовали полнопрофильные окопы. Блиндажи. Часть заходила в Марфополь, Степановку – в деревни, использовали подвалы. Дома. У меня одна рота непосредственно на участке перед Марфополь, Степановка. Одна рота – Дорожнянка. И одна рота – около Чкалово. Тогда еще применялось понятие батальонно-тактических групп. БТГ. Потом их отменили, с мая, кажется, 2022 года. Получилось, по центру была вторая батальонно-тактическая группа, там командир батальона погиб. И был исполняющим обязанности капитан. Вот он был старшим на этом направлении. Морпеховский. Он отвечал. На третьем направлении на Дорожнянку у них не было третьего батальона, его не существовало. Поэтому там все держалось на мне.
– Понял, в направлении на Дорожнянку.
– Несколько было бойцов от морпехов, типа отделения… Короче, от Чкалово до Дорожнянки около тридцати километров по линии фронта мой батальон. В Дорожнянку я выставил одну роту. И в Чкалово – одна рота. Тридцать километров держали.
– На тридцать километров один батальон – это ни о чем! Между ротами можно пройти.
– Слава богу, потом все заминировали. Я мотался. Каждый день по крайней мере в двух ротах я бывал.
– Связь была?
– Практически нет. По связи занятия с нами проводили, готовили, но ее использовать там невозможно. Она тут же накрывалась хохлами. Она очень хорошо вычислялась. Морпехи мне выдали радиостанцию, которая не светится, но аккумулятор садится быстро. У меня было с собой два генератора, и все это со временем как-то разрешалось. Но протяженность большая.
– Да, невозможная! Один опорник другого не видит.
– Да и логистика была тяжелая, – рассказывал Владимир Петрович. – Надо обеспечить продуктами, лекарствами. Так вот 24 апреля мы там оказались, а 25 апреля мы уже развернулись.
– И дальше: столкновения…
– Столкновений прямых не было.
6 мая 2022 года. Бой за Червоное
– А хохлы знали, что там вы? – спросил я.
– До 6 мая не знали. Они знали, что морпехи каспийские, а про нас нет. После 6 мая они узнали.
– А что произошло 6 мая?
Карзанов:
– 6 мая у нас был штурм населенных пунктов, и мы пошли. У нас была задача отвлечение сил противника от Донецкого направления. В основном наступление планировалось по центру. Это Марфополь, Степановка, но чуть в стороне. Там огромные поля километр на километр, квадратные. И лесополосы. Все поля были засеяны рапсом. Местами трава невысокая, а потом в человеческий рост. Поднялся он. Хохлы регулярно накрывали «Градами». Выжигали. Постоянно обстреливали села. У них не принято хранить на элеваторе. Разве что в Мелитополе. А так в деревнях огромные склады. Они их обстреливали, поджигали. Это ориентир для них хороший. И вот хранилище горит. Идешь, а вокруг дым. Тем более все склады находились в пределах населенных пунктов. Ширина – несколько десятков метров, и длина – несколько десятков. И все это зерном заполнено. И горит. Дымит. Долго…
– И как вы там?
– Вот я батальон развернул. Предвиделось наступление в составе роты, но была сборная рота. Потому что держать линию обороны все равно надо. Ведь наступление на Червоное, а там еще есть Зеленый Гай.
Я посмотрел на карте: наступление справа от Гуляйполя, обходя его.
Карзанов:
– Так шли на Червоное, дальше Зеленый Гай… У них очень много населенных пунктов на Украине, и в разных районах они повторяются. Червоный Гай, Червоное, Зеленый Гай, Малиновка, они меняются. Мы тогда не особенно знали, а нас втемную использовали. Надо было Червоное взять. Но там оказался очень хороший укреп. То есть там раньше были оборудованы наши позиции, когда туда заходили. Хохлы залили бетоном. Потом, когда я выяснял у тех, кто остался. Одно отделение зашло в Червоное. Многие ранения получили, кто-то погиб сразу. Двое получили по два, по три ранения. А назад нужно два километра выходить, сами остались. Причем молодых назад отправили сразу, сказали: «Идите за подмогой». Они: «Нет, мы с вами». – «Нет, идите». Они остались, чтобы ребята отошли. Вот тогда хохлы узнали, потому что у одного командира отделения, который зашел в Червоное, он погиб, у него с собой была небольшая записная книжка, где он записывал что делали. Ну как журнал боевых действий я вел для себя, так и он. И эта записная попала к хохлам. Они же на территории хохлов были. И узнали, что пришел «Барс».
– Ребята там погибли?
– Погибло 12 ребят. Кто там, кто в поле. Короче, такая ситуация после этого боя, где фактически, нас подставили.
– Что, шли втемную?
– Там не только втемную. Во-первых, начнем с того, что надо было разминировать. Так по уставам написано: перед наступлением саперы должны разминировать полосу наступления. Они очищают от мин и от растяжек.
– А саперы морпеховские.
– Да, это участок ответственности морпехов, и саперы должны были убрать. Мины снять.
– И вы пошли по полям…
– Но там не поля. Там накануне у меня командир батареи подорвался на мине. Руку оторвало.
– Мины… Все в теории хорошо, а никто этим не занимался.
– Мины накидали…
– Да все в том, что не было опыта. Я это изложил в рапорте, за что потом и получил… – вздохнул. – Там лесопосадки, поля были
