отец. Мне не сложно, а он проникся. Ведь так? — перевел он взгляд на свою жену.
— Скорей удивился. Но в нашем случае это нормально, — ответила Акако.
— Он слишком нагл, — решил не продолжать эту тему старейшина.
— Я бы сказала — горд. Наглеть он начал после прихода Торемазу, — покачала головой женщина.
— Это да. Достойный молодой человек. Но все равно нагловатый.
— Я не понял, отец, так он тебе понравился или нет?
— Понимай как хочешь. Но я не баба, чтобы мне нравились парни.
— Как же с тобой трудно, — вздохнул Юдсуки. — Но хоть что-то конкретное ты можешь сказать?
— Если он все же получит герб, а все к этому и идет, то будет на кого скинуть Тори-тян. Если же нет… — задумался дед. — Появляются интересные варианты.
— Кхм-кхм. М-да. Акако?
— Как вы и сами поняли, умен. А вот дальше интересней. Он весьма посредственно знает этикет.
— Что-то незаметно. Да и к чему ты это? — не понял хозяин кабинета.
— А к тому, что мы недавно наблюдали аристократическую кровь энного поколения в действии, — пояснила Акако. — Она же, скорей всего, и давила на его гордость. Вот вы, Такеши-сан, — обратилась она к старейшине рода, — можете себе представить подростка, простолюдина, без должного воспитания, переругивающегося с вами на деловом ужине? Не переходя грань дозволенного?
— Не зря же он живет в квартале Кояма? Наверняка нахватался там всякого, — ответил тот.
— Вот именно, что всякого. И именно что нахватался.
— Так, может, к демонам то, что его родителей изгнали? — спросил Юдсуки у жены и отца. — Такой парень и нам пригодится.
— Нет, — произнес Такеши. — Кояма могут себе это позволить, а вот нам рисковать репутацией не стоит.
— Да и у Кояма на него, вполне возможно, свои планы имеются, — добавила женщина. — Да без всякого «возможно» имеются. Не хотелось бы вставать им поперек дороги. Выдать за него Тори-тян — это одно, а вот взять его в клан может и аукнуться.
— Ладно. Я понял вас. Что еще можешь сказать? — спросил Юдсуки.
— Складывается впечатление, что на сам договор ему… — замялась Акако. — Он не сильно для него важен.
— А вот это интересно. И странно… Отец, сможешь узнать, насколько он зависит от Кояма… в деловом плане?
— Попытаюсь, — пожал плечами старик. — Но навскидку, из того что я уже знаю, никак не связан.
— Да, ты говорил. Но удели этому вопросу более пристальное внимание. А я посмотрю, с кем из аристократов он вообще связан… И почему мы не заметили его раньше? — задал он риторический вопрос. — Есть еще что-то?
— На первый взгляд, все, — ответила ему женщина.
— Слишком много внимания этому парню, — произнес старейшина.
— Ну, — пожал плечами глава клана, — чего не сделаешь ради любимой племянницы.
Эпилог
В совершенно пустом зале дорогого ресторана за одним из столов сидел молодой мужчина европейской внешности. Одетый в белую рубашку, черные брюки и черную же безрукавку, он чем-то напоминал официанта. Только вот брошь с камнем небесного цвета в обрамлении белого металла, приколотая у него над сердцем, даже неучу говорила о больших деньгах, которые официанту вряд ли заработать.
— А неплохо получилось, — покрутил мужчина тарелку с бифштексом. — Какой я молодец. — И, оглядев стол перед собой, заметил: — Чего-то все же не хватает. Или наоборот — лишнее, — уперся его взгляд в графин с соком. — Да и ладно, — махнул он рукой. После чего, взяв в руки столовые приборы, начал, собственно, трапезничать.
Ел мужчина не торопясь, да и некуда ему было спешить. Смакуя каждый кусочек аппетитного на вид мяса, он время от времени бросал взгляды на потолок зала.
— Все-таки чего-то не хватает, — произнес он в никуда, отрезая очередной кусочек. И, оглядев совершенно пустой зал, стены которого терялись в полутьме, закончил: — И даже понятно, чего. М-да. — И вдруг замер с поднятой вилкой. После чего, так и не пошевелившись, медленно скосил взгляд куда-то влево. — Ва-а-у-у, — протянул он, — какая неожиданность. А уж как в тему, — и продолжил есть.
Примерно через минуту после высказывания мужчины прямо из воздуха рядом с его столиком материализовалась фигура японца в традиционном мужском кимоно.
— Ну что ты так удивленно оглядываешься? Присаживайся, — прямо вилкой указал ему европеец на стул напротив себя.
— А что… — начал только что появившийся человек, но, собравшись, слегка поклонился сидевшему и произнес: — Шинигами, к вашим услугам. Не могли бы вы пояснить, где я и кто вы?
— Знаешь, — произнес тот, прожевав кусок мяса, — я бы мог продемонстрировать тебе весь свой опыт куртуазного общения, но как-то лень. Так что давай заканчивай с поклонами и садись. — Однако японец продолжил стоять, с вежливой миной наблюдая за европейцем. — Ну ты… — запнулся «официант», — зануда. Тебе никто об этом не говорил? — А в ответ молчание. — Сядь, — повеяло мощью от сидящего. — Не нервируй меня. — И, дождавшись, когда сглотнувший японец присел напротив него, представился: — Николай.
— Кхм, — прокашлялся шинигами. — Довольно… простое имя.
— Это только кажется, — покачал головой Николай. — В любом случае именно так меня назвали мама с папой. — И через секунду добавил: — При первом рождении. Самом первом.
— Победитель народов, — пробормотал севший гость.
— Да. Есть у моего имени и такое значение, — оторвался от еды хозяин данного места.
— Это что-то значит? — осторожно спросил шинигами.
— Ох, — махнул рукой Николай, — я в своей жизни столько всего делал. И народы побеждал тоже. И расы, и миры. И крестьянином был, и императором. А вообще меня в честь деда назвали. — И, прожевав очередной кусочек мяса, спросил: — Так что насчет твоего имени?
— Мне бы не хотелось врать, а называть незнакомцу истинное имя… не очень логично.
— Резонно, — кивнул Николай. — Только вот я не незнакомец. Ты просто меня не узнал.
— У меня очень хорошая память, — произнес осторожно шинигами.
— Верю, — кивнул парень. — Просто я сейчас выгляжу… иначе.
— Может, тогда и имя мое знаешь?
— Конечно, знаю, — кивнул Николай, отрезая кусок от бифштекса. — Да вот беда, когда я рассылал вас по мирам, вы все были на одно лицо, — ответил он хитро. — Новорожденные они такие.
Всего мгновение хватило шинигами, чтобы осознать.
— Господин! — упал он на одно колено.
— Ой, да ладно тебе. Создатель — да. Папаша, можно сказать. Господин? Нет, совсем нет. Да и, как ты можешь видеть, я немного… ослаб, скажем так.
— Для нас вы всегда будете Господином, — так и не поднялся с колена шинигами.
— Встань, Страж, и присядь.
— Иинсани, Господин. Имя, данное мне вами при рождении.
— Ну, вот и представились. Да ты садись, садись.
Встав с колена, с абсолютно ровной спиной, шинигами
