капель какой-то жидкости на крышку корзины. Быть может, у Джуп от усталости кружилась голова, но ей показалось, что капли эти светились в темноте молочно-белым светом, а корзина, едва только они пролились, задрожала и заходила ходуном.
— Он поит змей кровью молочаев! — прошептал принц. Прозвучало это и торжественно, и пугающе — как будто речь шла о древнем мрачном ритуале.
— Фу! — не удержалась Джуп.
— И не говори! Мерзкий обычай!.. — согласился Ноа. — Никогда не доверял тем, в чьих жилах течет молоко. Что Молочаи, что Тараксакумы — дрянь с пустырей, с обочин дорог!.. Им нечего делать в благородных лесах и древних болотах!.. О! Негодяйский господин Ранункуло собрался с силами и готов дальше шпионить! Приготовься, Джуп. Сейчас мы пропляшем через всю лощину, да так, что огры с визгом разбегутся!..
И не успела Джунипер ничего ответить, как уже вновь мчалась вприпрыжку сквозь толпу машущих руками, ногами, лапами и хвостами лесных жителей — ничего не видя из-за мелькания огней, ничего не слыша из-за оглушительной музыки!..
И надо же было такому случиться, что во всем этом мельтешении и шуме именно она первой заметила Фарра. Лодочник, нацепив на себя множество венков и несуразную соломенную шляпу, отплясывал у большого костра, подыгрывая себе на свирели, пронзительный звук которой легко угадывался в шуме развеселой праздничной музыки — так зазубренный нож безжалостно взрезает сочный пирог или же острый шип вонзается в босую пятку странника. Словом, голос свирели, возможно, не был приятным, но не терялся даже среди песней и танцев Гостеприимной Ночи.
— Вот же он! — вскричала Джуп, вцепившись в принца так, что тот на мгновение завис над землей. — В огромной шляпе!
— О, будь я проклят… То есть, проклят я есть! — взвыл от досады Ноа, оглянувшись. — Из-за этой шляпы его невозможно не заметить!
— Должно быть, он ее надел, чтобы замаскироваться, — неуверенно предположила Джунипер.
— И теперь все только и таращатся на эту нелепость!.. — застонал принц. — Ранункуло ни за что его не пропустит, если доберется до этого края лощины…
Не успел он это сказать, как золотые кудри Отравителя блеснули совсем неподалеку — он, без сомнения, направлялся именно в сторону ничего не подозревающего Фарра.
Глава 49. Танец Джуп Скиптон и Ранункуло-Отравителя
Почуяв близость провала, принц Ноа, разумеется, мог бы трусливо воскликнуть: «Все пропало!» — и сбежать со всех ног. Джунипер уже поняла, что подобное было вполне в его духе. Но также Ноа мог преисполниться гневом, яростью и презрением; объявить, что подлый шпион ни за что не получит Фарра — и ринуться в бой, не думая о последствиях. Как оказалось, Его Цветочество вполне способен и на это. Приступы малодушия чередовались в нем с приступами бесстрашия совершенно непредсказуемым образом.
Однако принц решил в который раз удивить Джунипер — и сделал и то, и другое одновременно.
— Джунипер Скиптон! — обратился он сурово к своей придворной даме, не переставая приплясывать, но каким-то образом ухитряясь выглядеть так властно, словно восседает на королевском троне. — Поручаю тебе любой ценой задержать Ранункуло!
— Что? — воскликнула бедная Джуп, никак не ожидавшая подобного приказа, и оттого тут же сбившаяся с шага. — Но как?!..
— Уж придумай что-нибудь! Прежние мои придворные дамы знали, как во время балов и танцев отвлечь гостя от самых важных дел, — не без язвительности заметил Ноа, и, совершив изящный поворот с полупоклоном, отступил на шаг назад, показывая, что завершил свою танцевальную партию.
— А что же собираетесь делать вы, сударь?! — возмутилась Джунипер, от обиды забыв обо всякой почтительности. — Неужели вы собираетесь удрать со всех ног?
— Я, в общем-то, не должен тебе ничего объяснять, — надменно ответил Ноа, расщедрившись на прощальный взгляд вполоборота. — И хорошо запомню, как ты посмела усомниться во мне! Но раз тебе недостаточно моего приказа, то скажу: я намерен спасти наши жизни. И для этого мне понадобится сделать кое-что поопаснее, чем обменяться с Ранункуло парой кокетливых взглядов, наступив ему перед этим на ногу!..
— Мне нужно наступить ему на ногу?! — охнула Джуп. О Ранункуло-Отравителе она сегодня услышала достаточно, чтобы понять — опаснее существа она еще в жизни не встречала.
— Наступить на ногу, толкнуть, пролить пунш на его жилет, — раздраженно отмахнулся принц. — Неужто ты совсем не знаешь, как завязать разговор во время пирушки? Быстрее, Джунипер! Он совсем рядом!.. — и, произнеся это, Его Цветочество волшебным образом исчез, растворившись среди танцующих пар. Оставалось только надеяться, что принц не соврал и в самом деле собирался предпринять что-то спасительное, а не бросил свою растерянную приспешницу окончательно.
Но, к счастью, у Джуп не было не только представления о том, как действовать, но и ни минуты на раздумья: упусти она Ранункуло из виду — и спустя пару мгновений он найдется рядом с Фарром!.. Действовать следовало без промедления, позабыв о страхе перед зловещей славой придворного Отравителя дамы Эсфер — но такое легче сказать, чем сделать.
Сама Гостеприимная Ночь, казалось, пыталась помочь Джунипер, в очередной раз подослав к ней разносчика вина — он удивительным образом вынырнул из самой гущи танцующих, не пролив ни капли из кружек, дымившихся на подносе. «На ногах я и так едва держусь, — подумала Джуп, — а вот поднабраться храбрости мне просто необходимо!» — и она опрокинула кружку почти так же лихо, как это делал принц Ноа.
В голове зашумело сильнее прежнего, огни закружились, музыка стала еще веселее, и если храбрости не прибавилось, то уж разумные мысли окончательно улетучились. «Зачем придумывать всякие хитрости? — принялся хихикать у нее в голове кто-то смешливый и нахальный. — Все равно ничего толкового ты не сообразишь! Хватай негодяя, да держи — недаром принц столько раз жаловался, что руки у тебя слишком здоровущие!..»
Выпитого оказалось достаточно, чтобы Джунипер сочла этот совет полезным.
— Эй, сударь! — закричала она, бросившись наперерез Ранункуло и преградив ему путь. — Стойте! Да, да! Именно вы, господин с золотыми волосами!..
— Чего вам, сударыня… э-э-э… лягушка? — несколько растерялся Ранункуло, отпрянув от нее.
— Хочу, чтобы вы со мной станцевали! — объявила Джуп, и подбоченилась.
— Весьма признателен, что вы сочли меня достойным… достойным подобной чести, — Ранункуло еще немного попятился. — Но, увы, я
