стеной что-то глухо упало, а потом дверь со скрежетом отворилась.
Рантар поразмыслил, разглядывая зияющий чернотой проход. Людей в нем не было видно, и не хотелось стать жертвой пик, которые ему могут воткнуть между ребер. Потом он вздохнул.
«Ему интересно, сначала Семер будет слушать».
Трудно было сказать, поверил ли Рантар в собственные слова. Он кивнул проводнице, чтобы она оставалась снаружи, и спрятал топоры, делая шаг вперед.
Глаза, успевшие привыкнуть к полумраку, уловили движение. По бокам стояли три фигуры в одежде доходяг, только шлемы успели нацепить. Один держал копье, второй – арбалет, третий был без шлема, лишь молча смотрел на Рантара, скрестив руки. Наверняка с ним Рантар и говорил.
– Если хоть что-то выкинешь, мы вас всех убьем.
– Понимаю, – пожал плечами Рантар. Он готов был сделать то же самое.
Они двинулись вперед по небольшому проходу, и впервые под ногами Рантара оказались обтесанные булыжники. Он шел так быстро, что готов был обогнать своего провожатого. Очень скоро проход привел их в небольшое помещение, в котором слабо подрагивали факелы, а воздух был чуть суше, чем в остальных местах. Костер разожгли прямо возле стены, а из мебели тут был лишь старый стол с подсвечником и стул.
Поблизости стояло еще трое охранников, такие же доходяги, хотя в глубине их глаз играл тусклый огонь. Видимо, те самые бедолаги, что таскались за Семером из битвы в битву, из канализации в пещеры. Обычно когда люди видели Рантара, им становилось страшно, некоторые пытались хорохориться, но эти почти замерли в воздухе, как бледные тени. Будто их уже ничто не могло ни удивить, ни напугать. Трудные противники.
Рантар продолжал прикидывать, как может выглядеть бой, если все пойдет не по плану, но было слишком трудно сосредоточиться. Как поведут себя Имва и Виктория? Какие сюрпризы подготовил Семер? В дальней стене была пара дверей, и Семер мог запросто спрятать там подкрепление.
Самого генерала он узнал с первого взгляда, хотя жизнь того заметно потрепала, будто старое военное знамя. Семер сидел как обычно, небрежно откинувшись на стуле, будто его застал проситель в тронном зале. Кафтан истрепался и покрылся заплатами, зато пряжка с изображением лилии была натерта до блеска. Лучшие годы прошли не только у кафтана. Лицо Семера вытянулось, щека была перевязана, а волосы превратились в седую щетку, заколотую сзади в короткий хвост. Лишь ехидная усмешка пережила годы, запечатлевшись на его губах, как на статуе.
– Антар! В последний раз я видел, как ты лихо отсекаешь головы нашим дорогим соотечественникам.
– Большой вопрос, кто из нас угробил их больше.
– Ты прав. Хотя с Рантаром Черной Смертью конкурировать не так просто. Стараюсь изо всех сил.
– Я заметил.
С Семером никогда нельзя было знать, шутит он или говорит серьезно. Говорит правду или лжет. Наверное, поэтому он сидел перед Рантаром живой, в отличие от многих, кого ему пришлось отправить в грязь.
На столе были кое-как навалены бумаги, включая карты. Было бы странно, если бы Семер хоть на секунду бросил свое любимое занятие. Тем временем тот лишь слегка скользнул взглядом по его спутникам, но Рантар с удовлетворением отметил блеск любопытства, который Семер пытался скрыть. Пожалуй, даже хорошо, что они взяли с собой петуха. Так Семер всю голову себе сломает, пытаясь понять, что все это значит. Будь сейчас другие обстоятельства, Рантар бы даже рассмеялся.
Стоило отдать Семеру должное, тот ничем не выдавал своего удивления. Если существовало что-то, что Семер любил больше сражений и интриг, так это позерство заправского театрала.
– Признаться, больше я мог бы удивиться, только если бы сюда постучала сама Доротея. Или Безымянные боги.
Про амевана и Викторию Семер не сказал ни слова, будто их здесь и не было.
– Не один ты любишь эффектные появления.
– Признаюсь. Удивлен, – Семер поднял руки, улыбаясь. – Чем обязан визиту?
У Рантара занялось дыхание. Перед глазами проносились картинки: падающий сын, манящая улыбка Доротеи. Ему бы прочистить горло, но любой разговор с Семером представлял собой шахматную партию. Даже если ты не собирался в нее играть. Рантар начал говорить, борясь с першением в глотке:
– Я больше не с королевой. И мне нужен сын.
Получилось проще, чем казалось. Рантар выжидательно посмотрел на бывшего командующего армиями Истрии, на лице которого не изменилось ровным счетом ничего.
– Так-так, – Семер побарабанил пальцами по столу. – Так-так.
Он снова скользнул взглядом по спутникам Рантара, потом посмотрел на свои карты, и, наконец, его губы растянулись в улыбке.
– Выходит, слухи не врут. Вот почему Доротея рыскает, как гончая, по округе. Ты еще раз впечатлил меня, Антар! Редко кому это удается.
Семера можно было назвать даже счастливым, измотанное лицо будто сбросило разом несколько лет. Он даже позволил себе мечтательно взглянуть вдаль. Спина распрямилась, будто он и не прятался в затхлом, сыром подвале с низкими потолками.
– И ты пришел сюда, потому что?.. Нет, не говори! Я догадаюсь! Ты не знаешь, где твой сын сейчас? Где королева его прячет?
– Верно. А ты должен знать.
– О, я знаю. Прятать людей она умеет, я оценил ее шаг. Если бы легионами командовала она, а не этот дубина Феликс, я бы, наверное, тут не сидел.
Рантар мало обращал внимания на разглагольствования Семера. Он услышал главное. Сердце подпрыгнуло и забилось в десятки раз быстрее. Даже голова немного закружилась. Еще мгновение – и он готов был подняться в воздух. Вот он, тот самый момент, которого Рантар так долго ждал. Фило жив, он не ошибся. Еще один шаг – и Рантар вернет сына.
– Что ты хочешь в обмен на информацию? – глухо спросил он.
Семер прищурился. Эта улыбочка начала Рантара порядком раздражать. Он успел позабыть, настолько генерал упивался самодовольством. Он, наверное, даже не ел: его поддерживала мысль о том, с какими идиотами ему приходилось иметь дело.
– Деловой подход черного тюльпана. Одобряю. Признаюсь, вы, тюльпаны, всегда казались мне несколько архаичными. Но ты и Эфил – странные даже по меркам тюльпанов. Перестали сражаться за правую сторону и перешли к врагу.
Рантар чуть не дернулся от упоминания прежнего звания, но смог сохранить самообладание. Про Эфила, бывшего наставника тюльпанов, он не слышал уже давно. Что могло толкнуть того на такой шаг, оставалось только догадываться.
Рантар прекрасно знал, на что шел, с кем связывается. Вполне естественно, что Семер радуется новой возможности, будто сам все спланировал.
– Я достаточно стар, чтобы не сражаться за правую сторону.
Можно было, конечно, сказать про Эстебана. Что Рантар помогает ему в делах восстановления
