Голубые светлячки все также порхали надо мной, лишь опустившись немного ниже, чуть ли не касаясь моей кожи. Я приподнялась, прижав руку к своей груди. Боль исчезла, оставив после себя лишь напряженную пустоту. Голова была совершенно ясной, не пропуская к себе ни панику, ни тревогу. Что-то изменилось. Я изменилась. Правда отрезвила, а смерть стала долгожданной пощечиной, необходимой, чтобы привести меня в чувство.
Дверь в помещение дрогнула как под тараном. Еще удар и дерево кое-где треснуло, сдавая свои позиции. Я постаралась отползти немного подальше, ожидая еще одного напора, который бы разнес древесину в щепки. Но его не последовало. С минуту стояла полная тишина, когда дверь вдруг распахнулась сама, впуская Хорса, за которым по пятам следовал Орк, вытирая грязным рукавом куртки свое окровавленное лицо.
Мужчины замерли на пороге, внимательно изучая меня, но я отвела взгляд, не позволяя им прочитать в глазах все мои чувства. Хорс прошел вперед, громко стуча каблуками ботинок по плиткам, остановившись прямо напротив.
- Посмотри на меня. - Его голос стал мягким и успокаивающим, лишенным каких-либо командных ноток.
Я вскинула свой взгляд ему навстречу, в ответ бессмертный улыбнулся, отчего его лицо разгладилось, позабыв прошлую жестокость.
- Все хорошо, Диана. Теперь все кончено. - Бессмертный неотрывно смотрел на меня, протянув свою руку, чтобы помочь мне подняться.
Из коридора донесся звук борьбы. Орк заметно напрягся, развернувшись к выходу, готовый атаковать. Вокруг повисла выжидательная тишина, которая, казалось, затянулась настолько, что не выдерживали нервы. Наконец до нас донесся еле различимый шорох, и что-то круглое выкатилось из темноты проема, остановившись только у ног громилы. Я присмотрелась, а потом резко дернулась в сторону, на полу лежала отрубленная голова блондина, что запер меня в этой зеркальной тюрьме. Его глаза до сих пор моргали, а рот открывался, словно пытаясь что-то сказать.
Орк зарычал, оттолкнув ее от себя одним ударом ноги, словно играя в футбол. В комнату вошел Эндж, злобно скалясь и не сводя глаз с безобразного бессмертного. Они походили на двух хищников, кружащихся друг против друга и выискивая слабые места противника. Через пару мгновения за спиной моего наставника возникли Феб и Энки, держащиеся гораздо спокойнее. Они обвели комнату взглядом и замерли, увидев меня на полу. Мужчины быстро переглянулись и сосредоточились на Хорсе, решив окружить его, обойдя с двух сторон.
- Господа, - взмахнул руками тот, отчего оба бессмертных отлетели на метр назад, но все-таки устояли на ногах. - Оставим драку на потом. Мы с вами присутствуем при эпохальном событии. Столько веков борьбы и наконец это свершилось. Вы так упорно боролись за удержание границ, тогда как сами стали причиной их развала. Наверное, печально.
Все вокруг замерли в ответ на его слова. По лицам моих недавних друзей проскользнул нескрываемый ужас. Они переводили взгляд с меня и на почерневшее зеркало, не веря в происходящее.
Я ничего не могла понять, способная думать лишь о том, что мой убийца находится в этой комнате, все еще безнаказанный за содеянное. Ярость билась внутри такими обезумевшими волнами, походя на безжалостное цунами. Она собиралась разрушить меня до основания, пока пыталась найти выход наружу.
Но звонкий треск, разнесшийся под сводами помещения, заставил меня отвлечься от нестерпимого желания мести. Зеркало за моей спиной начало выгибаться, распуская по своей гладкой поверхности сотни тонких паутинок, которые становились все четче и глубже.
- Наша милая девчушка пала жертвой вашего невежества, - продолжил Хорс, положив свою тяжелую горячую руку на мое плечо. Я вздрогнула, но не отстранилась. - Не смертная, но еще и не Феникс. Сколько человеческой боли и бессмертной энергии в одном ключе. Всего одна смерть и граница в руинах. Смерть бессмертной - какой каламбур. Эндж, скажи, это обидно проигрывать лучшим? Своими руками нарушить равновесие?
Лицо моего наставника потемнело от злости, он старался держать себя в руках, но его губы сжались в тонкую линию, глаза прищурились, а на скулах заходили желваки. Мужчина стоял на грани, готовый наброситься на любого без разбору, поддавшись своим эмоциям.
- Да здравствует ваше безрассудство и ограниченность, - захохотал Хорс, даже зааплодировав от восторга. - Все было предрешено изначально, и вы стали лишь крысами в нашем лабиринте. И отдельная благодарность тебе, Эндж. Без твоих наклонностей серийного маньяка, мне бы ничего не удалось. Мы празднуем победу, а вы готовьтесь принять поражение.
Треск стал оглушительным, полностью заполнив собой небольшую комнату. В воздухе повисла вибрация, которая ощущалась даже физически. Зеркала вокруг задрожали, создавая вместе зловещую мелодию, от которой похолодело внутри. Граница пала. Черное зеркало вздрогнуло в последний раз и посыпалось на пол сотнями мелких осколков.
Наш мир вокруг замер в ожидании гостей. Хорс и Орк, в отличие от остальных, смотрели с предвкушением, словно дети в канун Рождества, я же разделяла ужас, что застыл на лицах Энки и Феба. Эндж хранил безразличие, в его правильных чертах читалась запредельная жестокость. Взгляд наставника скользнул по мне и тут же вернулся к черноте разрушенного зеркала.
Отражения присутствующих в уцелевших гладях ожили и, больше не слушая своих хозяев, двинулись по кругу гладких стен. Первым в голубоватый круг света выступил Энки, следом шел Феб. Они тут же направились к своим зеркальным копиям, их лица исказились, превратившись в ужасающие маски чудовищ, которыми глупые родители пугают непослушных детишек. Бессмертные напряглись, но не отступили, готовясь принять на себя удар.
Я оглянулась, заметив, как рядом с Хорсом и Орком останавливаются их двойники, потирая руки в предвкушении расплаты. Мое отражение и Энджа появились последними, прямиком направляясь к моему наставнику. Девушка на секунду обернулась, бросив на меня сочувственный взгляд, а потом сосредоточилась на бессмертном, изогнув губы в хищной ухмылке.
Хорс наклонился ко мне, легонько потрепав по плечу, чтобы привлечь мое внимание.
- Теперь твой черед. - Прямо передо мной на каменном полу из ниоткуда возник длинный острый клинок с позолоченной рукоятью, в центре которой сверкал бесчисленными гранями кроваво-красный камень. - Ты знаешь, что с ним делать.
Я проследила за его взглядом, увидев, как Эндж отступает к стене, прикрывая свою спину, когда отражения надвигались на него, делая пробные выпады, чтобы разрушить его концентрацию. Да, мне не нужного было ничего объяснять. Чтобы сейчас не произошло в этой комнате, значение имело совсем другое. Мой убийца стоял так близко, что я могла видеть глубокую морщинку, залегшую между его бровей, когда он пытался решить, как справиться с нападавшими. Теперь моей целью была месть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
