Читаем без скачивания Александр Н. и месть волшебного мира - Jero3000

— Кто здесь? — раздался тихий девичий голосок.

— Сьюзен? — Саша еле ворочал языком. — Ожила? Вот и хорошо.

— Гарри Поттер? — вопрос эхом отдавался от каменных стен, а затем раздались нетвердые шаги. Пошатываясь и стараясь не упасть, Сьюзен шла к нему.

— Не смотри на змею, — предупредил Саша, но Василиск был уже не так опасен. Черный туман, видимо, был следствием какого–то странного заклятия, потому как змей выплюнул дневник и теперь пошатывался. Стоило Сьюзен подойти к Саше, как тварь прошелестела что–то невнятное и с грохотом рухнула на пол.

— Что здесь произошло? Я ничего не помню, — в глазах у Сьюзен был страх. — Я не могу вспомнить, что было в этом году.

— Мы в Тайной Комнате, — пояснил Саша. — И судя по всему, я скоро двину кони, так что слушай внимательно: топай отсюда, и поживее. Коридор только один и ведет к трубе. Как по ней ползти — не знаю, так что придется покричать, чтобы тебя услышали. Кричи прямо в трубу, там звук лучше распространяется.

— А ты? Ты ведь не можешь умереть! Ты же Гарри Поттер! — в сердцах воскликнула Сьюзен.

— Значит херовый из меня Гарри Поттер, — вздохнул Саша, чувствуя, как кровь гудит в ушах, а в висках набатом стучит одно лишь слово: «Домой, домой, домой».

— Но профессор Дамблдор не мог нас тут бросить! — Сьюзен плакала и не желала уходить.

— Не мог, — кивок, чтобы успокоить рыдающую Сьюзен. — Не мог — не мог, скоро он что–то придумает.

Сьюзен всхлипнула и оглянулась на агонизирующего змея.

— Он не мог нас бросить, — пробормотал Саша, падая на каменные плиты пола. В этот же миг откуда–то раздалась музыка. Странная и потусторонняя, она заполняла все клетки тела, подобно яду Василиска, но вместо страха и боли она приносила радость и успокоение.

— Вот, в моем доме уже играет музыка, — констатировал Саша заплетающимся языком. — Я, конечно, ее еще слышу, но это ненадолго.

— Я тоже ее слышу, — озадаченно пробормотала Сьюзен, поднимая голову вверх, глядя на источник звука, которым оказалась огромная ярко–красная птица. Она появилась прямо над ними, на колонне, и грациозно порхнула вниз. Она что–то сжимала в лапах, какую–то древнюю тряпицу.

— Это феникс, — восхищенно выдохнула Сьюзен, и Саша попытался рассмотреть пернатое. Но глаза его уже практически ничего не видели, лишь размытые очертания и разноцветные пятна. Черное — Сьюзен, красное — птица, серое — то, что несла она в лапах. Ношу свою феникс уронил Саше на грудь, а сам уселся на холодном каменистом полу и склонился над раненой рукой.

— Это очень редкая птица, — принялась рассказывать Сьюзен, — и очень ценная. Тетя рассказывала, что слезы феникса обладают целебной силой. Его точно прислал Дамблдор.

Голос Сьюзен пробивался словно через вату, но Саша чувствовал, как стихает жар, расползавшийся по руке. Он закрыл глаза, ожидая наступления конца, но конца не последовало. Зато прошло головокружение, и Саша смог открыть глаза. Открыл — и тут же поразился четкости картинки.

— Целебной силой, говоришь? — он взглянул на излеченную руку, мокрую от слез птицы, и попробовал сесть. Сьюзен помогла ему опереться спиной на колонну. Сидеть было неудобно, колени уже окаменели, и начали затекать ноги выше колен.

— Секундочку, — пробормотал Саша и взял в руки тряпицу, оказавшуюся шляпой.

— Здравствуйте, молодой человек, — раздался в голове ехидный голос. — Так вот, что вы подразумеваете под благоразумием? Это вы называете: «Не лезть на рожон»?

— Ох, давайте не будем об этом, — попросил Саша. — Вас прислал директор? Он вернулся? А нам как вернуться?

— Для этого есть феникс. Они могут переносить достаточно тяжелые грузы, так что два второкурсника покажутся ему двумя пушинками.

— Спасибо. Но зачем здесь вы?

— Затем, — ехидно ответила Шляпа. — Василиск еще жив, как вы думаете?

— Думаю, да, — Саша приподнял широкие полы шляпы и взглянул на змея, который бился и мотал головой. — Но я‑то что с этим могу поделать?

— А вот что, — тихо сказала Шляпа, и в следующий миг Саша ощутил удар по макушке. Он хотел было потереть голову, но пальцы наткнулись на что–то твердое и металлическое. Под Шляпой оказался меч, отливающий серебром. Недолго думая, он вытянул оружие из головного убора.

— Поможешь? — попросил Саша у Сьюзен, и та подставила ему плечо, помогая встать на ноги. Она практически тащила Сашу на себе, пока они не подошли к Василиску, и он не занес над змеем сверкающий меч. Змей бился уже не так сильно, силы покидали его, но все же он почувствовал нависшую угрозу.

— Не убивай, — прошелестел Василиск.

— Прости, мужик, — ответил ему Саша. — Ты все равно умрешь. Я просто облегчу твою участь.

Сьюзен зажмурилась, и крепко вцепилась Саше в бок, когда клинок блеснул и опустился на тело Василиска. Неприятный стук оповестил о том, что все закончилось.

— Феникс, друг, — тихо сказал Саша, чувствуя, как сильно вцепилась в него Сьюзен. — Давай–ка нас в больничное крыло.

Птица подхватила Шляпу и бросила ее Саше. Стоило тому поймать головной убор, как феникс ухватил его за ворот мантии и поднялся в воздух. Сьюзен вцепилась в Сашу еще крепче. Феникс пролетел по комнате над обезглавленным змеем, по извилистым коридорам подземелий и вверх, по сточной трубе. Туда, где их уже ждало больничное крыло, тыквенный сок и покой.

Часть II. Эпилог

— Гарри, как ты себя чувствуешь? — очередное утро началось так же, как и предыдущие десять. Возле Сашиной койки в больничном крыле стояли Джинни, Рон, Невилл и Симус.

— Нормально, — Саша скривился. После приключений в Тайной Комнате Саша оказался наполовину парализованным. Ноги окаменели, в то время как остальное тело жило нормальной жизнью. Мадам Помфри отгородила его ширмой от окаменевших однокашников, ребята принесли множество книг, но все равно в больничном крыле было невыносимо скучно. Не то, что в первые дни после возвращения.

В тот же вечер, когда Саша и Сьюзен, измотанные, но относительно невредимые, появились в больничном крыле, в школе царила паника. Однако известие о том, что произошло в подземельях, достаточно быстро разлетелось по школе, и тревога сменилась радостью, а те, кто собирался немедленно отправиться домой, стали зачинщиками безобразной гулянки. Впрочем, на них никто не обращал внимания. Весь преподавательский состав собрался в больничном крыле. МакГонагалл и Стебль отпаивали какими–то успокаивающими зельями, Флитвик без конца вздыхал и порывался упасть в обморок, один только Снейп держался холодно и отстраненно, как будто ничего и не произошло. Но самой большой неожиданностью стало появление Дамблдора.

— Мальчик мой, — директор всплеснул в ладони, — я вижу, ты снова оказался в центре событий.

— Оказался, — проворчал Саша, которого больше волновали собственные окаменевшие ноги, нежели ужасные события и прочее. — А вы вернулись.

— Да, — Дамблдор улыбнулся. — Когда Совет Попечителей узнал, что жертвой преступника стала племянница Амелии Боунс, многие переменили свое решение о моей отставке.

— Поздравляю, — кивнул Саша.

— Но все же, твои приключения были намного более увлекательны, чем мои, — Дамблдор взглянул на него поверх очков, — и я очень бы хотел о них услышать. Господа, я мог бы попросить вас оставить нас?

Преподаватели заспешили к выходу, позволяя Саше и Сьюзен пересказать события последних нескольких часов. Услышав о дневнике, Дамблдор нахмурился.

— Если бы я мог на него взглянуть, — задумчиво проговорил он.

— Это невозможно, — отрезал Саша. — Я оставил его в Тайной Комнате и второй раз я туда не полезу ни за какие коврижки.

— Вообще–то, возможно, — робко проговорила Сьюзен и извлекла из складок мантии пожеванную книжицу.

— Какого? — возмутился Саша. — Эта дрянь чуть не прикончила тебя, а ты забираешь ее из Комнаты.

— Прости, Гарри, — тихо пробормотала Боунс. — Я так сильно привязалась к нему за год, что не смогла бросить.

— Ну ты и дурочка, — разочарованно протянул Александр, но Дамблдор был иного мнения.

— Гарри, Гарри, иногда наши слабости — это наша сила, — он покрутил книжку в руках, — а наша сила — это наша слабость.

— Вам надо было степень по философии получать, — хмыкнул Саша и хотел было еще что–то добавить, но двери больничного крыла распахнулись, и в проеме показалась высокая фигура незнакомого волшебника. Он был статным и величественным, длинные светлые волосы были слегка влажными — видимо, на улице моросило. Однако красивое лицо гостя было искажено злобной гримасой.

— Вы вернулись, — презрительно прошипел гость. — По какому праву вы решили вернуться в школу?

— Я расскажу вам об этом позже, мистер Малфой, — Дамблдор, казалось, не испытывал презрения к посетителю. — Мне нужно поговорить с нашими юными героями об их удивительных приключениях.