3.5. Торжество здравого смысла над логикой бюрократического абсурда. Быстрота действий и неподкупность власти (а чем ты подкупишь того, кто и так распоряжается всем?).
3.6. Эффективность. Нужное — любой ценой — сразу!
3.7. Мгновенность и основательность кары и награды.
3.8. Мгновенное реагирование на любые требования обстановки.
3.9. Расставление способных и подходящих людей на нужные посты, невзирая на ступени служебных лестниц и возраст.
3.10. Возможность всю сумму людских энергий направить в единое русло — без потерь этих энергий на взаимные противоречия и компромиссы. Единоначалие — самый эффективный способ координации усилий массы в единое усилие и в едином направлении. Единоначалие — естественная форма самоорганизации массы для разрешения экстремальной ситуации.
3.11. Диктатура позволяет решить наболевшие вопросы, «не обращая внимания» на якобы непреодолимые трудности аппарата, сплетения интересов и противоречия друг другу разных законов, традиций и прав.
3.12. Только диктатура способна на какое-то время лишить государственный организм кучи запущенных болезней и отринуть присосавшихся паразитов — уподобив государство единому человеческому организму, действующему стройно и согласованно по воле приказывающего мозга.
3.13. Диктатура подчиняет главному неглавное, в то время как в традиционном и бюрократическом государстве главным становятся средства, т. е. органы и законы управления, а неглавными — то, ради чего они были созданы — благо народа и страны. Если при бюрократии она благоденствует за счет неудобств и лишений страны и народа — при диктатуре благо страны и народа достигается путем любых необходимых напряжений функционеров всех уровней. При этом своя функция накладывается на каждого.
3.14. Диктатура исходит из потребности цели — определяя к ней любые адекватные пути, и этим круг возможных целей сильно расширяется. Бюрократия исходит из неприкосновенности ряда уже достигнутых интересов и положений — чем сильно ограничивает диапазон реально достижимых целей.
3.15. Диктатура разрубает гордиев узел, который бюрократия не в силах распутать.
4. Примеры Истории
Господа. А вам не приходит в голову, что едва ли не все великие исторические фигуры были диктаторами, строго-то говоря?
Хаммурапи и Ащурбанипал были диктаторы. И Александр, и Цезарь. И Наполеон, и Кромвель. Диктовали, проламывали дорогу истории, и не позволяли пикать против.
Владимир спрашивал народ, какую вводить религию (!), или сам решил? Иван IV вырвал язык вечевому колоколу Новгорода? Петр брил бороды? Рубил головы? Заставлял пить водку (!!!)? Одевал в иноземное платье? С кем он хоть раз посоветовался и на какой закон оглянулся?! Большевики и Сталин сделали Россию самой большой и грозной империей мира?
Де Голля называли во Франции диктатором, когда он испросил себе черт знает каких полномочий и стал давить поперек мнений парламента и прессы? Рузвельт был диктатороподобным исключением в институте американского президентства, когда страну понадобилось вытаскивать из нищеты и задницы, куда она вдруг свалилась со свободного и демократичного рыночного пути?! Три срока сидел, заметьте.
ДЕЙСТВИЕ РОЖДАЕТ ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ
Чем больше и быстрее необходимо совершить — в частности в социально-экономической сфере — тем больше, буквально по закону макрофизики, механики Ньютона, противодействие среды твоим действиям. Ты являешься активным, переделывающим началом — среда выступает как начало консервативное, стремящееся сохранить инерцию, противодействующее твоим давлениям и инициативам. И — традиции против, законы вязки, система отношений срослась, чиновники имеют интерес с настоящего: в головах у всех старый порядок, новое ошарашивает, возмущает и доставляет неудобства: ремонт и перестановка мебели в головах — и уж только потом в доме.
Для продавливания сопротивляющейся среды — нужна концентрация сил.
КТО ХОЧЕТ МНОГОЕ СОВЕРШИТЬ — ДОЛЖЕН ПРЕОДОЛЕТЬ МНОГОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ
Если предположить, что в период падения Римской Империи она всерьез решила спастись, нашла волю и решимость в себе! — так только жесточайшими мерами, сбором и изъятием ценностей у богачей, высокой платой легионам и наемникам, жесточайшим подавлением любого коллаборационизма, сплочением нации вокруг лидера, казнями трусов, выжиганием коррупции каленым железом… Но в Риме жило уже сплошь дерьмо, которое пуще всего дорожило своим имуществом и своими правами. Варвары показали этой гнилой сволочи их права! А, да, так мы о чем говорили, граждане?..
Мечтал некогда и Ганнибал о полномочиях диктатора для себя в родном Карфагене. О Риме слишком много узнал. Жадный и завистливый Совет Старейшин фиг дал ему полномочия: покушается на наши устои, подлец! И рухнул Карфаген, но своей форме демократии — классической олигархии! — не изменил. А Рим диктатурой не гнушался — побеждал!
Сегодня мы будем классифицировать как диктаторов Елизавету Тюдор и Луи XIV, приведших Англию и Францию к могуществу и блеску. Самодержцы, наследная власть и т. п. — это все для нас уже мелочи терминологии.
Да за исключением нескольких веков демократии греческих полисов — и то лишь мужчины, воины, свободные, имущие гражданами с правами голоса значились — да пары веков последних в Европе — история человечества есть история диктатур! Сильнее и слабее были зажаты гайки, больше или меньше считался вождь-лидер с традициями и мнениями, но все это была более или менее диктатура. Да не могли люди раньше кормить такое количество бездельников, да так сытно, которые годами свистят неясно о чем, не принимая элементарные законы и беря еще взятки! Производительность труда раньше низка была!
5. Что знали римляне?
Что диктатура — это демультипликатор застрявшего и буксующего автомобиля, фигурально выражаясь. Что это: вот гуляли спокойно и вдруг завязли — р-раз! два! взяли! р-разом! навались!!! — вытащили чего надо, перевели дух и дальше гуляем. Где греки разваливали свои полисы — римляне проскакивали на диктатуре — и ехали дальше. Кончился кризис, разрулили ситуацию — и тут же диктатура отменяется.
6. Так чем диктатура отличается от чрезвычайного положения?
А тем, что чрезвычайное положение разработали те же господствующие бюрократические органы, и позаботились прежде всего охранить и на этот случай свои интересы, оградить свои посты и полномочия. Это народу свободу урежут и благ уменьшат, а чиновники получат права офицеров на войне, вот спасибо.
В Риме чрезвычайное положение могло быть с диктатурой или без. У нас чрезвычайное положение означает расширение и узаконивание уж вовсе беспредела бюрократии под маркой «борьбы с неурядицами».
Чрезвычайное положение — это резкое расширение полномочий государственного аппарата за счет сужения прав народа.
Диктатура — это резкое и беспощадное сужение прав и полномочий бюрократического государственного аппарата с одновременным сосредоточением сил и средств на первоочередных нуждах народа и страны.
ДИКТАТУРА НЕ ЕСТЬ ВЫСШАЯ ФОРМА БЮРОКРАТИИ
Напротив. О другом говорим мы.
ДИКТАТУРА ЕСТЬ ФОРМА УНИЧТОЖЕНИЯ И ВРЕМЕННОЙ ОТМЕНЫ ЗЛОКАЧЕСТВЕННОЙ БЮРОКРАТИИ
7. В чем главная опасность диктатуры?
Чего неясного. В бесконтрольных злоупотреблениях и бесконечности срока. Кому охота такого кайфа лишаться. И никто не смей слово против, а то башку вон. Деспот. Зверь. Сластолюбец и садист на троне. Калигула, богдыхан, Аттила. Помнят, генной памятью помнят людишки поумней, как Калигула мужчинам члены отрезал самолично, а женщинам груди, как при проезде через слободу Ивана Грозного бабы обязаны были в окна срамные места выставлять для показа, и как деньги под секретом и страхом передавали палачу родственники приговоренного — не чтоб бежать дал, а чтоб убил быстрей и не мучил так люто и долго, как государем велено.
8. Как упастись?
Заранее, безмозглые и возлюбленные. Заблаговременно, наивные и страстноречивые. Шлюпки должны быть на корабле до кораблекрушения, и запасы пищи в стране до неурожая и голода.
Заранее обдумывается, обсуждается и законодательно утверждается правовое поле диктатуры. Ибо никакой диктатор не должен мочь все! И никакой диктатор не должен быть над Законом и являться самоличным воплощением Закона в любой своей прихоти. Скажем:
8.1. Никакая малейшая часть территории государства не может быть передана другому государству иначе как после всенародного обсуждения и в результате народного голосования.
8.2. Никакие воинские контингенты не могут передаваться другим государствам и не могут вести военные действия на их стороне иначе как после всенародного обсуждения и голосования.
