мое мастерство в плетение и то, что я на самом деле уже достиг пятого акта, по завершению которого можно по-настоящему заполучить сиддху, за это опять же не смогут зацепиться и этим я смогу оправдать свой огромный запас маны. Хмм, по-моему идеально, а на вопрос почему я это скрывал, ответ будет еще проще, кто вообще будет всем подряд о таком рассказывать, личного учителя или хотя бы куратора у меня нет, а доверять кому-либо еще я не обязан».
Обдумав все несколько раз, и хорошо запомнив план своего вранья, не упуская при этом даже мельчайших деталей, Зигфрид наконец был готов встретиться с заточившим себя Эдвартом.
«А как мне к нему обратится то? Для этого ведь барьер нужно будет рушить, а оно надо? Займусь лучше другими пострадавшими».
Приняв правильное по его разумению решение, парень стал потихоньку оказывать посильную помощь в лечение своих одноклассников. Конечно вылечить он их не мог, но благодаря искусному, по-настоящему филигранному магическому плетению, Зигфрид способствовал облегчению симптомов и минимизации осложнений. Естественно об осторожности юноша не забывал и всегда был настороже.
За этим занятием прошел почти час, когда в поле видимости появился отряд специального назначения. Отряд состоял из тридцати магов земли, одетых в сверхтяжелые зачарованные доспехи, кои облегчались магией стихии носителя и делали его, погруженного на боевого ящера, настоящей передвижной крепостью. Плюс к тому сами ящеры были из драконьего рода, имели шкуру крепче стали и могли плеваться огнем на добрые полсотни метров.
С воздуха данный отряд прикрывали три виверны, на каждой из которых сидело по пять магов ветра, вооруженных особыми луками, усиливающими стихию воздуха.
Глядя на все это Зигфрид искренне начал надеяться, что эти ребята узнают его в форме академии и не начнут слепо атаковать. Вместе с тем ему было интересно, сможет ли он световым лучом разрезать сверхтяжелый зачарованный доспех.
Без единого слова подъехавший к кортежу из карет отряд, моментально встал в окружение оного, и без единого лишнего движения занял оборонительную круговую формацию, готовую отразить любую угрозу извне.
«Они бы хоть поздоровались, — удивленный таким поведением, подумал Зигфрид, краем глаза заметивший, как с одной из виверн кто-то спрыгнул».
Глава 36
Прекрасная женщина, с великолепной фигурой, одетая в обтягивающую кожаную броню и длинную накидку поверх плеч, мягко приземлилась перед Зигфридом, спрыгнув с по-настоящему огромной высоты. Ее длинные светло-голубые волосы элегантно развивались, а на красивом лице играла улыбка, взгляд же был прикован к парню перед ней.
— Вы сестра Сильфии, — разглядел в прибывшей ряд знакомых черт, он.
Девушка улыбнулась еще шире.
— Я ее мама, — шокировала она своим откровением, — что здесь случилось Зигфрид.
— Э? Вы меня знаете?
— Конечно, мне о тебе много рассказывали, так что произошло?
— Нас атаковали масштабным заклинанием ранящим души, а затем прибыл вражеский отряд из четырех, возможно больше, человек. Как итог мы смогли отбиться, погибших нет, ваша дочь в безопасности, правда сейчас окружена барьером Эдварта Золотого.
— Ясно, — крайне спокойно вела себя женщина, — кто убил тех четверых возле барьера?
— Я, мне удалось подловить их на эффекте неожиданности.
— Понимаю, — кивнула она, подойдя совсем близко к Зигфриду, — полагаю, никому и в голову не могло прийти, что есть подросток способный полностью блокировать свою ауру. Ксвим о таком не рассказывал, когда и как ты этому научился.
«А она разве не должна сначала о своей кровиночке беспокоиться? — попытался отойти подальше он».
— Молчишь, — положила женщина на плечи мальчишки свои нежные ладони, — а ты выглядишь очень взрослым для своих шестнадцати, — вплотную прильнула красавица к Зигфриду, — я тебя арестую, если не будешь отвечать на мои вопросы, ясно? — мягко на ушко прошептала она, — а если будешь совсем гадким, я ведь и за ушко могу укусить.
«Черт, теперь понятно почему Сильфия такой выросла, ее мать дьяволица».
— Недавно я открыл в себя одну из сиддх, — произнес Зигфрид, все же отойдя от женщины, — это произошло совсем недавно, я еще никому не говорил, но думаю многие стали догадываться о чем-то неладном. Особенно обладатели магического виденья.
— Сиддха, в таком возрасте? Как ты ее открыл? — с явным удивлением спросили у него.
— Я продолжил практику «Песни Жизни» начальному акту которой меня научил мистер Ксвим, и затем это произошло само по себе.
— Вот как, это невероятно, — на секунду женщина о чем-то задумалась, а затем изрекла, — ты хорошо ладишь с Сильфией?
— Ну, да, — не понимая к чему сейчас такое спрашивать, ответил Зигфрид.
— Отлично, тебе нужно обязательно как-нибудь прийти к нам на ужин, хорошо?
«Она головой стукнулась, когда прыгала? Нашла место и время на ужин приглашать, о дочери бы сначала подумала!»
— Так ты придешь? — настаивала она, — я хочу обещания?
— Я это, хорошо.
«Не время сейчас об этом, соглашусь пока, а потом откажу».
— Тогда я буду ждать Зигфрид.
— И я, миссис Грэйс, то есть Ваша Светлость! Простите, я так груб в общении это из-за стресса.
«Она ведь действующая княгиня, о чем я думал? Только сейчас это понял!»
— Когда мы одни зови меня Анжелика.
— Эмм, но…
— Возражения не принимаются, мы ведь не чужие люди, да.
«Да?!»
— В общем, отдыхай Зигфрид, со всем остальным разберусь я, конечно неминуемы допросы с пристрастием, но ты не переживай, я буду на них присутствовать.
«А вот сейчас я запереживал».
— Ну, приступим к осмотру места происшествия.
«Да давно пора! Что с этой женщиной не так, что у нее в голове?!»
— Не смотри на меня так страстно Зигфрид, я замужняя женщина, — кокетливо улыбнулась Анжелика, — к тому же мы не одни.
«Да я в нее сейчас камень кину! Со всей страстью при этом, и плевать что мы не одни».
На этом разговор собственно и завершился, еще через час подъехал отряд медицинской службы, а после них прибыло еще несколько князей, с которыми Зигфрид уже не встретился лично, ибо как раз в это время его сопроводили на допрос.
Благодаря неожиданному поручительству матери Сильфии, обращались с ним очень гуманно и на первом допросе не стали применять сыворотку правды, хотя главный дознаватель то и дело пытался пропихнуть данный метод, видимо уж очень привычный в подобных случаях. После допроса Зигфрида посадили в одиночную камеру со всему удобствами. Камера была вполне себе хороша, сюда обычно сажали чиновников высокого ранга, чья вина еще не была полностью доказана, а потому совсем за скотов их еще не считали. Напрягало конечно то, что не поручись за него Анжелика, то сидел бы он в обычном карцере для магов и
